— Купи мне отдельный дом, и я перестану вас обижать. Честное слово.
— Разбежалась! Страдать мы будем вместе.
Тупой мир, дебильные законы, извращенное общество. Женщина не имела права без разрешения отца, мужа, брата, сына или опекуна покупать недвижимость и другие материальные ценности. Бабы были бесправны. Крон благодаря этому нюансу держал меня на коротком поводке. Ни одна лисичка без его одобрения не имела права продать мне даже волчье яблоко. Пару раз, когда на меня накатывало тихое бешенство, я хотела раскроить Крону череп и хорошенько поковыряться в его мозгах. Мне было интересно, какая извилина генерирует мерзкое мышление. Я вела себя как истинная психопатка, а оборотень, сотрясаясь от смеха, отнимал острый топор и прятал его в подвале. Мой топор! Тот самый! Трофейный!
Глава 9
Полгода спустя
Ночью я утопала в объятиях Валериона. В начале сна я лицезрела порно с участием Алиры и ушастого злыдня, а затем произошла синхронизация с телом девушки, и я стала полноценным участником полового акта. Это было прекрасно. Сильные руки, сжимающие мои бедра, страстные поцелуи от которых горели губы, ритмичные движения внутри моего тела. Мама родная! Я находилась на грани оргазма. Еще чуть-чуть. Еще немного. Да, да, да! Быстрее! Глубже! Сильнее! Давай, Валера! Давай, родимый!
— Алира, проснись! — крикнул Крон мне в ухо и, схватив за плечи, затряс, как тряпичную куклу. Туда-сюда, влево-вправо.
— Что? Где? — я потеряла ориентацию в пространстве.
— Где болит? — оборотень попытался осмотреть мою взмокшую тушку.
— Ты дурак? — сейчас я действительно была в одном шаге от осознанного убийства. Злостный нарушитель личных границ украл у меня фантастическое наслаждение. Мой первый экстаз за последние хрен знает сколько лет. Оказывается, эльфийские бабы были устроены иначе. Я годами искала свой клитор, но тщетно тратила время изучая эльфийское тело. Анатомия ушастых женщин отличалась от привычной человеческой. Дело дошло до того, что я в отчаянии массажировала пальцами виски. А вдруг чудо свершится и я получу сексуальную разрядку? Женщине по-хорошему в первую очередь нужно возбудить мозг, а потом все остальное.
— Ты стонала во сне и извивалась. Что с тобой? Кошмары? Я боюсь за твое здоровье. Ты вся мокрая, — оборотень приложил мозолистую ладонь к моему лбу. — Ты горишь! Алира, это лихорадка.
— Я тебя сейчас убью! Верни мне Валеру, мерзавец! — кинулась на мужика пытаясь его задушить. — Мой экстаз! Ты все испортил, гад!
— Прости! Я не хотел тебя расстраивать, — а в голосе даже сожаления нет. У Крона было извращенное чувство юмора. Естественно, он сразу понял, что мне снился эротический сон, и злодей специально его прервал на самом интересном месте.
— Купи мне дом, скотина! Я хочу жить отдельно от тебя! — поганец даже не испугался, когда я отчаянно пыталась перекрыть ему кислород.
Закрытая дверь и амбарный замок не являлись серьезными преградами для оборотня. Двуликий садист сегодня ночью пролез через окно, когда почувствовал что-то неладное.
— Не-а! Не куплю!
И ржет, скотина. Громко так. Противно. С хрюканьем. И глазами сверкает. Весело ему. Сделал гадость и радуется.
— Крон, мне безразличны твои чувства и душевные метания, — я быстро облизала пересохшие губы. Все! Это было объявление войны. Пора брать быка за рога.
— Я знаю, что тебе плевать на меня. Ты злобная душа и любишь только себя, — с грустью сказал оборотень, отцепляя мои руки от своей шеи. Он уже хотел встать и уйти.
Ага! Нет!
— Если сегодня ночью я не получу удовольствие, то утром уйду в лес к монстрам. Раздевайся!
— Что? — мужик впал в ступор.
— Штаны снял! Быстро! — от азарта аж мурашки по спине пробежали и все нутро заныло. Сейчас будет совершено дерзкое преступление против половой неприкосновенности.
