Сергей побледнел и попытался было встать, но Дан опередила его, пригвоздив к стулу убийственной улыбкой.
– Не пугайтесь, Сережа, где наша не пропадала! В случае неудачи возместите убытки, и все. На крайняк подключите Шлимана, он ведь ваш приятель. А за компанию, как известно, и жид удавится. Так что смотрите. Пойдет ваш новый проект – я вас по-честному в долю возьму, а нет – будете возвращать денежки. Рулетка…
– Я собственно… Но, впрочем, Шлиман со мною согласен, с его астрологической точки зрения как раз эта тенденция вполне видна. Но я не знаю, своевременно ли? Дело в том, что самый интересный момент планируется лишь в две тысячи шестом году, а потом все пойдет точно по нарастающей, так что времени на раскрутку сколько угодно, – он поправил круглые очочки.
– В общем, просматривая литературу последних лет, я заметил сильный скос к мистицизму. Во всех текстах, которые я получил, фигурируют черные и белые ангелы, архангелы, духи, забытые боги…
– Что же такого? Я издаю боевики – мне и несут боевики. Возьмись я завтра за костюмчики для Барби, – потащат кукольные тряпки и домики. Все знают, что вы всему на свете предпочитаете эзотерику и магию, а Шли– ман роется в астрологии.
– В том-то и дело, что Шлиман роет. И сколько-то лет назад рыл! Думаете, совпадение? Сколько сейчас повторений на имена? В литературе, на эстраде…
– Шлиман роет. Да, вот фамилия так фамилия, это тебе не Иванов-Петров-Сидоров. Хотя, может быть, среди евреев это не такая уж и редкость…
– Шлиман – это еще ничего! – Лицо Сергея порозовело, что случалось с ним не часто. – Скажите, помните ли вы фамилию человека, производившего в нашей стране опыты над собаками?
– Павлов… – Ольга развела руками.
– А теперь усложняем задачу. Кому мы обязаны денежной реформой в бытность Горбачева, оставившей тогда нас без денег? Мою семью, в частности.
– Павлов, – прыснула Ольга.
– Вот именно, в прошлой инкарнации на собачках натренировался, гад! – Сергей чувствовал себя победителем.
Хорошо. Это, конечно, очень интересно, только изложите мне это на бумаге. Может, и запустим. С чем черт не шутит. Раз уж Шлиман роет! Может, какую-нибудь Трою нам и нароет. А вот я хотела с вами, Сереженька, побеседовать. Поступило предложение написать авантюрный роман… – Ольга знала, что Сергей когда не надо отличается редкостной проницательностью, поэтому смотрела на него прямым, открытым взглядом. – Вы что-нибудь слышали о Сильвестре Медведеве?
– Медведев, Медведев, – Сергей пошарил глазами по потолку. – Это который на Пушкинской 10, что ли? Так он не Сильвестр, а Николай. Еще Медведев… – бесцветные глаза скользнули по стене, карте города, плакату издательства.
– Ищите в прошлом. Царствования Алексея Михайловича и Петра Алексеевича.
– А вы про того?! – вытаращился Сергей. – Кому это он понадобился? Ну, вроде из Курска, крещен Семеном.
Ольга скривилась, услышав ненавистное имя: дело в том, что так звали мерзавца, бросившего ее десять лет назад с еще не родившимся Алешкой.
– … В монашестве Сильвестр. Ученик Полоцкого, участвовал в заговоре с целью посадить на престол царевну Софью. Я читал, что его сожгли прямо в доме или специально построенном срубе, конфисковав перед этим все бумаги, которые по сей день ни разу не издавались и, судя по слухам, находятся за семью печатями. Так что до них не добраться. А подробнее… Поэт, придворный поэт, редактор, правщик (корректор), работал в типографии, имел доступ к старинным рукописям и переписывал их современным для того времени языком. Латинист, мистик… – он развел руками. – Можно и больше накопать. Например, ему приписывают предсказание о гибели Питера.
Ольга вздрогнула, по спине пополз холодок.
– … Ну, я не думаю, что это серьезно, тоже мне Нострадамус нашелся. Я уже четыре конца света пережил, и ничего…
На столе запищал селектор, секретарша предупреждала, что явилась экстрасенс, автор популярной серии «Путь сердца» Линда со своими директорами. Ольга вяло кивнула коробке и посмотрела на Сергея.
– Почему ты сказал «приписывалось»?
– А кто его знает. Может, сам высчитал, а может, в тех же рукописях прочел, теперь не проверишь, разве что очевидцев искать, – в его глазах появилось оживление.
– Очевидцев? Да они все поумирали давно. Хотя, могут остаться свидетельства.
– Ну, возможно, кто-то и выжил, – он выдержал паузу. – Агасфер, например.
– Кто? – не поняла Ольга.
– Агасфер. Он же Картофилос – вечный жид.
