не стал так глупо поступать.
Лесные беспокойно зашептались.
— Иро? — обратился Эфо к молчавшему хранителю.
Дима вздрогнул, когда облик отца поплыл, а за спиной заметался довольно устрашающего вида хвост, крылья приобрели более сложную и крупную форму.
— Если это твой трюк, мальчик умрет без голосования, — даже голос Иро приобрел другие более властные нотки. — Ты меня услышал, Дахир?
— Да, отец, — покорно склонил голову лесной.
Как Дима понял по поведению других хранителей, Иро был здесь главным, чье мнение становилось решающим в любом вопросе. И едва он приблизился, как хвост Димы еще сильнее прижался к ногам.
«Это же папа… почему я его так сильно боюсь?!» — недоумевал юноша, не в силах поднять взгляд на грозного родича. Руки Иро опустились на плечи Димы, отчего последний едва не потерял сознание. Крылья Иро пришли в движение и обвили не до конца сформированные конечности Димы. Ему показалось, как нечто копошилось в его голове, заставляя вспоминать эпизоды с родителями.
— Ну? Он хранитель? — не выдержал всеобщего молчания Жахо.
— Он не просто хранитель, — без эмоций произнес Иро, проводя руками по плечам Димы и складывая сзади крылья, — он мой отпрыск.
По толпе хранителей прошел вздох удивления, даже у Эфо казалось челюсть отвалиться.
— Не может быть… почему Махарат приказала его убить, разве она не знала кто он?
— Может потому и приказала, что знала? — огрызнулся Жахо. — Не могу понять одного, Иро, зачем ты прислал его в прошлое? Зачем подвергать такого ценного хранителя опасности?!
— Если он меняющий реальность, я правильно поступил. Здесь он не сможет навредить, — не меняя тона, отвечал Иро. — Он не участник глобальных событий прошлого. Ни убить, ни спасти он никого не может. Он влияет только на будущее, которое наступит после периода своего исчезновения.
— Неужели лазейка… А как же Махарат? Почему на неё это правило не работает?
— Махарат — участник событий, несмотря на то, что она находится в чужом теле. Тем она и опасна.
— В таком случае, зачем ей убивать его? — возмутился Эфо. — Или думала, что он человек?!
— Не пытайся её оправдывать! — зарычал Жахо и указал на Диму. — Ты убил его три раза! Три раза убил нашего преемника! И едва не убил в четвертый раз, если бы я тебе не помешал!
— Еще он сын Ульяны, — казалось, не слушал их Иро.
Едва имя матери прозвучало, как даже птицы перестали петь, а хранители на пару минут стояли с перекошенными от ужаса лицами. Дима недоуменно переводил взгляд с одного хранителя на другого.
— Значит, он из будущего, которое Махарат пытается избежать… — озвучил предположения вслух Дахир.
— Очень сильная помеха в её зоне влияния, — согласился Иро. — Люус таких устранял. Вот и Махарат от путешественников во времени в своей зоне влияния избавляется. От второго мальчика она, скорее всего, тоже попытается избавиться, поэтому я предупрежу ближайшие к нему леса, что путешественник — хранитель под человеческой личиной.
— Это точно Изис! — воскликнул Дима. — Мой брат-близнец!
Иро впервые проявил хоть какую-то эмоцию: наклонил голову набок.
— Надо Махарат сказать, что они хранители… — упрямился Эфо.
— Её это не остановит, — повернулся к нему Иро.
По толпе снова прошелся вздох удивления.
— Рарис, возьми кристалл и пускай Эфо посмотрит мои воспоминания, заключенные в них, — Иро коснулся Диминых крыльев. — На многие вещи у него откроются глаза. Пора избавляться от наивной веры в непогрешимость Махарат.
Хранители выглядели так, словно у них почву из-под ног выбили. Почесывая красный затылок, Рарис отправился выполнять указания отца леса, а Эфо обхватил рукой шею, словно ему воздуха не хватало.
— А, совсем забыл! Хотел спросить о родственнице! — всполошился Дима, копаясь в рюкзаке и вынимая из него планшет трясущими руками. — Ой, это не мой, наверное, Кристинин положили, хотя… может, есть какая фотка. Блин только видео, надеюсь, там нет никакого компромата на Катю.
— Привет, мама, у меня всё хорошо… — раздался из динамика Катин голос.
— Ну, раз для Светки, то можно показывать, — улыбнулся Дима и развернул планшет экраном к зрителям, но так чтобы и самому видеть, что происходило. — Может, вы эту девушку видели?
Катя с видео продолжала вещать:
— Долго тебе не звонила и не писала, потому что никак всех своих троглодитов собрать вместе не могла, — сквозь зубы проворчала она, куда-то направляясь. — Давай, милый, улыбнись моей маме, — попросила Катя, начиная снимать черноволосого мужчину внешне очень напоминавшего Эфо только без крыльев и когтей.
Дима хотел остановить странное видео, но Иро не позволил ему этого сделать, продолжая пристально смотреть.
— Рыжик, отстань, я пьяный, злой и не фотогеничный, — устало заглянул в камеру незнакомец.
— Зато я фотогеничный! — оскалился в камеру еще один персонаж — рыжий, костлявый и весь в веснушках. — Сними меня!
— Юра, от одной твоей морды мама в обморок свалиться! Давайте сядьте вместе! Ну, сколько просить надо?! — с трудом ей удалось усадить рядышком шестерых парней похожих как братьев, отличавшихся только расцветкой волос и комплекцией, и одну улыбчивую девушку-блондинку с бокалом вина в руке.
Позади дивана встали еще три кареглазые блондинки.
— И я просила всех причесаться! — проворчала Катя.
— Ну, ма-а-ам! — засмеялись пятеро парней из шестерых. Шестой Диме показался очень похожим на Дахира, разве что рыжеволосый, а не красноволосый.
— Не мамкайте! Помашите бабушке!
— Бабушка, с тех пор как мы виделись в последний раз, никого не замочили! — оскалился в улыбке Юра.
Помахал только шестой, остальные смеялись и отворачивались.
— Милый, твои дети не хотят меня слушаться! — пожаловалась Катя, поворачивая камеру на самого первого участника съемки.
— Ась? — сонно открыл глаза «милый».
Пока Катя собирала всех великовозрастных детей в кадр, «милый» конкретно присосался к бутылке, но не один, а с еще двумя: очень похожим на Захима мужчиной и рыжим охмелевшим незнакомцем, который вяло помахал в камеру.
— Светулечка, привет-привет! — возникла в кадре очень красивая с розоватым оттенком волос женщина похожая на присутствующую на совете розовую хранительницу. — Чмоки-чмоки! — и поцеловала кончики пальцев, а затем как рявкнет на «детей»: — А ну сели ровно для бабушки!
Семеро «детей» резко выпрямились и задержали дыхание, чтобы не засмеяться, а Катя едва не выронила камеру.
— Чмоки-чмоки, — повторила розоволосая в камеру и упорхнула, как какая-то фея.
— Мам, — повернула на себя камеру Катя. — Я бы тебе правнуков засняла, но тех я вообще не соберу — они у нас электровеники. Как будет время, заезжай, у нас тут шумно и весело. Пока-пока!
Видео отключилось, и только тогда Дима рискнул перевести взгляд на зрителей.
— Что это было? — дрожащим голосом спросила розоволосая, закрывая рукой нижнюю часть лица.
— Эм-м…
Дима не успел ответить, как
