прикосновениями или болью.
Слава Моране, что девчонка не понимает, что творится со мной. Она в моей власти хочу накажу, захочу, возьму силой.
Вот только я скорее отрублю себе руку, чем подниму её на Кэрри. Это странное, непреодолимое влечение к той, которую я купил как средство для достижения цели. Как орудие в моих руках.
За короткий срок она смогла змеёй пролезть в моё сердце, обвиться вокруг него и жалить. Жалить, каждый раз, как смотрю на неё. Жалить каждым словом.
Я уже не уверен, что смогу пожертвовать её, если будет нужно. Наши поиски артефакта и так не прогулка под луной. Кэрри же делает их ещё более сложными.
Моё притяжение связано с фамильяром. Мой фамильяр гепард создан из тьмы моей души. Я зову его Мрак. Он увидел в ней что-то. Я же вижу, что она боится меня. Шарахается, как от прокажённого. И правильно делает.
Если в этом замешан фамильяр и моё влечение к Кэрри из-за него, то я найду способ расправиться с ним. Разорву нашу связь. Никто не должен стоять между мной и Амулетом Повелителя Мёртвых. Я никогда не знал жалости к врагам. Почему в этот раз, должно быть иначе?
Глава 5. Зарождающееся доверие
Он знает! Знает, что я целительница! Как же так? Я испуганно замираю. Жду от некроманта вспышки злобы и даже побоев. А получаю равнодушную улыбку. Становится обидно.
— Получается, что тебе всё равно, что я солгала? — с замиранием сердца спрашиваю у него.
Мелвас поднимает глаза. Я пугаюсь его взгляда. На меня до сих пор так никто не смотрел.
— Получается, что так, — его холодный, равнодушный голос плохо вяжется с огнём, горящим в глазах.
Я не верю в безразличный тон. Он меня пугает тем, что говорит одно, а глаза выражают другое.
Можно уметь управлять лицом, взять под контроль эмоции, лишь глазами сложно управлять. Глаза отражение души.
— Неужели ты думаешь, что сможешь, хоть что-то скрыть от меня? — В его глазах появляется огонёк превосходства.
Меня задевает он за живое. Да, я рабыня сейчас, но родилась и жила свободной. Моё зависимое положение не повод для насмешки и тем более считать себя выше.
— Мы все родились равными и умрём тоже равными, — с обидой выкрикиваю я.
— Вот тут ты ошибаешься, — сдерживая самодовольную улыбку, говорит он. — Не все равны перед смертью. Давай поговорим об этом в следующий раз. Сейчас не лучшее время спорить о жизни и смерти.
И в этот раз я согласна с некромантом. Не время для обсуждения вечных вопросов.
— Тогда вернёмся к цели нашего путешествия, — напоминаю я Мелвасу о важном вопросе. — Зачем мы едем ко мне на родину.
— Я смотрю, ты не рада, — деланно удивляется некромант. — А как же припасть к родной земле, которая даёт силу для жизни?
Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не залепить ему пощёчину. Какого…геморроя, он издевается надо мной? Ничего светлого в душе. А, чего я ждала от некроманта? Он только притворяется хорошим, а на самом деле…
На самом деле враг рода человеческого. Поднимает мертвецов ради развлечения. Поэтому и заговорил о земле. Близка ему эта тема.
— А, что такого в земле Гарданики? — спрашиваю я. — Чем она отличается от этой земли, например? Или земли твоей родины?
— У меня нет родины, — отвечает бездушный Мелвас.
Вот это новость. Как так нет родины? У всех есть родина. Отец говорил, что тот, кто отрёкся от родной земли, пропащий человек. Но, я не спешу делиться воспоминаниями с некромантом. Просто, как и он, пожимаю плечами. Нет так нет.
— Я понимаю, что вы уже не в первый раз уводите разговор в другую сторону, лишь бы не отвечать на мой вопрос, — высказываю я ему.
— Хорошо. Я отвечу, но это тебе мало поможет, — наконец-то соглашается поделиться своими планами некромант. — Мы едем искать одну вещицу.
Ага! Вещицу. Ха-Ха и ещё раз Ха. Так, я тебе и поверила. Ради вещицы не будешь рыскать по свету в поисках того самого помощника, который поможет тебе найти эту самую вещицу. Как бы не так. Важную вещь он ищет. А главное, зачем ему она?
Я постаралась сделать вид, что поверила Мелвасу.
— Как будем искать эту вещицу? — небрежно спрашиваю я.
Некромант задумался. Такой простой вопрос, а он думает. Неужели он не знает, где её искать?
Я замечаю, что Мелвас наблюдает за мной. Что он хочет увидеть? Достойна ли я доверия? Так, у него нет выбора. Даже я это понимаю.
— Если вы только сейчас задумались о том, достойна ли я участия в великой миссии по поиску незначительной вещицы, то вынуждена вас разочаровать. Поздно думать. Думать нужно было раньше.
К моему удивлению, некромант расхохотался. Я ожидала чего угодно. От простого пожелания держать рот на замке до зуботычины. А он хохочет.
Я не могу предугадать его реакцию и это меня злит.
— Не слишком ли образована для деревенской девушки? — сквозь смех спрашивает он, а сам цепко следит за выражением моего лица.
Исчадье Тьмы давит на мою больную точку. Но рассказать придётся, раз у нас пошла такая откровенность.
— У меня мама была целительницей, а папа дружинником князя, — рассказываю я ему полуправду. Папа у меня был лучшим другом князя. Воеводой его дружины.
Мелвас заинтересовался моей историей. Внимательно слушает.
— Мама жила в деревне на границе княжества. Отец рассказывал, что дружина возвращалась из похода. Остановились на ночлег в её деревне. Там-то он и заприметил красивую девушку.
Какая-то непонятная тень промелькнула возле некроманта, и я почувствовала лёгкие поглаживания лодыжек. И так мне тепло стало на душе. Отпустила щемящая тоска по родителям. Я до сих пор не могу простить, что они оставили меня одну.
— Отец хотел увезти маму в столицу, только она отказалась. Не любила она города. Жила в таком, когда училась в Академии магии. Рассказывала, что чуть с тоски не померла. Вот она и учила меня всему. Я тоже должна была поехать учиться, но не судьба. Родители ушли в мир иной, а я осталась с бабушкой.
Я погрузилась в воспоминания. Тяжёлые, ранящие душу. Мои раны только-только начали затягиваться. А Мелвас своими расспросами сорвал тонкую корочку на ране, и она опять стала кровоточить.
— А магии тебя учили? — словно не замечая моего состояния, спрашивает Мелвас.
— Мама немного учила, но больше теорию. В нашей Академии магии не любили, когда учёба начиналась с детства. Могли даже не принять на обучение.
У некроманта наконец-то проявились настоящие эмоции. Он в
