ног разлагающуюся тварь, а затем перед глазами все поплыло.
За миг до того, как потерять сознание, я желала лишь смерти в беспамятстве. Если это и есть мой конец, то пусть я его не почувствую.
Глава 2
«Спаси… Спаси его…»
Голос звучал как в тумане. Еле заметные проблески света. Холод во всем теле. И глаза. Стеклянные, безжизненные глаза существа, застывшего среди снежной бури.
«Спаси его!»
Ничего не понимаю…
— Ты рехнулся! Ты хоть понимаешь, кого притащил в наш дом?
— Риа, успокойся, — голос мужской, незнакомый. — Я не мог ее оставить, посмотри на нее!
— Вот именно, Дилан! Посмотри на нее! — женский голос дрожал. — Она убьет всех нас! Она убьет всех нас!
Я? Я никого не трону. Я никого не трону!
— Выброси ее из нашего дома! — рыдала женщина. — Выведи из деревни!
— Она пришла со стороны Лирдера. Он вывел ее из того ада! — После этого наступило молчание. Я слышала, как что-то упало на пол. Что-то тяжелое. Слышала гортанное рычание и женский стон, но при этом не могла пошевелиться и открыть глаза. Меня словно что-то сковывало.
— Дилан, посмотри на нее! За ней придут, ты ведь знаешь это! Нашу семью убьют! Ролан с отрядом уничтожит всех! Никого в живых не оставит!
— Риа, открой ее сумку, — мужской голос был тихим и уставшим, а говоривший словно бы сомневался в своем решении, — посмотри, что там…
Вновь странная возня. Мой рюкзак открыли?
— Да что это вообще за сумка такая… Алая жизнь! — голос женщины стал низким и наполнился диким страхом, — Это же целая горсть Алой жизни! Если Ролан узнает… Если он найдет ее, то сотрет нас в порошок! Если ты ее не убьешь, то это сделаю я!
Звук клинка, рассекшего воздух.
На меня обрушился страх, заболело сердце. А затем раздался крик:
— Держи ее! О боги, держите ее!
Женщина кричала. Я ощущала потоки ветра, звуки таяли, во всем теле нарастала дикая боль, горло сдавливало снова и снова.
Кто-то схватил меня за руки, словно пытался удержать, не причиняя при этом боли.
Что-то обожгло губы, затем и горло.
А потом я вновь впала в беспамятство.
Не знаю, сколько прошло времени. Я так и не смогла открыть глаза. Все тело ныло от боли, но это означало, что я жива.
Тишину внезапно разорвали рыдания.
— Ты привел в наш дом смерть, — голос женщины звучал обреченно, — ты привел в нашу деревню смерть!
— Она выжила, Риа. Посмотри на ее раны. Посмотри на кожу… У нее обморожены ноги, рука сломана, но она сражалась с нечистью так, словно не ощущала ничего этого. Я видел, как она пронзила грудь той твари с одного удара, видел ее свет… Ощутил это тепло, Риа. Я мчался на помощь, не зная, кто она и откуда сбежала! Если бы не Кочевник, я бы не успел ее спасти. Он вмешался, появился будто из-под земли в самый нужный момент! Тот, кто всегда остается в тени, внезапно вмешался! Это что-то значит…
— Дилан. — Женщина все плакала, перебивая мужчину. Ее голос срывался, она не могла взять себя в руки, было ясно, что она в отчаянии и даже в панике. — Дилан, одумайся. Что ты скажешь жителям? Как объяснишь ее появление? Она же не человек, она ведьма! От нее силой разит на многие мили! Неужели так важно, что ее спас Кочевник? Да, он вмешался, и что? Пусть сам с ней разбирается, зачем тебе отдал? Что вы вообще делали так далеко от деревни? Ролан обязательно придет, он найдет ее! Ты утянешь нас за собой, Дилан. После Ледяной Чумы никто не выживает! Она заражена!
— В нашей деревне и без нее есть ведьмы, и ты прекрасно об этом знаешь. Твоя подруга — одна из них, а признаки болезни не проявили себя и не проявят, и ты знаешь почему.
— Моя подруга не заставляет предметы вокруг себя летать, не излучает свет и не служит маяком для охотников на ведьм! И уж точно не сможет выжить после ледяной чумы!
Голоса смешались. Сознание то ускользало, то возвращалось. Я перестала понимать, сколько прошло времени. Образы людей, странные лица, яркие желтые глаза — все это пугало и мучило.
Кочевник… Что за Кочевник? Это кличка того огромного волка?
Иногда я слышала резкие звуки, похожие на крик. Болели ноги, болело горло. Иногда голосов было так много, что я не понимала, о чем разговор. О какой ведьме они говорят? И почему я не чувствую ног? Я вновь и вновь пыталась вырваться из собственного плена, но меня словно связали по рукам и ногам. Внезапно я ощутила прикосновение. Кто-то тронул мою руку — мягко, по-женски.
— Я не знаю, что ты такое, — женщина плакала, — но если из-за тебя я потеряю мужа, то убью тебя собственными руками. Если Ролан явится за тобой, я не буду ему мешать… Если Ролан окажется в нашем доме из-за тебя, я сама тебя убью.
Ролан…
Женщина боялась этого человека, ее голос звенел от страха.
— Этот демон тебя найдет, если ты не очнешься. Он придет за нами, поэтому вставай!
Удар по щеке. Cила и мощь незнакомой женщины вызвала во мне дикую ярость. Никто и никогда не смел меня трогать. Никто и никогда!
Новый взмах, шорох одежды. Я успела открыть глаза и перехватить ее руку.
Сил остановить удар не хватило, но напугать незнакомку — вполне.
— Очнулась! Очнулась! — шептала та, чьего лица я не могла разглядеть. — Дилан! Быстрее сюда!
Мои руки тряслись, дыхание сбивалось, в груди ощущалась острая боль.
Топот ног где-то сбоку не позволил снова потерять сознание, но я так и не могла сфокусировать зрение.
— Действительно очнулась, — мужской голос казался довольно молодым и, в отличие от женского, переполненным любопытством. Я ощущала это чувство каждой клеткой своего тела. — Как ты? Ты помнишь свое имя?
Я попыталась открыть рот, но из горла не вырвалось ни единого нормального звука, лишь стон и мычание.
— Дилан, неужели она и правда…
— Тише, Риа, она еще не пришла в себя. Ты видишь нас, девочка? Ты хоть что-нибудь видишь?
Я отрицательно замотала головой и тут же расплакалась. Стоило влаге появиться в глазах, как мир вокруг преобразился. Медленно возвращались цвета и четкость. Вначале это были просто яркие пятна, потом я смогла разглядеть широкий синий подоконник с одиноким цветком в горшке, несколько глиняных тарелок с цветной каймой, покрытых глазурью. Длинный деревянный стол, такие же массивные стулья. В доме пахло сеном.
Голова кружилась, но
