«будучи военным советником при штабе Чан Кайши, молодой полковник познакомился с древней китайской культурой, занялся изучением китайской философии и накопил богатый политический опыт, внимательно наблюдая развитие китайско-японского конфликта».
Получается, что Власов преуспел и в полководческих делах, и в амурных, и в изучении китайской философии. И это, наверное, и нужно считать главным свидетельством того, что он выдержал столь трудный экзамен.
Когда Власов был отозван на родину, Чан Кайши якобы наградил его золотым орденом Дракона (по другим сведениям – орденом Луны, по сведениям В. Филатова – орденом «Юн-Хю»), а супруга будущего генералиссимуса подарила «своему дорогому товарищу Волкову» золотые часы.
По свидетельству тех же биографов, во время промежуточной посадки в Алма-Ате сотрудники НКВД произвели обыск и конфисковали все доказательства жизни Андрея Андреевича за пределами СССР.
Багаж, отправленный по железной дороге, тоже не прибыл к месту назначения.
Остался Андрей Андреевич и без ордена, и без золотых часов.
Впрочем, едва ли он сожалел об этом, ибо – мы уже говорили! – трудный экзамен был выдержан им.
«Тов. Власов хорошо грамотный командир. Как общее образование, так и военная подготовка хорошая. За время командировки выполнял ряд ответственных заданий. Проявил себя знающим дело и пользовался хорошим авторитетом. На нервной почве подчас проскальзывала грубость. Находясь в совершенно трудных условиях, показал себя как достойный большевик нашей Родины. Обладает достаточной силой воли и твердости. Настойчив, общителен, в общественной жизни активен. Предан делу партии Ленина – Сталина. Имеет хорошую марксистско-ленинскую подготовку. Может хранить военную тайну.
Практически здоров и вынослив в походной жизни…
29.12.39. Комбриг Ильин».
Такое ощущение, что характеристика эта в постели супруги Чан Кайши и написана.
Но это не так уж и важно.
Важно, что именно с этой характеристики и начинается новый виток в блистательной карьере советского военачальника Андрея Андреевича Власова.
Вот её даты:
Конец 1939 года. Должность командира 99-й стрелковой дивизии 6-й армии, дислоцированной в городе Перемышль.
Май 1940 года. А. А. Власов избран членом Перемышльского горкома ВКП(б).
4 июня 1940 года. СНК СССР присвоил А. А. Власову звание генерал-майора.
25–27 сентября 1940 года. На инспекторском смотровом учении, проведенном народным комиссаром обороны – Маршалом Советского Союза товарищем С. К. Тимошенко, дивизия, которой командовал А. А. Власов, получила «хорошую оценку» и была награждена переходящим знаменем Красной армии.
3 октября 1940 года. В газете «Красное знамя» опубликована статья А. А. Власова «Новые методы учебы», где автор цитирует Александра Суворова и напирает на полезность политзанятий.
9 ноября 1940 года. В газете «Красная звезда» опубликована статья П. Огина и Б. Кроля «Командир передовой дивизии» об А. А. Власове.
17 января 1941 года. А. А. Власов назначен командиром 4-го механизированного корпуса КОВО.
6 февраля 1941 года. А. А. Власов награжден орденом Ленина.
23 февраля 1941 года. Газета «Красная звезда» перепечатала статью А. А. Власова «Новые методы учебы».
Это хронология.
А вот характеристики на А. А. Власова:
«Находясь в особо трудных условиях, показал себя как достойный большевик нашей Родины».
«Практически здоров и вынослив в походной жизни. Имеет стремление от службы уйти в строй».
«Энергичен в решениях, инициативен».
«Генерал-майор Власов непосредственно руководит подготовкой штабов дивизии и полков. Он уделяет много внимания состоянию учета и хранению секретных и мобилизационных документов и хорошо знает технику штабной службы».
«Его авторитет среди командиров и бойцов дивизии высок».
«Генерал-майор Власов… лучше и быстрее других воспринял личные указания Народного Комиссара о перестройке боевой подготовки».
Под характеристиками, выдержки из которых мы процитировали, стоят разные подписи. Есть здесь и подпись командующего войсками КОВО генерала армии Жукова.
Для нас, живущих после войны, имя Жукова значит многое. И я напоминаю о подписи под хвалебной характеристикой на генерала Власова не для того, чтобы оскорбить память великого полководца. Нет. Подпись Жукова свидетельствует лишь о том, что тогда А. А. Власов был точно таким же, как все, генералом Красной армии.
Впрочем, об этом мы еще будем говорить, когда придет время рассказать о сражении под Москвой…
Пока же справедливости ради отметим, что восхождение Андрея Андреевича Власова отнюдь не было безоблачным. Нашлись и у него недоброжелатели.
В январе 1940 года в парторганизацию и в органы поступило заявление, дескать, Власов не тот, за кого себя выдает. Скрыл, дескать, мерзавец свое семинарское прошлое.
К счастью для Власова, парторганизация повела себя вполне пристойно.
10 января 1940 года она отправила в органы ответ: «Парторганизации было известно о том, что т. Власов окончил духовную семинарию до его вступления в партию».
Это парторганизации действительно было известно.
Этого Андрей Андреевич Власов никогда и не скрывал.
И все-таки, даже и забывая о дальнейшей судьбе Андрея Андреевича Власова, перечитывая эти служебные характеристики, трудно сказать, чего в нем было больше – настоящей инициативы и энергичности или того подобия инициативы и энергичности, которые хотелось видеть начальству.
Впрочем, о ком из тогдашних генералов можно было сказать это с полной уверенностью?
И вот что поразительно.
Сохранилось достаточно большое количество документов, связанных с жизнью Андрея Андреевича Власова.
Целый ворох фотографий.
Но все они – «Пленный генерал Власов доставлен в штаб 18-й немецкой армии», «Генерал Власов в немецком лагере военнопленных», «Генерал Власов в Берлине», «Генерал Власов на рождественской елке для детей», «Генерал Власов принимает рапорт генерала Трухина», «Генерал Власов выступает в “Доме Европы” в Берлине», и так далее, и так далее – из второй жизни генерала, а из первой, когда Власов еще не стал тем Власовым, которого мы знаем, почти ничего не осталось.
Если не считать снимка, сделанного во время встречи Нового, 1942 года и запечатлевшего Власова в компании Агнессы Подмазенко и двух генералов – заместителя командующего 20-й армией А. И. Лизюкова и члена Военного совета армии П. Н. Куликова, сохранилось ничтожно мало снимков, на которых мы могли бы увидеть генерала Власова в кругу друзей, в минуты отдыха.
То же самое и с воспоминаниями.
Сколько людей общалось с ним, но все – женщины не исключение! – запомнили его именно как генерала.
Характерны в этом смысле воспоминания А. И. Полякова, директора Гагинского краеведческого музея, в ведении которого находится и село Ломакино – родина генерала[9].
«До войны гагинцы очень гордились Власовым. Еще бы – генерал Красной армии, орденоносец! В 1940 году он приезжал к нам, в его честь организовали митинг, где он выступил с большой патриотической речью. Кто мог тогда подумать?!»
Племянница Власова, В. В. Карбаева, в 1940 году была ребенком.
Она вспоминает, что «своих детей у Власова не было, вот он и баловал нас», но все равно ни детский возраст, ни «баловство», которым одарял ее дядя, не растопили субординации в отношениях.
«Хотя и
