– Я всегда хотел, – говорил он, – открыть рекламное агентство, но очень интересовался работой на телевидении. Думаю, вы очень умно поступаете, – он на мгновение остановил на спутнице взгляд темно-серых глаз, – не стремясь к работе в прямом эфире. – Джефф печально усмехнулся. – Вам пришлось бы столкнуться с беспощадным отношением со стороны многих. Там необходима защитная броня. Борьба за место на вершине безжалостна, а иногда жестока. Но на станциях поменьше не сталкиваешься с подобным со стороны знаменитостей – или воображающих себя знаменитостями, – и для вас это будет хорошим стартом. – Его глаза сузились. – Хотя я должен предупредить, – и Меган показалось, что он говорит о ком-то конкретном, – что даже у нас встречается похожее, скажем так, безобразное отношение.
– Я об этом слышала, – согласилась Меган. – Особенно насчет Голливуда и Нью-Йорка. Ведь это во многом касается актерской профессии, не так ли?
– В некотором роде. Многие артисты на самом деле другие. Они должны обладать почти из ряда вон выходящим желанием достичь вершины. Все же, – Джефф будто говорил сам с собой, – я видел несколько полных бездарностей, которым свойственна та же агрессивность. – Меган снова подумала, что он вспомнил о чем-то личном. Может быть, он имел в виду кого-нибудь из своей студии? – Это не артисты, а авантюристы. Берегитесь их. – Джефф посмотрел на часы на загорелом запястье и сменил тему: – Еще рано. Хотите послушать музыку в местном ночном клубе? Тетушки, – казалось, Джефф уловил ее нежелание, – еще часами будут играть в шахматы, а я решил, что пойду куда-нибудь вечером до возвращения в Сан-Франциско.
Меган почувствовала облегчение:
– Вы скоро возвращаетесь?
Он кивнул:
– Завтра вечером. Но завтра я отдам вам письмо.
Хороший намек. Ей снова ничего не оставалось, как согласиться. На миг Меган испытала чувство презрения к самой себе. Почему она принимала услугу от того, кто был ей так неприятен? Меган мысленно вздохнула. Это просто – потому что больше всего на свете ей хотелось работать на телевидении по соседству с тетей Клер и с портом ввоза из Гонолулу. Получить работу на студиях в Сан-Франциско самостоятельно она уже пыталась.
Они пошли обратно к дому. Клер и Элен едва подняли головы от красивых ониксовых белых и зеленых шахматных фигур, пока Джефф рассказывал им о планах, а Меган бегала наверх за белым махровым шарфом.
Ресторан на крыше «Копа Халиско» располагался на уровне третьего этажа и был переполнен. Меган обрадовал шум оркестра. Разговаривать было почти невозможно. Она могла откинуться на спинку стула и расслабиться, глядя на тех, кто пел и танцевал. Небольшой мексиканский эстрадный ансамбль играл так зажигательно, что ноги Меган готовы были сами собой пуститься в пляс.
Только когда музыканты встали, Меган поняла, что следующий оркестр будет исполнять танцевальную музыку. Взглянув на свои крошечные часы, она заметила, что они с Джеффом сидят в клубе уже больше часа, потом подняла голову и увидела, что спутник пристально смотрит на нее. Что-то в его пронизывающем, почти изучающем взгляде заставило Меган опустить глаза. Решив, что не останется и не станет с ним танцевать, она прикрыла рукой зевок.
– Прошу прощения, – сказала она, – но поездка сюда и все остальное... Я устала больше, чем думала. Вы не возражаете, если мы уйдем сейчас?
Он немедленно кивнул официанту. Через двадцать минут огромный «кадиллак» въезжал в железные ворота. Меган с радостью обнаружила, что ни Элен, ни Клер нет в зале. Она надеялась, что тетя уже легла спать. У нее не было сил отвечать на вопросы о Джеффе Харрисоне.
Девушка повернулась и в тусклом свете холла увидела устремленный на нее взгляд серых глаз. Его выражение было совершенно невозможно понять.
– Я... я думаю, что тетя Клер и Элен тоже устали, – холодно произнесла Меган. – Большое спасибо за экскурсию в сад и визит в клуб... А теперь я пойду наверх. Спокойной ночи. – Она хотела уйти, но остановилась после первого же шага, услышав за спиной его тихий голос:
– Мисс Коллинз.
Она повернулась. Джефф шагнул вперед и положил на перила лестницы длинную загорелую руку. Меган ждала.
– Я рискую показаться самовлюбленным, но не могу не поинтересоваться, почему так вам не нравлюсь... Нет, постойте. – Он поднял руку, не давая Меган заговорить. – Это несколько... выбивает из колеи, когда встречаешь кого-то, к кому испытываешь большую симпатию, и обнаруживаешь, что тебе явно не отвечают взаимностью. Я мог бы понять, если бы вы были лучше со мной знакомы. Но вы видите меня впервые в жизни! Вы мгновенно почувствовали неприязнь ко мне. Вам свойственны такие скоропалительные суждения?
Против воли Меган резко ответила:
– У меня не бывает скоропалительных суждений! – и была готова откусить себе язык.
Его глаза сузились.
– Ясно, – медленно произнес Джефф. – Я понимаю, что два человека способны мгновенно проникнуться взаимной антипатией, но... здесь дело не в этом. Вы мне очень нравитесь.
Меган едва не бросила ему в лицо: «Вам, наверное, нравится каждая юбка, любая женщина с приличной внешностью». Но она сдержалась, и, прежде чем успела сообразить, какими словами заполнить неловкую паузу, Джефф кивнул, пожелал ей спокойной ночи и ушел в глубь холла.
Меган с трудом заснула. Ей казалось, что она часами ворочается в постели. Когда она наконец уснула, ей приснилось, что Джефф Харрисон гоняется по саду за Марией, угрожая расправой, если та сию же минуту не остановится.
Глава 3
Меган испытала огромное облегчение, когда на следующее утро спустилась вниз. Элен де Матос была безутешна: Джеффу позвонили из Сан-Франциско, и ему пришлось лететь ранним рейсом, – а до этого бедняжка еще ездил на озеро Чапала, чтобы забрать остальные вещи, так что был вынужден покинуть дом чуть ли не на рассвете.
– Я так хотела, чтобы вы обе получше познакомились с Джеффом, – продолжала она, в то время как Меган намазывала маслом тост. – Он такой прекрасный человек. Право же!.. – Элен коснулась глаз платочком. – Я так разочарована! Это все из-за Харольда Доббса.
Меган ухватилась за это имя, чтобы отвлечь хозяйку дома.
– Харольд Доббс? – переспросила она.
Элен шмыгнула носом, но немного успокоилась.
– Харольд и Джефф вместе учились в Колумбийском университете. Год назад Харольд приехал на побережье и открыл рекламное агентство. Оно процветает, а Доббс всегда хотел работать вместе с Джеффом. Но до тех пор, пока племянника Картера Бойда не назначили ассистентом, Джеффу слишком нравилось работать на Бойда, чтобы подумать над предложением Харольда. Честно говоря, – Элен уже настолько пришла в себя, что взяла ложку и начала есть золотистую папайю, стоявшую перед ней, – я вполне довольна тем, что он станет работать с Харольдом. Племянник мистера Бойда невыносим... О! – Она бросила ложку и полезла в карман синего шелкового халата. – Джефф оставил это письмо для тебя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
