определенной регулярностью, Макканны, как выразился Расс О’Брайен, проверяли их «по часам». «Из всех, – сказал Таннер, – Кейт и Джерри были самыми строгими в этом отношении. Мы почти ориентировались на них, потому что они определенно уходили каждые полчаса».
Незадолго до девяти вечера в четверг, возвращаясь в ресторан после проверки собственного ребенка, Мэтт Олдфилд на мгновение остановился у окна квартиры Макканнов, послушал и через несколько минут сказал Джерри, что все было тихо.
Тем не менее в 21:05 Джерри вернулся в апартаменты 5А, чтобы проверить детей в первый раз. Он вспомнил, как Мэдлин лежала в своей постели, так же, как и когда он уходил. «У меня был один из тех моментов, когда я гордился, что я отец, – сказал он, – я просто подумал: ты такая красивая, и я так тебя люблю…»
Примерно в 21:25, как позже подтвердили друзья, Кейт, Мэтт Олдфилд и Расс О’Брайен одновременно собрались выйти из-за стола, чтобы пойти и убедиться, что с их детьми все в порядке. Когда Олдфилд предложил зайти в 5А и проверить ее, Кейт согласилась. Он вошел в квартиру Макканнов, заглянул в детскую, не заходя внутрь, затем вернулся и сказал, что все было тихо.
Через полчаса, в 22:00, Кейт встала из-за стола, чтобы пойти и еще раз проверить. Обратно она бежала и кричала от бассейнов. Она кричала и повторяла: «Мэдлин ушла».
Первой реакцией Джерри было: «Она не может уйти». Он бросился к Кейт, их друзья пошли за ними. Спустя долгие минуты, все еще находясь в ресторане, официант Херонимо Сальседас услышал то, что, как он решил, было криком Кейт.
«Никогда в жизни, – скажет он полиции позже, – я не слышал такой крик…»
2
Еще до того как друзья вернулись в квартиру 5А, как сказал Дэвид Пейн, Кейт Макканн стала говорить не «Мэдлин ушла», а «Они забрали ее!» По словам женщины из апартаментов на верхнем этаже, Сьюзан Мойес, вскоре она уже кричала: «Этот гребаный ублюдок забрал ее!» или «Гребаные ублюдки забрали ее!»
Кейт пришла к такому выводу не зря, о чем она вскоре сообщит португальской полиции. По ее словам, когда она вошла в апартаменты, чтобы проверить своих детей, то обнаружила, что дверь в их спальню полностью открыта, а не приоткрыта, как было раньше. Окно, которое раньше было закрыто, также было открыто, ставни подняты, а шторы раздернуты. Кровать Мэдлин, на которой ее муж видел мирно спящую дочь менее часа назад, теперь была пуста, покрывало откинуто.
Кейт заглянула в свою комнату, подумав, что Мэдлин может быть там. Потом ее накрыло.
«Я проверяла еще и еще. Вы знаете, это заняло, наверное, двадцать секунд. Она должна быть здесь… Затем были паника и страх… Я кричала ее имя. И побежала к нашей компании».
Пейн вспоминала, что к тому времени, когда она бежала обратно в ресторан, на ее лице было выражение «недоверия… горя… как в фильме ужасов». Когда он дошел до апартаментов с Кейт, то ненадолго вошел и увидел, что, «несмотря на все это столпотворение и крики», младшие брат и сестра Мэдлин все еще крепко спали. Не желая «бегать, как курица без головы», а желая заниматься чем-то полезным, Пейн затем направился на улицу, чтобы организовать первые импровизированные поиски. Другие родители отказывались верить, что Мэдлин похитили, они надеялись, что Кейт ошибается. «Конечно, – вспоминал свои размышления Мэтт Олдфилд, – она, должно быть, только что ушла. И мы просто собираемся ее найти, и она просто будет там». Даже когда все сначала поспешили помочь Кейт, Фиона Пейн сказала своей матери Дайан остаться в ресторане. «Я сказала маме: „Оставайся здесь на случай, если Мэдлин спустится к бассейну“». Затем: «Практически сразу Дэйв, Мэтт, Рассел и я разошлись в четырех разных направлениях, осмотреть все вокруг, вы знаете, мы думали, что она, должно быть, только что убежала». Фиона искала вокруг других апартаментов и теннисных кортов, затем возле ближайшего супермаркета Baptista. Ее муж Дэвид проверил их собственных детей, затем «осмотрел бассейн и территорию вокруг Ocean Club, а затем встретился с Мэттом и Расселом. Я помню, как сказал: „О’кей. Что будем делать?“ И Мэтт говорил: „Мы должны попытаться действовать систематически“. Я начал подниматься в сторону Millennium [еще один ресторан]… и на улице было так тихо… Опять же я просто надеялся, что она просто убежала… Я спустился к набережной, ну, знаете, по всему пляжу, заглянул под пляжные лежаки… и кричал: „Мэдлин!“».
Из множества показаний, сделанных сильно позже, не совсем ясно, кто в каких районах и на каком этапе проводил поиск. «Я искал в основном самостоятельно, – сказал Расс О’Брайен, – хотя мы все и были рядом друг с другом. Возможно, мы пропустили какие-то места. Все было неорганизованно, мы паниковали. Я встретил Дэйва, он бежал с холма со страхом в глазах, и именно он сказал мне: „Все плохо. Все очень плохо. Они ее не нашли. Она пропала“».
В апартаментах 5А эмоции Макканнов вышли из-под контроля. Кейт и Джерри, как вспоминала Рэйчел Олдфилд, «провели почти всю оставшуюся ночь… в истерическом состоянии, они кричали, это было просто ужасно». Фиона Пейн, анестезиолог, сказала о Кейт: «Я никогда в жизни не видела таких ужасных эмоций, а я видела многое на своей работе… Она просто безумно переживала за Мэдлин».
«Беспомощность оттого, что она ничего не может сделать. Она злилась, очень злилась, била стены, пинала стены. На следующий день она была вся в синяках. Она злилась на себя. Она все время говорила: „Я подвела ее. Мы подвели ее, Джерри. Мы должны были быть здесь“. Она буквально выла».
Крик «Мы ее подвели» был достаточно громким, чтобы его услышала Памела Фенн, пожилая жительница апартаментов, расположенных непосредственно над номером Макканнов. Она перегнулась через балкон, увидела Кейт и Джерри и спросила, что происходит. Джерри сказал ей, что их маленькую девочку «похитили».
По словам Расса О’Брайена, к тому времени, когда люди, производившие первоначальный обыск, вернулись в апартаменты 5A, действительно началась паника. Обычно «очень решительный, очень сильный парень, [который] не слишком много нервничает, [Джерри] лежал на полу в истерике. Он кричал, он плакал, как ребенок. Я не знала, что сказать». Отец Мэдлин старался взять себя в руки, говорил о том, что лучше всего делать, а затем снова срывался.
«Нормально ли реагировать так, как они? – размышляла Фиона Пейн еще долго. – Как в принципе кто-то может оказаться в своей ситуации – за секунду перейти от полного расслабления и счастья к худшему,