– Ты бы еще сказал у дедушки Габадея спросить! Совсем сдурел, что ли?! – Ольга встала, намереваясь прекратить маразм.
– А как же ты хотела?! – глаза Сергея сияли странным холодным пламенем, в голосе появились металлически нотки. – С твоими мозгами да в сакральное ступить? Сказано же: «И слава Бога Израилева сошла с Херувима, на котором была, к порогу дома. И призвал Он человека, одетого в льняную одежду, у которого при поясе прибор писца. И сказал ему Господь: пройди среди города, посреди Иерусалима, и на челах людей скорбящих, воздыхающих обо всех мерзостях, совершающихся среди него, сделай знак. А тем сказал в слух мой: идите за ним по городу и поражайте; пусть не жалеет око ваше, и не щадите; старика, юношу и девицу, и младенца, и жен бейте до смерти; но не троньте ни одного человека, на котором знак, и начинайте от святилища Моего. И начали они с тех старейшин, которые были перед домом».
В полном ужасе Ольга схватилась за голову, показалось, что потолок двинулся к ней навстречу, желая расплющить беззащитную женщину.
– Впрочем, если нужно поточнее, можно покопаться в архивах, посоветоваться с Линдой. Хотя зачем такая точность? Главное, чтобы читателю удовольствие доставить. Поручим Батвинову хотя бы, он сейчас без дела, пропишет хоть мордобой, хоть конец света. Ремесло у него такое.
– Фальсифицировать?! – Ольга моментально вернулась на землю.
Дать фальшивку таким людям аналогично тому, чтобы обязаться три раза в день кормить их собственным мясом.
– Ты что, обалдел?! Совсем уже страх потерял! – накинулась она на подчиненного. – Давай! Двигай телом! Хоть с Агасфера, хоть со Сварога, но чтоб информацию стряс, и в четверг она у меня была.
Ольга выскочила в приемную и налетела на ползающую на четвереньках толстуху. Рядом с нею крутились еще две: одна с прозрачной бусинкой на нитке – чудь белоглазая, другая, похожая на старую ведьму, направила на Ольгу две острые спицы.
Реакция сработала мгновенно, редакторша развела руки нападавшей, и заехала ей коленом в живот. Баба скрючилась, а Ольга накатила на коленопреклоненную толстуху сервировочный столик и, подскочив к казалось, ничего не замечающей третьей, со всего размаху толкнула ее в платяной шкаф и, закрыв дверцу на ключ, хотела уже продолжить с оставшимися, как вдруг к ней подскочили насмерть напутанные секретарша и Сергей.
– Оля, остановись! Это же Линда! – заорал Сергей.
– Линда? – Ольга посмотрела на шкаф.
«Линда, признанный маг, владелица салона, а главное, – ее, Ольгин, автор и заказчица, популярная, можно сказать, писательница. Которая, правда, ни одной своей книги самостоятельно не написала, но на общем фоне это как раз выглядело особенно солидно и достойно. И вот теперь – она в шкафу!»
Не придумав никаких объяснений и ожидая самого худшего, Ольга открыла шкаф, из которого вышла очень спокойная и даже какая-то просветленная, Линда.
– Здравствуйте! – звонко пропела она. – Ну и поле в этой конторе! Отстой, а работает! В шкафах вы что, трупы держите? А пол меняли?
– Ага, – кивнула Ольга, не соображая, о чьем конкретно поле идет речь, и на всякий случай соглашаясь. Не верилось, что так просто все сошло с рук.
– То-то я смотрю – не родной он у вас. Поле кривое, но оригинальное. Кто у вас тут так работает? – экстрасенсша казалась довольной, ее голубые прозрачные глаза светились задором.
– Я, – пискнула готовая брякнуться в обморок секретарша.
– А как раз вам тут работать опасно, просто гибельно, милочка. Да и не могли вы тут так нагадить. Чтобы так нагадить несколько инкарнаций учиться нужно. А, понятно. – Она рассмеялась. – Вас ведь проклинают на каждом шагу, да? И убить не раз пробовали.
Ольга кивнула.
– … Так вот, представьте себе картинку. В вас летит заточенный диск и – звяк, ударяется о направленный в вас же дротик. И так постоянно. Очень занимательно. Не правда ли?
Глава 5
Вечером, когда Ольга подъезжала к Московскому вокзалу, видеореклама на большом экране выдала человеческую фигуру в длинных, до земли, одеждах, с распущенными по плечам волосами. Так что невозможно было определить пол загадочного персонажа. Силуэт был красным на мерцающем черным фоне, на котором вдруг высветились истекающие мертвенно-голубым пламенем слова: «Питеру стоять пусту!» Мгновение, – и все пропало.
В ту ночь Ольга не смогла заснуть. Сергей не звонил, а она сама не понимала, с чего начать. Информация о сожжении персонажа была передана секретарше Леночке, и, наверное, заказчики уже получили ее, но вот что давать им через неделю? Оставалось загадкой.
