– задохнулся от возмущения Дэйчи. – Я? Да как вы можете так говорить? Я?
- Да, – адвокат посмотрел на омегу с вселенской грустью в глазах, потом достал из дипломата планшет и продемонстрировал запись. - Я буду комментировать события так, как они были озвучены потерпевшим Салах ад-Дин Юсуф Ибн Айюбом. Вот смотрите: Дэй выходит из кабинета директора оглядывается по сторонам и пристально смотрит на альфу. После этого отдает приказ, и ребенок с секретарем выходят из помещения, оставляя их одних. А потом начинается разговор. Альфа показывает укус на руке, а Дэй начинает его домогаться, недопустимыми прикосновениями нарушая целостность личного пространства. А вот дальше, господин Сталински нападает на гостя с Сабаха и принуждает того к близости. Причем заметьте, малолетний потерпевший вначале пытается уклониться от нападения, но Сталински весьма бесцеремонно схватив потерпевшего за одежду, все-таки принуждает к близости весьма энергичными действиями. Это по закону и называется совращение несовершеннолетнего и изнасилование.
- Стесняюсь спросить, а на Сабахе в каком возрасте наступает совершеннолетие, в тридцать лет, что ли? - Дею казалось, что он находится в каком-то дурном сне. Он тряхнул головой, пытаясь проснуться.
- Нет, нашему гостю с Сабаха пятнадцать земных лет. Просто он инопланетянин, они там все быстро мужают.
- Руки вперед, - полицейский-альфа достал наручники и защелкнул их на запястье у омеги. Он что-то говорил о правах и про адвоката, но в голове у Дэйчи, как колокол, звучала только одна мысль: Рональд! Его теперь точно отберут и отдадут дедушкам под опеку.
Дэйчи выводили из парадной, когда им навстречу попался Рон с ведерком мороженого в руках и остекленевшими от ужаса глазами.
- Рон! Рон! - Дэйчи дернулся к сыну, но его остановили полицейские. – Не волнуйся, это какая-то ошибка, нелепость. Все будет хорошо! Побудь пока у соседей! Я вернусь! Я обязательно вернусь!
Дэйчи посадили в полицейскую машину, на переднее сидение сел адвокат, и машина тронулась.
- Дэйчи, - адвокат, развернувшись, смотрел на омегу жесткими глазами, - возьмите себя в руки, у нас мало времени. Ваши дела неважные, но я действительно хороший адвокат. Послушайте меня внимательно. Я на вашей стороне и хочу вам помочь.
- Ему что, действительно, только пятнадцать лет? - Дэйчи сидел потрясенный до глубины души. - Но он такой, такой зрелый. Это все же ошибка! Он же старшеклассник!
- Нет, ошибки нет! – адвокат смотрел настороженно, как кот караулящий мышь. - Ему пятнадцать, и его зачислили в выпускной класс по уровню знаний. Он действительно очень умный, особенно для Сабаха! На него возлагают большие надежды. Послушайте меня, это важно! Вы попадаете в развилку законов. С одной стороны вас могут судить по законам Федерации, и тогда вам гарантированно светит двадцать лет без права на досрочное освобождение, а с другой стороны вас могут судить по законам Сабаха, там омега-вдовец может сам решать свою судьбу. Он может вернуться в дом родителей или опекуна, или остаться в гареме наследника. Ваши действия можно трактовать, как желание вступить в гарем нового альфы.
- Вы сказали - гарем? - Дэйчи стало смешно. - Мне двадцать девять, ему, как вы говорите, пятнадцать! Я ему в папы гожусь! Я почти вдвое его старше! И потом, я не хочу в гарем, у меня сын ученик! О чем вы вообще говорите?
- Тихо! - адвокат неожиданно прикрикнул на омегу, у которого похоже начиналась истерика, - замолчите и слушайте. По законам Сабаха альфа увезет вас в свой дом. Если у вас есть несовершеннолетний ребенок, то он сразу же попадает под опеку альфы до совершеннолетия. Но в вашем случае все вообще получается просто великолепно. Омеги приезжие, обратите внимание, не местные, то есть конкретно вы, не могут удерживаться на Сабахе больше, чем два с половиной года. А значит, через два с половиной года, он вас должен будет привезти обратно и дать развод. И все! Вы свободны! Ни судимости со стороны Федерации, ни нареканий со стороны Сабаха! Все счастливы и все смеются! А главное, если все будет хорошо, и Салах ад-Дин согласится взять вас в свой гарем, вы получите уникальную возможность изучить его привычки, пристрастия и помочь правительству в сборе материала на будущего политика этой странной планеты. У нас очень мало информации об их внутренних обычаях и практически нет никакой информации о закрытой личной жизни, которая проходит исключительно в гаремах.
- Вы хотите, чтобы я доносил на своего мужа? - Дэйчи не верил, что этот разговор происходит на самом деле.
- Фу, как грубо! Вы могли бы просто писать письма знакомым о том, как у вас дела и заодно рассказывать, что интересного вы видели или слышали. Поверьте, правительство не забудет о вашей услуге и поможет вам с трудоустройством на прежнем месте работы. Да и вообще, с правительством лучше дружить. Вы ведь все равно вернетесь обратно!
- Почему? - Дэйчи чувствовал себя пьяным от нереальности происходящего, его, похоже, вербуют в шпионы! Он глупо хихикнул, - может мне там понравится, и я решу остаться?
- Вы не сможете! - адвокат ухмыльнулся. - Приезжие омеги не живут на Сабахе дольше трех лет, они просто тихо умирают во сне. Никто не знает, почему. Они не выдают тела погибших. Никогда! Они их высушивают на местных кладбищах, потом сжигают на ритуальных кострах, а пепел развеивают в песках. Приезжие беты и альфы живут без ущерба для здоровья, а вот омеги умирают, причем без видимых причин. Свидетельств смертей много, но сценарий один и тот же - омега весел и здоров, как обычно ложится спать, а утром не просыпается.
- Я туда не поеду! - Дэйчи замотал головой и ущипнул себя за руку. - Мне еще сына растить надо!
- Это ваш выбор, - адвокат пожал плечами, - тогда двадцать лет тюремного заключения, свою квартиру вы потеряете, потому что оплачивать кредит за квартиру, сидя в тюрьме, вы не сможете. А когда выйдете из тюрьмы, вам будет сколько лет? Без денег, без работы, без жилья вы думаете, что будете нужны своему сыну, который к тому времени вырастет без вас? Подумайте лучше.
Автомобиль остановился у здания суда.
- Так что вы решили? - адвокат шел рядом по коридору и пристально рассматривал подзащитного. - Здравый смысл или гордыня?
- Гарем, - омега нахмурился, - два с половиной года, и сын будет со мной! А с остальным разберемся!
- Правильное решение!
