Глава 5
— Ты опять звала его во сне, — и столько недовольства в голосе оборотня. Мне иногда казалось, что он вот-вот начнет закатывать сцены ревности.
— Кого? Валеру?
— Не Валеру, а Валериона. И ты плакала. У тебя слезы текли градом. Ты тоскуешь по нему. Тебе тяжело в разлуке.
— Послушай, я не могу контролировать чужие воспоминания. Алира была светлой девочкой, доброй, воздушной, мягкой, но ко мне ее страдания не имеют никого отношения, — и тут до меня дошло. — Крон, а что ты делал в моей комнате?
— Прибежал на всхлипы. Уже обрадовался. Думал, что злобная душа оттаяла и превратилась в нормальную женщину.
— И не мечтай.
— Да я уже понял.
У нас было странное подобие семьи. Папа — оборотень с разбитым сердцем. Мама — эльф с эмоциональной инвалидностью и сын непонятно кто. Дарию повезло больше всех. Он не страдал от сердечных переживаний, психических расстройств и жил на полную катушку. У него все было зашибись.
— Мам, можно мы с ребятами пойдем на речку купаться?
— Я с вами. Без взрослых на речку нельзя.
— Папа тебя опять донимает с уборкой и готовкой?
— Да, — не стала врать. — У меня тактическое отступление. Кухонное рабство не входило в мои планы. Крону срочно нужна баба, а он кочевряжится.
— Мама, как тебе не стыдно? Папе больно. Он страдает.
— Бери корзинку, а я сделаю бутерброды. Домой вернемся ночью, а может, через год.
Я так и не смогла стать Дарию настоящей матерью. Если честно, я и не пыталась, но мне удалось стать ему хорошим другом. С моим недугом это, считай, победа. Я сбегала с детьми подальше от дома и наслаждалась свободой от бытовухи. Если выбирать из двух зол, то орущая толпа спиногрызов бесила меня меньше, чем грязная посуда, ведро и тряпка. Все познается в сравнении.
***
— Что ты видишь? — спросила у Крона, когда тот проходил мимо моей спальни.
— Тебя, — оборотень встал у меня за спиной и посмотрел в зеркало.
Иногда я рассматривала свой шрам и никак не могла понять, почему из-за красной полоски на коже Алиру частенько называли уродиной? Ладно, в гареме каждый был за себя, но среди лисичек, нет-нет да и проскальзывали обидные слова.
— Я серьезно. Что ты видишь? — у меня был сеанс самопознания. Новое тело, новый мозг. Но ярких эмоций как не было, так и нет. Странно. Я думала, что девушке никто не угнетал нервную систему. Где мои истерики и слезы?
— Я вижу красивую женщину с черными волосами и точеной фигуркой.
— Все?
— У тебя ушки смешные.
— А шрам? Что ты о нем думаешь?
— Я уже давно перестал обращать на него внимание, — Корн махнул рукой и двинулся в сторону выхода.
— Почему Валерион так с ней поступил? Неужели шрам способен уничтожить неземную любовь? — тело Алиры периодически выдавало мне фантомные эмоции. В основном печальные.
— А там была любовь? — послышалось из коридора.
Хороший вопрос, на который у меня не было ответа. Воспоминания Алиры интриговали все больше и больше. Я видела, как она бежала к господину, когда тот звал ее на очередное рандеву в кровати. Даже мне казалось, что мужик в действительности испытывает к девушке светлые чувства. Он ее баловал, носил на руках, дарил подарки. Они глупо шутили, громко смеялись и много беседовали. Новость о беременности Алиры вызвала бурю эмоций на лице у правителя. Он искренне радовался и был счастлив. Но…
— Лучше бы ты сдохла в ту ночь. Вон из моего царства, уродина, и не смей возвращаться. Дария можешь забрать с собой. Мне не нужен больной ребенок.
Это был очень интересный день из жизни Алиры. Показательный. Новая наложница с кругленьким животом, довольный царь и зареванная Алира, упавшая на колени после увиденного и услышанного. Кто же знал, что любимой фаворитке так быстро найдут замену среди гаремных пташек. Беременная девушка, которая смотрела свысока на Алиру, тоже обладала даром исцелять раны, но ее способности были ниже среднего.
