Читаем без скачивания Путь воинов - Майкл Гир

Она забралась на повозку, чтобы лучше видеть. За ее спиной простиралось поселение без всякого плана — скопище круглых крыш из шкур, из отверстий в которых поднимался дым. Коричневыми буграми они расползались от серой массы «Николая Романана», нагревшегося под солнцем нового дня. У входа в жилища были привязаны лошади, а неправильные ряды загонов из жердей зигзагами уходили к стадам скота, пасшимся на сочных лугах.

Она услышала крик и вытянула голову, чтобы увидеть воинов, сбегавших по трапу. Кожаные одежды романанов контрастировали с блестящими костюмами десантников, но зато они были более красочными.

Толпа отпрянула с нарастающим ропотом, осознав, что воины сантос перемешались с их собственными. Здесь — впервые — паук и сантос шли как братья, в обнимку, оглашая криками и воплями голубое небо. Они пели ритуальные песни и потрясали тяжелыми ружьями — некоторые стреляли в воздух в знак победы.

Карнавальная атмосфера захватила зрителей, когда над их головами второй ШТ упал с неба, опустившись недалеко от Сюзан и обдав плотно стоявших людей пылью, раскаленным воздухом и странными запахами. А в небе уже кружились следующие, свистя и ища место для посадки.

ШТ сверкали ослепительной белизной на фоне потускневшей и проржавевшей громадины «Николая Романана» — отличная аналогия, подумала Сюзан, с ее жизнью и жизнью звездных людей. При виде их у нее захватило дух — такие сияющие, блестящие, восхитительные и новые. Она подумала о том, как женятся звездные люди, увидев в толпе искривленную, в мягкой кожаной повязке голову своего дяди. С него в юности сняли трофей. Тем не менее, он, в конце концов, убил сантос, который опозорил его, и восстановил свою честь.

Из второго ШТ выдвинулся трап, и еще одна партия десантников и воинов торжественно вышла наружу. Последним показался большой сантос, подталкиваемый охранниками в боевых костюмах с бластерами наготове. Возможно, самый большой человек, которого Сюзан приходилось видеть, ухмылялся и плевал на землю. Суровые темные глаза презрительно оглядывали толпу, которая теперь вдруг притихла. Только время от времени слышались приглушенные голоса.

— Это Большой Человек, — расслышала Сюзан преисполненный благоговейного страха голос. — Он предал народ — и свой и наш, и людей «Пули».

Она снова посмотрела на Большого Человека, который злобно скалился на толпу, и почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Джон Смит Железный Глаз с ним в смертельной вражде! — добавил кто-то вполголоса.

Из ШТ появилась еще одна фигура. Солнце золотилось в ее рыжих волосах, спускавшихся на плечи. «Рыжий, Великий Трофеями!» — вскричали в толпе.

Рыжий, Великий Трофеями стояла у подножия трапа, уперевшись руками в бедра и встречая направленные на нее взгляды. Кожаные одежды, как у романанов, не могли скрыть атлетического телосложения этой женщины. Она вглядывалась в толпу, трезвая рассудительность как мантия окутывала ее. Ее зеленые глаза, заряженные какой-то особой внутренней решимостью, созерцали толпу. Пояс из человеческих волос отливал черным на солнце — признак истинного воина.

Сюзан изо всех сил пыталась разглядеть ее. ОНА ДЕЙСТВИТЕЛЬНО СУЩЕСТВОВАЛА! ЭТО БЫЛА НЕ ШУТКА! Она с трудом избавилась от комка в горле. На какое-то время она забылась, представляя себя свободно скачущей по равнине с ружьем в руке, поджидая воинов сантос и их богатые стада лошадей.

Грубая рука схватила ее за щиколотку. Вздрогнув, она посмотрела вниз и увидела перекошенное от гнева лицо своего дяди.

— Вот ты где, выродок моей сестры, — прорычал он. — ОТПРАВЛЯЙСЯ ДОМОЙ! Ты нужна тете. Мы сегодня устраиваем трапезу в честь Красного Ястреба Конокрада, — он критически осмотрел ее. — Спала на сене, а? Клянусь Пауком, тебе повезло, если ты была одна! Нам достаточно позора от тебя, чтобы терпеть еще одного выродка в нашей семье!

Она почувствовала, что слетела с повозки и плюхнулась на задницу в грязь. Кто-то засмеялся, видя, как она с трудом поднялась и злобно уставилась на своего дядю.

— Теперь ОТПРАВЛЯЙСЯ! — приказал Рамон Луис Андохар с презрением. — Негодный ребенок, — он развел руками, реагируя на любопытствующие взгляды присутствующих и не зная, что делать. — Это все только из-за того, что я слишком любил свою сестру. Что может поделать старый воин, а?

Еще один взрыв смеха резанул слух пристыженной Сюзан.

— Звездные люди по-другому обращаются с женщинами! — Теперь поздно. Она в ужасе зажала рот рукой. Молодая девушка НИКОГДА еще не бросала вызов старшим.

Лицо Рамона исказилось, глаза как-то странно остекленели. Коричневые губы раздвинулись, обнажая желтые обломки зубов.

