«Надо сказать физикам. Это по их части!» — отметил себе Каверин и сделал шаг.
Стараясь не отвлекаться на вспышки, посмотрел под ноги. Встроенные камеры тут же зафиксировали смену картинки — грунт под ногами. Пыль, пепел, шлак. Каменистая пустыня вряд ли изобиловала местными формами жизни, но все равно не хотелось думать о том, сколько растений и животных, клад для биологов и зоологов, погибло при посадке. Что ж, все на свете требует жертв.
— Как меня видно? Как слышно? Прием! — произнес он в микрофон.
— Слышимость — норма, — пришел ответ. — Видимость… сейчас перенастроим датчики… Норма. Видим вас хорошо!
— Что ж… Пока у меня тоже все в порядке. Пускайте роботов!
Не прошло и двух минут, как мимо него прокатились два планетохода высотой чуть выше колена. Оставляя за собой характерные борозды, похожие на треки гусениц, они двинулись в разные стороны, время от времени приостанавливаясь, чтобы взять образцы почвы и, если удастся, живых организмов. Еще минуту спустя в небо поднялись четыре малых дрона для детальной аэрофотосъемки. Машины обогнули человека по широкой дуге и устремились вперед. Где-то там низкий старт взяли аналитики. В ближайшие несколько дней у них будет по горло работы.
— Пять минут, — напомнил старший помощник. — Не пора ли возвращаться, капитан?
— Еще немного, — Каверин испытал легкое злорадство по поводу того, что может осадить Грэма, но постарался подавить в себе это чувство, как недостойное профессионала. — Дойду до тех камней… приготовьте на всякий случай еще одного робота.
Камни — невысокая гряда — располагались метрах в двухстах от него. Выжженная полоса как раз проходила по ним. Возможно, с противоположной стороны, обращенной в сторону от звездолета, они сохранили свой естественный цвет и вид. А может быть, там найдется что-нибудь интересное!
— Погодите, капитан! — в динамиках взвился голос Егора Топова. — Я с вами! Разрешите?
На заднем плане что-то сердито проворчал Грэм. Ботаник явно нарушал субординацию.
— Если вы возьмете робота — почему бы и нет? — подумав, согласился Каверин.
— Но это может быть опасно! — прорвался голос старшего помощника. — Возьмите хотя бы охрану!
Каверин заколебался. В словах Грэма была своя правда. Опасно отходить от корабля так далеко в одиночку в первый же день. И вообще, уже темнеет. Сколько часов тут длится закат? Не придется ли идти обратно в темноте? Это роботам хорошо — они машины и даже их гибель принесет пользу. А люди — слишком ценный ресурс, чтобы им разбрасываться!
— Отставить охрану. Топов, возвращайтесь на место. Я иду назад. Для первого раза достаточно.
Подумал и прежде, чем повернуть к кораблю, провел ногой по пеплу и шлаку черту — границу.
Глава 2
— Ну, как дела?
Маша Топильская бросила взгляд через плечо и улыбнулась. Ботаник Егор Топов всегда умел поднять настроение одним своим присутствием. Он ей нравился, улыбчивый веснушчатый Егор, в свои двадцать девять выглядящий на двадцать — совсем мальчишка с торчащими во все стороны вихрами. Несмотря на то, что многие мужчины в космосе, как и женщины, предпочитали короткие стрижки, а некоторые даже брились «под ноль», короткие волосы Егора все равно ухитрялись топорщиться и производить впечатление неряшливой гривы.
— Привет, — кивнула Маша. — Да все как обычно.
— Анализируешь?
— Ага, — она развернулась к экранам, подкрутила настройки, ввела пару дополнительных команд.
— Я не вовремя?
— Нет, что ты. Присаживайся вон там, — указала Маша на второй стул. — Одной скучно. Правда, по вашему запросу пока результатов нет.
— Ничего, — ботаник неловко улыбнулся, — я просто так зашел… Ты сегодня без напарника?
— Ага. Все ушли, бросили меня одну…страдать в одиночестве.
— Тогда я тебя спасу. Можно?
