чудесно рисовали и так далее. Однажды к ним пожаловали гости с соседнего острова. Один их вид уже о многом говорил: они выглядели неприятными, грязными, обезображенных, а их крепкие тела внушали великую силу и непокорность. Аборигены приняли их очень дружелюбно, они накормили их, напоили и развлекли, но, увы, этого им не хватило. Чужеземцы хотели большего: человечьего мяса. Они верили, что, если они съедят своего врага, то не только вкусно полакомятся, но и получат их способности. Вскоре началась резня. Эту поляну залила кровь мирных жителей, от которых остались одни кости. Тех, кто проявил особое неповиновение и, наоборот, оказался ужасно трусливым или ни к чему не способным, то их просто топили. Здесь неподалёку есть пещера, – священное место для аборигенов – где располагался их творческий центр. Пришедшие каннибалы осквернили это место, утопив чудовищным образом ненужных им людей в бассейне пещеры. Старейшина племени призвал свой народ наложить проклятие на этих каннибалов и на всю местность, где они обитали, так как чужеземцы планировали здесь остаться. Аборигены прислушались и прокляли это место. По сей день здесь никто не живёт и отказывается что-либо строить.
– Значит там дальше есть пещера. Доказательства того, что я не спятил. – радостно ответил мужчина.
– Да, но я с Вами не пойду. Это место – проклято. Здесь более нет ничего святого. Вы идёте со мной или остаётесь здесь? – завершил абориген.
– Да. Конечно.
Пока они шли назад к пляжу, небо уже затянули тучи. Поднялся небольшой ветер, и заморосил лёгкий тёплый дождик. Всю дорогу назад они пробирались молча, каждый думал о своём, но тема их размышлений не различалась. Они вышли к пляжу, попрощались и пошли в разные стороны. Художник вернулся под пальму к своему рисунку. Взглянув на него теперь свежим взглядом, мужчина удивился сходству его наброска с оригиналом. Даже радуга, которую он нарисовал на бумаге над океаном, в действительности яркими красками переливалась вдалеке над водой.
– Какое изумительное совпадение. – подумал про себя Дэн. – Проведу здесь несколько дней и домой.
Весь текущий день художник провёл на пляже, пытаясь забыть прошлую ночь. А на следующий день мужчина почувствовал прилив творческих сил и предложил местным жителям ему попозировать. Сначала неохотно – сначала одни лишь женщины – к нему стали подходить аборигены. В тот день он рисовал портреты. Один из рабочих отеля служил ему переводчиком.
– Кто следующий? – крикнул восторженно художник, закончив очередной портрет.
– Вот эта девушка. – обратился к нему переводчик. – только у неё есть просьба. Несколько лет назад она лишилась кисти руки и, как ты видишь, её тело покрыто шрамами. Можешь нарисовать её в цвете и исправить физические дефекты?
– Хм. Мне нравится эта задумка. Конечно я возьмусь за дело. Пускай садится. – согласился с энтузиазмом Дэн.
Девушка была по-настоящему красива, несмотря на телесные дефекты. Только в её глазах он увидел глубокую печаль. Ему хотелось помочь ей, поэтому он решил сосредоточиться и безукоризненно выполнить её просьбу. Через три четверти часа портрет во весь рост красовался на холсте. Когда девушка увидела себя, она засияла, как ясно солнышко, и, не сдержавшись, поцеловала художника в щёку. С холста на неё смотрела радостная девушка с идеальной блестящей на солнце кожей и с двумя маленькими, изящными, целыми ручонками. Художник передал ей портрет. Девушка взяла его, поклонилась и быстро убежала, сверкая пятками. Она видимо хотела скорее показать свой портрет родным.
Несколько дней пролетели, и пришла пора прощаться и возвращаться домой. За эти несколько дней Дэн успел подружиться с местными жителями и заручиться их уважением. Когда он покидал отель многие аборигены вышли, чтобы его проводить. Не провожала его только девушка, которой он дорисовывал руку, так как она последние несколько дней проводила на соседнем острове. Тем не менее Дэн очень обрадовался такому прощанию и обещал вернуться.
Художник уже сидел на борту самолёта, когда на остров вернулась та самая девушка, которую рисовал вначале своего визита мужчина. Она страстно желала видеть Дэна и крайне расстроилась, когда узнала, что он уже улетел. Однако память о нём грело ей сердце. Девушка заплакала, узнав о его отъезде, но сквозь слезы она смеялась и улыбалась. Она покрыла своё юное лицо двумя руками, одну из которых ей не было суждено когда-либо вернуть, но благодаря Дэну, это стало возможным. Её же нежная безупречная кожа не имела ни одного рубца, ни единого дефекта. Она была совершенна, как и её портрет.
Творческая самореализация
Дэн вернулся домой полный энтузиазма. Он никому не сообщил о своём приезде. Художник сидел, развалившись на диване, и вспоминал приятные и увлекательные моменты из своего путешествия. Неожиданно, улыбка исчезла с лица, брови нахмурились, глаза прищурились – мужчина вспомнил первый день на острове и необъяснимое событие в ту ночь. Однако ему не хотелось заострять внимание на негативе, поэтому он прогнал эти мысли прочь и сделал несколько звонков. Ему требовались модели для позирования, и Дэн решил позвонить девушкам и парням, которые стали бы подходящими натурами. Следующие несколько дней художник посвятил себя портретам, которые не просто оказались великолепными, но как-то позитивно сказались на самих моделях: они стали увереннее в себе, привлекательнее, счастливее. Когда через несколько ему всё-таки позвонил менеджер, он ответил ему, что у него скоро будет новая коллекция, которая не оставит никого равнодушным. Арт-дилер просиял, увидев картины, так как в них он видел успех. Через месяц всё было готово к проведению выставки. Все участники верили в её успех, и он не заставил себя ждать. Коллекционеры и просто любители радушно приняли его картины. Их все раскупили и поздравили художника с возвращением в настоящее творчество.
Через неделю после проведения успешного мероприятия Дэн серьёзно задумался о новом концепте своего искусства, и представил свою идею Рэму.
– Присаживайся, приятель. У меня есть новая идея. Слушай! – увлекательно начал художник. – Я хочу нарисовать череду картин в формате комикса. Все картины будут иметь свою собственную историю, но послужат деталями одной главной мысли.
– Ну, ты уверен, что справишься? – ответил менеджер. – Звучит необычно и даже интересно, но вот не знаю, как это примет наша публика. Не хотелось бы её потерять теперь, когда ты только начал возвращаться к популярности.
– Не переживай! У меня такое ощущение, что всё выйдет, как нельзя лучше. – ободрительно заключил художник.
В тот же вечер он начал работать над первой картиной, описывающий первый эпизод: зарождение злодея. В тусклых красках большого равнодушного города, где-то в отдалённом уголке мегаполиса появилось нечто. Никто не знал его лица,
