труп, то ли сначала изнасилуют, а потом…
Неважно! Бежать!
Но то ли я долго возилась с верёвками, а потом долго выбиралась из гроба и ещё дольше решалась спрыгнуть с повозки, всё боялась, что ноги запутаются в многослойной юбке, и я сверну себе шею. В общем, то ли я потратила много времени на побег, то ли бой между двумя напарниками был слишком скоротечен.
Но в итоге я не успела добежать до деревянных дверей, как в амбаре вдруг воцарилась тишина. Мужчины перестали выкрикивать обвинения и ругань в адрес друг друга, не стало слышно звонка металла об металл, даже лошадь, запряжённая в повозку и начавшая ржать, как только мужчины скрестили оружие. Даже она умолкла, и я услышала не всхлип, а звук похожий на бульканье.
‒ Ну, что святоша, моя взяла! ‒ прохрипел кто-то.
Я застыла в нерешительности.
Время застыло. Мысли метались, и я не знала что делать, спрятаться за ближайшим стойлом или всё же рискнуть и добежать до дверей. Но на раздумья я потратила слишком много времени.
Очнулась в тот момент, когда один из двух мужчин запрыгнул на повозку и начал искать меня в гробу.
‒ Нет!? ‒ взревел Гисон и начал искать меня глазами, а когда нашёл, то его лицо перекосила гримаса.
Теперь я точно знала, что это такое взгляд убийцы.
Но только я не хотела умирать, и во мне проснулся инстинкт самосохранения. И сила этого чувства доказывала, что это не моё, а именно Миледи. Подхватив юбки я ринулась к дверям, а по пути схватила первое, что попалось под руку, не глядя. И ведь не зря схватила. Дверь была закрыта на замок. Я попыталась сорвать его железным прутом, который оказался у меня в руке.
‒ Нет! Я своё получу, ты слишком дорого стоишь! ‒ выкрикнул Гисон, спрыгнул с повозки и направился ко мне.
Развернувшись лицом к нему, я выставила перед собой прут и готовилась биться насмерть. Но это лишь вызвало смех у убийцы.
‒ Ну что ты готова умереть Миледи! ‒ размахивая шпагой и ножом выкрикивал Гисон, надвигаясь на меня.
Моя рука дрожала, морально я не готова была умереть, но и убить кого-то я ещё не была готова. Только другого выбора у меня не было.
Либо стать убийцей, либо умереть самой…
Глава 4
За спиной у меня была деревянная дверь, но только в книжках да в кино, всё кажется так просто, толкни ногой и она откроется. На самом деле всё было намного сложнее.
‒ Я изуродую твое тело так, что даже демоны в аду будут шарахаться от тебя! ‒ кричал Гисон и взмахнул рукой, собираясь не просто проткнуть меня шпагой, а рубить с плеча.
Расставив ноги на ширину плеч, я ухватила металлический прут двумя руками и собралась защищаться. Пусть я не представляла себе, как потому смогу жить с этим бременем, но в этот момент, я решила, что я всё же роза с шипами. И гори всё остальное синим пламенем!
‒ Ты умрёшь! ‒ взревел мужчина и сделал последний шаг, разделяющий нас.
Теперь он легко мог орудовать шпагой, зная, что лезвие оружия достанет до меня. Я подняла руки и хотела зажмуриться, когда услышала резкий звук‒свист. Это шпага разрезала воздух.
И я бы зажмурилась и опустила бы руки, но Миледи во мне желала жить. И поэтому когда следом за свистом раздался звук удара металла об металл, я смотрела прямо в лицо обезумевшего убийцы и, не смотря на страх, не отвела взгляда и не опустила руки. Наоборот я смогла отбить удар и оттолкнуть лезвие шпаги в сторону от себя, когда поняла, что ещё пару сантиметром и скользящее лезвие пройдётся по моим пальцам.
Возможно, что у меня это получилось лишь благодаря тому, что убийца не ожидал такого отпора. Поэтому он просто не успел среагировать. ГИсон был ранен, его одежда была испачкана кровью и в некоторых местах были видны разрывы ткани. И всё же он уверенно стоял на ногах.
Моя попытка противостоять ему лишь ещё сильнее разозлило его.
‒ Я вырежу твоё сердце! Ты умрёшь! Ведьма! ‒ ещё громче взревел он и, отступив на шаг назад, снова размахнулся и теперь уже выставил шпагу вперёд, намериваясь проткнуть меня.
Я попыталась уйти в сторону от прямого удара, продолжая обороняться металлическим прутом. Но Гисон был опытным убийцей. Он умело орудовал не только шпагой, но смог использовать и нож с длинным лезвием. Второй удар шпаги прошёлся по касательной, снова встретившись с металлическим прутом. А вот нож я не заметила, и убийца Гисон полоснул им по моему плечу, разрезая ткань рукава и кожу.
Боль пронзившая меня была нестерпимой, я не сдержала крик.
‒ Что ведьма, больно?! ‒ заржал в голос Гисон и отошёл на шаг, чтобы полюбоваться своей работой. ‒ Я исполосую тебя всю!
Кровь не хлестала, но ткань рукава уже пропиталась, и мне показалась, что рука начала неметь. Держать своё оружие двумя руками я уже не могла.
Мой враг это понимал и решил поиграть в «кошки мышки». Он сделал ещё один выпад шпагой, желая полоснуть меня по второму плечу. Но во мне бушевала такая злость, что я смогла парировать это удар даже одной рабочей рукой. Такой поворот не понравился Гисону, и он передумал играть.
‒ Ты сдохнешь! ‒ выкрикнул он и снова пошёл в яростную атаку.
Я было дело ринулась в сторону, но тут же застыла, оглушённая выстрелом. В закрытом помещении выстрел был таким громким, что забыв про самооборону и пораненное плечо, я уронила прут и двумя ладонями зажала уши. От испуга я вся сжалась и начала потихоньку сползать вниз по двери. Глаза закрылись сами, и я боялась их открыть. Пыталась понять, что случилось, но воображение рисовало такие жуткие картины, что я недолго просидела с закрытыми глазами. А открыв их, я увидела Гисона, который как подкошенный рухнул на колени. И вот тут я вовремя успела увернуться от его оружия. Так как, заваливаясь вперёд с перекошенным лицом, он всё ещё целился своей шпагой в меня.
Убийца упал лицом вниз. Отпрыгивая в сторону, я приподнялась и теперь могла увидеть, как его кожаный жилет покрывался кровью. Тот, кто в него выстрелил, был отменным стрелком. Пуля попала точно в сердце.
В душе я ликовала. Но радость эта была недолгой.
Ища глазами того, кто спас меня от неминуемой смерти,