В тот момент, когда местный небожитель вышвырнул Алиру из своего дома, девушка умерла. Она так и не смогла пережить предательство и боль. Даже наличие сына не спасло ситуацию. Молодая мать с разорванной душой сдалась, а я благополучно заняла ее место.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава 6
Десять лет спустя
— Мой брат приглашает нас к себе в гости на праздник, — Крон с ненавистью швырнул скомканную бумагу в камин. — Он и мой отец мечтают познакомиться с тобой и Дарием.
— Хочешь услышать мое мнение?
— Да.
— Нужно ехать.
Мы сидели в библиотеке Крона и обсуждали насущные проблемы. Я решила, что после своей смерти имею полное право ничего не делать, и отправила себя на заслуженную пенсию. Лучше не отсвечивать и прикинуться комнатной пылью. Целыми днями я изучала книги. Все подряд. От сказок до трактата о рыболовстве. Все кодексы двуликих я перечитала несколько раз и примерно понимала логику их жития-бытия. Не со всеми пунктами, конечно, была согласна, но я здесь не законодатель и тем более не революционер.
— Я не сдюжу и опять сорвусь, когда увижу ее. Зачем они так поступают?
— Они твоя семья. Тебе лучше знать природу их ненависти.
Крон ничего от меня не скрывал. Я была лично знакома с внутренними демонами, желаниями и грустными мыслями оборотня. Камнем преткновения, как всегда, была женщина. Среди, казалось бы, двух абсолютно одинаковых парней Леся выбрала Рея. Девушка за секунду приняла решение, кто из братьев станет ее суженым. Волк Рея воспрянул духом, а вот волк Крона свой дух испустил. Не смогла животная часть справиться с предательством возлюбленной и решила больше не являть себя на свет.
— Поможешь мне?
Тяжко было двуликому. Он жил по принципу «с глаз долой», но «из сердца вон» не получалось. Это была жестокая природа оборотней, но и ее при желании можно было слегка подкорректировать. Нужно всего лишь обратиться к багажу знаний из прошлой жизни.
— Куда я денусь? Конечно, помогу. Кто мне будет комфортную жизнь устраивать в этом свинарнике?
Больная любовь Крона, больная любовь Алиры. Дай им возможность поговорить — и они бы утопили весь мир в слезах. Я их не понимала и, судя по тому, как все вокруг мучились, понимать не хотела.
— А если…
— Успокойся. Я проконтролирую ситуацию.
Драка братьев за Лесю вошла в историю всех двуликих. Крон не сумел принять отказ и попытался переубедить девушку, за что и получил по зубам. Братец его избил до полусмерти, а затем пинками изгнал и запретил приближаться к поселению волков.
Это был позор для Крона. Его самые близкие родственники и друзья отвернулись от него, перестав с ним общаться из-за наглой попытки вмешаться в осознанный выбор девушки. Оборотень остался совсем один. Без зверя, без стаи и без надежды на светлое будущее.
***
Мы выехали ранним утром. Наш путь пролегал через туманный лес и заливные луга. За долгие годы моего пребывания в этом мире я впервые покинула поселение лисичек. Это было немного волнительно, но, как я ни просила Крона, топор он мне так и не вернул.
— Мам, а расскажешь еще что-нибудь про мальчика, которого укусил паук? — Дарий хоть и вырос здоровым лбом, но все еще мыслил как ребенок. Он много фантазировал и придумывал свои сказки, вплетая в них мои истории.
— Давай я тебе лучше расскажу про кровожадную рыбу, которая плавала в океане и искала себе еду, — мне было все равно, о чем болтать. Я пересказывала сюжет фильма «Челюсти» и жевала волчье яблочко. Даже спустя много лет этот фрукт мне не надоедал. Его чаще всего добавляли в кондитерские изделия в малых дозах, а я могла съесть несколько килограммов за два дня.
— Никогда не понимал, как можно годами любить эту гадость, — проворчал Крон.
— Никогда не понимала, как можно годами любить одну бабу, — ответила влет. — Себя нужно любить в первую очередь.
— Вот у тебя нет с этим проблем, — мужчина резко пришпорил скакуна и обогнал меня и Дария.
Крон взбесился от грубых слов. Что же с ним будет, когда начнутся активные действия? Ответ простой: катастрофа. Нет, так дело не пойдет. Из эгоистических соображений Крон мне нужен живым и невредимым. У нас уговор.