— Об этом не спрашивают! — рассмеялась Маша. — Представляешь, сидит такая принцесса в башне, под охраной чудовища, подъезжает к башне рыцарь на белом коне и кричит в окно: «Девушка, а можно я вас спасу?»
Егор подхватил ее смех. Маша ему нравилась давно. Он обратил на нее внимание еще во время комплектации экипажа. Из всей команды аналитиков она была самая общительная и самая трудолюбивая. Может быть, поэтому ее часто звали помочь — но и часто нагружали дополнительной работой. Как сейчас.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Кстати, а где все? — оглядел ботаник пустые кресла.
Аналитиков было четверо, но на рабочем месте одновременно помещались только трое — кто-то один всегда либо отдыхал, либо помогал вне отдела.
— На грунте, — вздохнула девушка. В ее голосе послышалась печаль.
— Вот жуки! Бросили тебя тут одну, а сами по планете разгуливают, — возмутился Егор.
— Сегодня их очередь, — заспорила Маша. — Кроме того, они не разгуливают. Они отправились устанавливать датчики и проверять наши антенны. Капитан собирается организовать дальнюю экспедицию.
— Уже? И куда?
— К горам. Надо же знать, что там постоянно вспыхивает! Тем более что здесь мы уже на три четверти работу закончили. Можно оставить одного дежурного…
— Вот и оставили тебя! Несправедливо!
— Несправедливо, — кивнула Маша, снова оборачиваясь к экранам. — Но кто-то же должен…
— Должен. Но почему ты?
— Потому. Ты тоже остаешься!
— Не факт!.. Я ботаник. У нас свой, отдельный, план исследований. Мы даже общему плану не подчиняемся. Слушай, — осенило его, — а давай я пойду к Каверину и попрошу, чтобы тебя зачислили в мою группу? А здесь пусть сидит…ну, например, Петрович… А? Как тебе идея?
Маша посмотрела на экраны. На трех бегущей строкой плыли, сменяя друг друга, цифры, встраивались графики, медленно прокручивались вокруг своей оси трехмерные модели молекул и кристаллических решеток — шел анализ генно-молекулярной структуры найденных образцов флоры. На четвертый экран транслировались панорама каменистой равнины, на которой стоял «Мол Северный». По всему кораблю были установлены такие экраны, создавая иллюзию окон во внешний мир.
Прошло уже шесть дней со дня приземления. Люди успели обследовать прилегающую территорию примерно в радиусе полукилометра, отправить в дальние походы несколько роботов и развернуть временный городок из пластиковых модулей. Пока там располагались лаборатории — для ночевки «на грунте» каждый раз назначались дежурные. Чаще всего, конечно, эта честь выпадала на долю тех, кто останется здесь и заложит начало колонии. Одной из задач экспедиции было найти подходящее место для того, чтобы установить там постоянный жилой комплекс. Как только место будет найдено, там будет основан поселок и с того дня земляне будут жить как бы на два дома — одни все больше времени станут проводить в поселке, а другие — на корабле.
Маша посмотрела на холмистую гряду, до которой было, если верить показаниям приборов, не меньше сорока километров по холмистой равнине, похожей на саванну.
— Спасибо, Егор. Это… здорово!
— Так и пойду? — подскочил он. — К Каверину?
— Ага.
— Ну… — поднявшийся Егор помялся, переступая с ноги на ногу, потом решительно качнулся вперед, быстро чмокнул Машу в щеку и прежде, чем девушка успела ахнуть, вышел.
Первый состав экспедиции отбирался тщательно, хотя заранее было известно, что в нее войдут в основном те, кто потом останется на планете. Сложности возникли только после того, как Егор Топов попросил ввести в их число Машу Топильскую, оставив вместо нее старшего аналитика Палкина, которого все звали по отчеству — Петрович. Топильская официально числилась младшим помощником и в отделе в этот день без нее могли бы обойтись. Тем более что Маша все равно собиралась остаться на планете, а Петрович собирался возвращаться обратно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ну и что? — горячился Егор. — Что она — не человек, что ли? Вон Бернсон и Вагуцкий тоже идут, а они собирались оставаться на корабле! Вагуцкий уж точно…
— У них работа такая, — отвечал Каверин. — А какая работа у Топильской?
