знаешь, — не меняя тона, отвечал Иро. — Ценности для леса я в нём не вижу.
— Папа… — сглотнул Дима в полнейшем шоке и, не зная, что сказать в собственную защиту.
— Эй-эй, он же расэж и хасэж одновременно! — снова вмешался Захим. — Нельзя же растрачивать такие ценные ресурсы! Мы можем разбавить кровь леса его кровью!
— С этой гнилой семейкой мы больше не будем разбавлять кровь! — прорычал Эфо.
Без предупреждения острая часть крыла хранителя вонзилась в грудь Димы. От неожиданности и боли юноша вскрикнул, а затем…
Снова неприветливые улицы Дориска и презрительные взгляды его жителей. Булочка во рту. Захим, выходящий из транспорта и целовавший женскую руку.
— Какого?.. — Дима коснулся груди, боль от удара еще пульсировала, но уже проходила.
Вспомнились предупреждения отца об откатах и том, что будет казаться, что он в компьютерной игре с возможностью сохранения. Неужели это оно и было? Откат?
Захим прошел мимо и лишь мельком взглянул на него, продолжая путь. Хранитель его не узнал, хотя встреча практически повторилась, только в этот раз Дима не подошел к нему и не попросил о помощи.
Следовало искать кого-то другого, кто не отведет его к агрессивному Эфо, который явно знал о Кате больше Димы. Что же она сделала ему такого, что он без колебаний убил её ближайшего родственника? И почему… папа его не узнал?
Дима на всякий случай присмотрелся к отражению ближайшего окна.
— Ничего не понимаю, — почесал затылок юноша. — Разве они не должны были меня принять? Я же… один из них.
Еще долго Дима бесцельно блуждал по городу, не зная с чего ему начать и у кого искать помощи. Как найти брата? К людям, как уже подсказали воспоминания, не обратишься. Иномирян и за людей-то не считали в Дориске.
Несколько раз он еще встречался с хранителями, но в этот раз не торопился к ним обращаться, помня неудачу с Захимом. Обращал внимания на расцветку крыльев. В основном по городу ходили чёрные, фиолетовые и синие, реже розовые и золотистые.
Коричневого Дима нашел лишь ближе к вечеру. Хранитель сидел на скамейке и читал книгу.
Рискнуть?..
— Добрый день, я могу к вам обратиться? — подошел к хранителю со спины Дима.
— Чего тебе, иномирянин? — закрывая книгу, недружелюбно повернулся к нему мужчина средних лет совершенно непримечательной внешности.
Дима осмотрелся, чтобы никто не смог услышать их разговора.
— Я брата ищу, и… мне кажется, вы можете мне помочь, — и снова снял с руки шагометр, протягивая хранителю.
— Ты меня за кого принимаешь, малец?
— За сына леса, — неуверенно отвечал Дима, снова с опаской осматриваясь.
Хранитель вздохнул и забрал шагометр, пряча его в карман.
— Кто из моих клиентов сдал меня тебе?
— Он просил… не рассказывать, — солгал Дима. — Сказал, что вы ему за это голову оторвете, а мне-то брата надо найти. Поможете?
— Если он жив, я его найду, — отвечал хранитель, беря Диму за руку и, делая маленький надрез на его запястье, испачкал пальцы кровью. — Ты только одного брата ищешь? — подозрительно осведомился он, закрывая глаза.
— Да, — решил не упоминать в этот раз Катю Дима. — Он мой близнец, если это важно.
— Важно, потому что неизвестно, сколько здесь твоих двоюродных дядь, тёть и другой живности.
— Я не знаю сколько нас…
— Будем искать всех или пока близнецом ограничимся? Но за остальных придется доплатить.
— Пока одного ищем.
Вроде пока всё шло неплохо…
Глава 2
Три раза убили… три раза один и тот же хранитель Диму убивал. Встречались они по разным причинам, но Эфо каждый раз реагировал на него одинаково агрессивно. И все три раза сделка не состоялась, едва узнавалось об его родстве с Катей… Оба найденных им поисковика подчинялись Эфо и докладывали соответственно ему, не говоря уже о Захиме, который являлся другом Эфо.
И самое обидное и непонятное, что отец его не узнавал и крайне холодно принимал, словно Дима и не сын ему вовсе.
— Что я делаю не так? — недоумевал юноша, сидя в парке. — И чего этот Эфо на меня взъелся-то?
Вечерело, а решение так и не нашлось. И это у него имелась супер способность откатываться, знания о мире и языке, а если бы всего этого не было? Попал бы в рабство? Или помер? Умереть в первый же день в чужом мире, так же глупо и нелепо, как проиграть на первом уровне игры. По сути, он весь день топтался на месте.
Дима перебрал в памяти все книги, все истории и фильмы, которые когда-либо встречал на тему попаданства. И как у героев получалось обзаводиться друзьями и соратниками? Да еще и не сдохнуть в начале пребывания? У Димы уже насчитывалось три смерти от руки хранителя, а в четвертый — его ночью прибили бандиты прямо на улице. И что-то ему подсказывало, что четыре смерти не будут последними.
— Ты потерялся?
Плеча ласково коснулась рука. Дима вздрогнул и поднял взгляд…
Снова хранитель, только синей расцветки. От усталости слипались глаза, и воспоминания никак не хотели подсказывать, за что отвечали синие хранители.
— Ты меня понимаешь? — уточнил незнакомец, не дождавшись ответа.
«Может, притвориться шлангом?» — устало подумал Дима, недоверчиво разглядывая визитера. Стоило ли снова довериться? Особенно после того, как его три раза убили те, кто должен был принять как своего.
— Идём, — поднял юношу за руку незнакомец.
«Снова прибьют?» — без энтузиазма думал Дима, послушно плетясь за хранителем. Даже в его положении умирать крайне неприятно и больно.
Но в этот раз ему повезло больше, чем в предыдущие четыре раза. Хранитель привел его в обветшавшее здание, где за столом уже собралось множество детей разных возрастов. Из взрослых наблюдались только хранители синей расцветки. Они притворялись то ли монахами, то ли помощниками общины.
— У нас новенький, — оповестил хранитель.
— Иномирянин… — послышалось недовольство со стороны детей.
Взрослые встретили новенького более приветливо.
«Защитники детей», — наконец, всплыло в памяти. Для защитников детей он еще попадал в категорию «ребёнок». Они подбирали на улице беспризорников и заботились о них, пока те не взрослели. Давали кров и еду, защищали от внешних угроз, давали первоначальное образование. Большего от них и не требовалось. За ними люди и тэасы добровольно уходили в лес…
Диме выделили скромную койку и дали поесть.
— Располагайся, — похлопал хранитель по чистой постели, собираясь уйти. — Спи.
— Я… — остановил спасителя за руку Дима. — Ищу брата.
— Так ты всё-таки знаешь наш язык, — мягко улыбнулся хранитель, присаживаясь рядом.
— Он такой, как я, — заплетающимся языком сказал Дима. — Мой близнец. Вы не могли
