Читаем без скачивания Не выбирай меня! (СИ) - Холлей Ниизла

— Ёпть… — ругнулся удивлённый Артемьев. — Ладно. Уговорили. Так как там вас зовут? Меня Александр. Для родных Саша.

— Меня зовите Арри, — улыбнулся врач.

— Меня Уно, — представился Эйхард.

— А меня Валя, — чувствуя себя неловко под неприязненным взглядом Саши, пролепетала я.

Нет, а что такого крамольного в банальной вежливости?! Можно подумать, это был мой тонкий план по переезду в новый мир и обретению гарема мужей! Я что, для того чтобы Саша меня простил, хамить направо и налево должна? И вообще, за что ему меня прощать? За то, что сам себя накрутил и со мной себя некрасиво повёл? Вот и сейчас…

Мы пришли в празднично убранную, наверное, столовую. Семейных разместили кучно. Но у каждой семьи был свой столик. Так Александр и тут нашел возможность меня уколоть. Дождался, когда Уно поухаживает, помогая сесть за стол, и принципиально уселся через стул от меня. Поведение мужа обижало всё больше. Где мужская поддержка? Забота? Мы оба оказались в незнакомом мире, где играют по другим правилам. И стоять должны плечом к плечу, а не вот этот цирк, что устраивает великовозрастный «мальчик».

Торжественный ужин, посвященный бракосочетанию, начали с торжественного «обраслечивания». Семьи вставали и под бурные аплодисменты надевали браслеты. Когда дошла очередь до нас, Уно надел мне на запястье широкий браслет, прихотливо украшенный резьбой по металлу и искрящимися алыми камнями. Потом протянул шкатулку, где лежало ещё три браслета. С одинаковым рисунком. Только камней там было лишь три. Когда я первым надела браслет Эйхарду, зал взорвался поздравлениями. Значит, хороший он чел… то есть, наагат. Если подчинённые его уважают. Доктор Гросс сиял, как солнышко. И совсем не казался серым и невзрачным. Только Саша с самым мрачным выражением лица буквально ткнул мне под нос руку. Мило улыбаясь, во всяком случае, я надеялась, что выгляжу мило, «обраслетила» и законного супруга.

Потом был пир на весь мир! То есть, на все экипажи эскадры. Из-за того, что столовая не могла вместить всех желающих поздравить Обретённых, нас поздравляли в несколько этапов. Всем подарили кучу подарков. От сувениров до конкретных подарков. Не оставили и одиноких землян. Мужчин утащили из столовой, как я понимаю, брататься и праздновать на других крейсерах.

— Доктор Гросс, ой… Арри, а экипажи так рады — почему? — обратилась я к довольному врачу.

— Как же, для любого наагата Обретение — это праздник! А Обретение у офицеров Службы охранения внешних секторов — это двойной праздник. Парни рады за нас. Лишь один из двадцати военных рано или поздно проходит через Обретение. А у других этого не будет никогда.

— Не грустите, Вааля, — Уно тоже решил меня подбодрить. — У меня есть предложение. Давайте перелетим на мой крейсер? Парни будут рады и благодарны за то, что в такой значимый день мы будем с ними.

По привычке посмотрела на Сашу, ища одобрения. Но муж преувеличенно заинтересовался чем-то в тарелке.

— Вааля…? — напомнил о себе Эйхард.

— Буду рада разделить нашу радость с парнями! — разозлилась я.

— А мне тоже надо лететь с вами? Или я могу спокойно отдохнуть тут от всего?! — начал ерепениться Александр.

— Лететь надо всей семьёй. Никто не поймёт, если вы останетесь здесь. К тому же жить мы будем пока на моем крейсере. В моей каюте. Простите, там скромно. Но места достаточно для всех нас, — пресёк возможный саботаж Уно.

С военной решительностью он встал и сообщил:

— Наша семья благодарит вас всех за то, что разделили с нами радость Обретения. Просим понять нас и отпустить на мой крейсер. Нэра Вааля устала и ещё не пришла в себя после тяжёлой болезни. Ну и будем решать бытовые вопросы.

Нас снова поздравили, и мы, сопровождаемые, как я понимаю, нашим экипажем, отправились «домой».

Слушая общение Уно и Арри с бойцами, невольно радовалась, что за меня меня выбрали. Хорошие мужики достались нашей семье!