Удар был нанесен быстро, но она увернулась от него. Он лягнул ее ногой, и она едва успела отскочить. Ее ловкость застала старика врасплох, и он врезался в борт повозки, стукнулся локтем и выругался.

Еще несколько человек засмеялись.

Сюзан попыталась отпрыгнуть, но цепкие пальцы Андохара поймали край ее платья, из-за чего она упала на четвереньки. Окруженная людьми, она вновь поднялась на ноги.

Рамон Луис Андохар загнал ее в угол.

— ЧЕРТОВА ДЕВКА! — прошипел он. — Я переломаю тебе все кости! Что ты сказала насчет звездных людей? Хочешь быть такой, как они, а? Клан твоей матери для тебя недостаточно хорош?

— Они не бьют своих женщин! — прорычала в ответ Сюзан, зная, что в этот раз будет больно, но ей уже было все равно. В толпе язвительно засмеялись, подпитывая безумную ярость Рамона.

— Если ты ударишь меня, я… я… — непроизвольно закричала Сюзан.

— Вот как ты отвечаешь на все, что сделал для тебя клан? — произнес Рамон.

Она увернулась недостаточно быстро. Кулак задел скулу, и она пошатнулась. Она попыталась ответить, лягаясь, царапаясь, нанося удары по его грузному телу своими слабыми кулачками. Оглушительный удар пришелся ей в челюсть. В глазах потемнело. Она упала еле живая. Царапая пальцами землю, она пыталась подняться.

— Ты ДРЯНЬ! — едва расслышала она вопль своего дяди. Удар ногой пришелся ей в бок, пронзив ее болью. — Будь ты проклята, Сюзан Смит Андохар! Ни одному клану ты не нужна! Ни одному мужчине! Ты говоришь, что не будешь жить в моем доме? Тем лучше! При всех свидетелях я выгоняю тебя! Вон! Слышишь? Мой клан больше тебя не знает!

Его слюна летела ей в лицо.

Она почувствовала грубые руки на спине, когда он рывком поставил ее и влепил пощечину — острая боль почти привела ее в чувство. Сюзан прищурилась, глядя в его глаза с покрасневшими веками. Сжатый кулак Рамона вышибал искры в ее мозгу, с каждым ударом ее голова откидывалась назад. Ее череп глухо бился о колесо повозки. Она скулила, стараясь смотреть прямо, задыхаясь от боли.

— ДОВОЛЬНО! — в голосе была властность.

Сюзан отчаянно заморгала, пытаясь сосредоточить взгляд на своем дяде. Его глаза расширились. Кулак опустился. Сюзан, обмякнув, повалилась на землю. С упрямой решимостью она опять собралась с силами и приподнялась, размазывая кровь, текущую из носа, отказываясь сдаваться. Он уложил ее, когда она бросилась на него.

— ДОВОЛЬНО, я сказала! Отведи ее домой, — приказал голос. — Как тебя зовут, старик? — интонация была ядовитой.

— Р-Рамон Луис Андохар.

— Распорядись, чтобы о ней позаботились. Если ты еще раз тронешь ее хоть пальцем, будешь иметь дело со мной. — Голос женский. Легкий акцент.

Сюзан подняла голову, морщась от яркого солнца. Лица не было видно в рыжем ореоле солнечного света. Она опустила глаза и увидела связку трофеев, свисавших с пояса, а затем снова попробовала сосредоточиться на лице.

— Ты знаешь, кто я? — спросила женщина твердым голосом.

Рамон медленно кивнул.

С прояснившимся взглядом Сюзан вызывающе посмотрела на дядю, прежде чем обратить взор на свою спасительницу. Она встретилась с зелеными глазами, которые теперь были мрачными и начальственными. И… страдающими? Подернутыми скорбью и болью?

— Хорошо, — Рыжий, Великий Трофеями распрямилась. — Смотри, запомни, что я сказала, — звездная женщина-воин повернулась кругом и пошла прочь, люди расступались, давая ей дорогу. В толпе шептались, когда Сюзан нетвердо встала на ноги, чувствуя, как из распухшего носа течет что-то теплое.

Рамон Луис Андохар прислонился к повозке и отдувался, смущенно вытирая лицо.

— Они не имеют права вмешиваться в наши порядки, — с тихой угрозой сказал он. Толпа рассеялась.

Он посмотрел на нее с застывшей на лице ненавистью.

— Пошли, мы должны сегодня принять Конокрада. Хоть раз сделай что-нибудь полезное. Сомневаюсь, что он женится на тебе после этого, — и пропали мои лошади!

Сюзан спотыкалась, пока Рамон грубо толкал ее впереди себя. Ковыляя, она продолжала растирать нос, видя свертывавшуюся кровь. Любопытные взгляды мало ее беспокоили.

Дом произвел на нее такое впечатление, что она чуть не задохнулась. Крепкие деревянные шесты, принесенные с гор, поддерживали крышу из земли и натянутых шкур. Частично врытый в землю, длиной, может быть, метров десять, дом позволял укрываться от холодных зимних ветров — жалкая тюрьма в лучшем случае.