Я не стала ждать, пока Крон толкнет душещипательную речь о своей неземной любви к Лесе. Об ее уникальности, утонченной красоте, обалденном запахе и о преданности до конца своих дней. Схватив край своей рубахи, я ловко стянула ее через голову и с яростью бросилась на оборотня. Вцепившись одной рукой в волосы, а другой в плечо мужчины, я умудрилась повалить его на спину. Какая к черту нежность? Он ее не заслужил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Злюка, — прохрипел оборотень, перед тем как я его поцеловала.
Сам виноват! Нечего было меня провоцировать и приходить в одних штанах на бедрах. Шляется полураздетый по чужим опочивальням. Будет знать, что нельзя без разрешения лезть на мою территорию. Поплачет, поскулит, поноет, а потом свыкнется с мыслью, что он все-таки изменил Лесе, а если не свыкнется, я ему сама выдам мыло и веревку.
— Ты…
— Заткнись! — оборвала на полуслове.
Оборотень мог сбить настрой, а это не входило в мои планы. Что могу сказать? Мартовские кошки по сравнению со мной ничто! Я была тигрицей. Яростной фурией в состоянии аффекта. Похотливой тварью, у которой одни инстинкты на уме. Мой мозг, мое тело, моя душа требовали секса. Животного, страстного, грязного, быстрого. Без розовых соплей и прелюдий. От бешенства я разошлась до такой степени, что укусила оборотня за губу. В отместку меня распластали морской звездой и отлюбили по первое число. Жестко, без единого намека на нежность и ласку. Крон даже не думал о моем комфорте, навалившись всем своим весом, и от этого я дурела еще больше. Вот это да! Вот это салют перед глазами! Самые лучшие сорок пять секунд в моей жизни. Эльфийский секс по сравнению с тем, что сейчас происходило, был унылым артхаусом.
— Ты меня спровоцировала, — Крон решил, что все закончилось слишком быстро, и, перевернув меня на живот, приступил ко второму акту. — Можно сказать, изнасиловала, — болезненный укус, только уже в мое плечо, зажег новую искру возбуждения. Я даже не подозревала, что словлю кайф от легкой грубости. — Будут серьезные последствия. Ты за это ответишь, злобная душонка.
— Если ты про раскаяние, то не дождешься, — я громко застонала, когда оборотень ощутимо сжал мою грудь и начал наращивать темп, страстно целуя и покусывая шею.
То ли я так истосковалась по близости, то ли Крон был искусным любовником, но факт остается фактом. Поход в лес к монстрам я отложила на неопределенный срок. Мы с оборотнем успокоились только под утро. Запыхавшиеся, потные, покусанные, расцарапанные, перепачканные семенем и уставшие до такой степени, что впору было звать лекаря.
***
— Мам, ты мне ничего не хочешь рассказать? — Дарий шкодливо улыбнулся и поиграл бровями.
— Про многократные акты грубого соития между мной и твоим отцом сегодня ночью? Нет, не хочу, — я подперла кулаком щеку и тоскливо взглянула в окно. После вчерашнего рандеву все тело ломило. Но я была довольна. У нормальных людей это называется умиротворение, а у меня состояние покоя, при котором я не хотела убивать.
— Ты провоняла отцом, а он тобой. Все поселение гудит от сплетен.
— Мы так громко орали? Рыжие вонючки решили съехать? — а вдруг? Может, мне сказочно повезет и деревня опустеет.
— Нет. Вы только мне спать не давали, — усмехнулся Дарий. — Папа утром пошел на рынок за волчьими яблоками для тебя. Сама понимаешь, что отмыться от такого разврата непросто. Теперь все о вас знают.
— Это что-то меняет?
— Это меняет все, мама, — сынок обнял меня за плечи. — Я рад за вас.
— Дарий, аккуратнее. Твой батька пытался меня убить несколько часов назад. У меня даже засосы болят, — я отодвинула пальцем ворот рубахи, чтобы Дарий оценил масштаб бедствия.
— Он любит тебя, — авторитетно заявил сынок.
— Он любит Лесю.
Да какая мне разница, кого он там любит и кого представляет в своих эротических мечтах? Главное, что секс был потрясающим. Ярким, громким, обалденным. Крон мне все нутро перетряхнул и где-то в глубине эльфийского тела нашел заветную горошинку.
— Мам, ты вообще ничего вокруг себя не замечаешь?
— Почему не замечаю? Вы с Кроном перестали вонять мокрой псиной. Хвалю. Я рада, что вы все-таки научились пользоваться мылом и подтирать зад бумажкой, а не ковром. Это событие для всех двуликих можно приравнять к эволюционному скачку.