А вот Саша совсем не радовал. Даже напрячься и «выдать» хотя бы нейтральное выражение лица не собирался. Так и шёл, тихонько брюзжа что-то под нос. И активно игнорируя меня.

Пока, не торопясь, шли к месту, где стояли шатлы, я почувствовала себя неважно. Это мягко говоря. В голове зашумело, немного «поплыло» перед глазами, и стал неприятно тянуть левый бок.

Первым заметил симптомы, естественно, врач.

— Что с вами, Вааля? Где болит? Дышать трудно? Нормально? Ну это уже хорошо! Уно, — Эйхард тут же возник рядом. — Мы не летим к тебе. У нашей жены проблемы. Мы идём в медблок. Быстро!

В госпиталь меня домчали «с ветерком».

И снова усыпили, аккуратно водрузив в середину ренегара.

И тут снова отличился земной супруг:

— Арри, ну чего ты так всполошился?! — Александр выпил какой-то местный алкоголь, и его понесло. — Она просто хочет мне досадить и вас подмять! Никогда не замечал, что моя жена — стерва и манипуляторша.

— Сашшша, я заменил ей сердце на выращенное! — впервые я видела, как вспылил доктор. — Она ещё не совсем оправилась. Я же тебе говорил, ей нужен покой и положительные эмоции.

— Ой, да ла-а-адно нагнетать!

Нет, не зря Саша не любил пить алкоголь. Из него сразу начинало лезть то, чего он по-трезвому стеснялся.

— Я говорю, как есть. Уно, уведи нашего … — через паузу доктор продолжил, — … побратима к себе на крейсер. Уложи спать. А сам прилетай. Ты нам нужен!

4

Месяц спустя

«Вот и закончился мой медовый месяц», — усмехнулась я, сладко потягиваясь и не торопясь открывать глаза.

Что можно сказать? Мне исключительно повезло!

Супруги достались настолько заботливые, что иногда чувствовала себя произведением искусства. Даже Саша стал поспокойнее.

Рассмеялась мысленно.

«Медовый месяц без секса! Скажи кому, не поверят!» — снова усмехнулась я.

Да, в нашей семье всё было хорошо, кроме супружеских обязанностей.

Саша в этом плане меня игнорировал. Каждый вечер изобретал причины, по которым ему ну никак нельзя было оставаться со мной наедине.

Арри осторожничал сам и сдерживал порывистого Уно. Как авторитетное светило в области медицины, из отношений между мужчинами и женщиной он разрешил лишь необременительные ухаживания, комплименты, прогулки по крейсеру и оранжерее.

Земляков у нас забрал проходящий мимо торговый караван. Одних он отвезёт в Торговую Федерацию, которую считали неким Теневым государством, состоящим из пиратов, психов-учёных и маргинальных элементов. Другие пожелали осесть на аграрной планете. Третьи нацелились на планету-столицу. И лишь один — офицер — остался на крейсере и принёс присягу Империи. Всем вынужденным переселенцам выдали подъёмные и приписали по домику на Альмаграсе. Семейным же не выдали ничего. Объяснялось это просто: выбрали супругов по своей воле — нечего хныкать!

Вот мы и не хныкали.

Я никогда не была меркантильной. Александр тоже не убивался по красивой жизни. Уно и Арри также не делали из богатства культа.

Как-то в первые дни семейной жизни я попыталась понять, на что мы живем сейчас и собираемся жить впоследствии.

Но эти два змея так ловко сменили тему разговора, что я даже этого не поняла.

Правда, потом всё же объяснили. Это было самое короткое объяснение в моей жизни:

— У нас есть средства и дома у Уно на планете-столице и ещё в одном месте. Набирайся сил. Через три месяца поедем знакомиться с домом.

Что-то такое-эдакое доктор со мной всё же сделал. Не знаю… то ли снятие пресловутого блока послужило тому причиной, но я начала стройнеть. Кожа стала ровной, морщинки и пятнышки исчезли. Седина также постепенно уступала напору инопланетных технологий.

Я наивно рассчитывала на то, что муж всё же оттает. Но он всё сильнее отдалялся от меня, и ничего с этим поделать не удавалось. С остальными разумными Саша был интересным собеседником, умным технарём, своим парнем. Кстати, он сам нашёл себе работу в инженерно-технической службе. Пока что много учился и даже получил первую «инопланетную» зарплату. Которую тут же потратил на «обмыв». Я не возражала. Просто решила подождать, пока он адаптируется, и тогда спокойно можно будет поговорить.