библиотечные шкафы. И как раз в этот момент в окне показался Мюнхгаузен. Он спрыгнул с подоконника и, к своему изумлению, увидел сидящую в кресле прекрасную незнакомку.
— С кем имею честь? — и он любезно улыбнулся.
— Миледи из романа Александра Дюма «Три мушкетера». Впрочем, я известна также как Шарлотта Баксон, графиня де ля Фер, леди Винтер и баронесса Шеффилд.
— Карл Фридрих Иероним барон фон Мюнхгаузен из романа Распэ «Приключения Мюнхгаузена»… — и Мюнхгаузен склонился в глубоком поклоне. Вдруг он заметил, что из оборванного голенища торчит нога в полосатом носке. В невероятном смущении барон нырнул в книжный шкаф, на ходу бормоча извинения.
— Простите, сударыня, за мой туалет… Ночевка в желудке кита… Вместо перины — китовый ус. Потом эти полеты на диких утках, без седла… Прогулка на северный полюс без всякого гардероба. Я сейчас… — и захлопнул за собой стеклянную дверцу.
Буквально через несколько мгновений Мюнхгаузен выскочил из шкафа в новом камзоле и лакированных ботфортах.
Миледи с притворным изумлением подняла лорнет.
— Это вы, барон?
— Это — я! Видите ли, у меня в шкафу под старыми газетами запрятан узелок с выходным туалетом из нового издания Детгиза. Знаете, голубой переплет, большой формат, масса иллюстраций… Невиданный тираж!
— Для кого же вы так принарядились?
— Для младшего возраста! — воскликнул барон, раскланиваясь на обе стороны.
Миледи с удивлением опустила лорнет.
— Почему вы раскланиваетесь направо и налево?
— Потому что я в двух частях! Часть первая — «Конь на крыше», «Волк наизнанку», «Бешеная шуба», «Верхом на ядре», «Первое путешествие на Луну»… Часть вторая — «Встреча с китом», «Один против тысячи», «Сырный остров», «Корабли, проглоченные рыбой». И масса других правдивых историй!..
— Признаюсь, ни при одном дворе я не встречала столь блистательного кавалера, — очаровательно улыбнулась миледи.
Мюнхгаузен победоносно оперся на эфес шпаги.
— Когда слышишь такие любезные комплименты, так и хочется… вскочить верхом на ядро и… лететь!..
— Конечно, к вашим друзьям по Клубу… Интересно, где они сейчас?
Из-за книжных шкафов высунулись полные ожидания лица обоих пиратов.
— Я только что с ними расстался, — простодушно признался Мюнхгаузен. — О-о, это целая история… Я находился в переплетной… Ну, от скуки сел играть со Скупым рыцарем и Плюшкиным в лото. Конечно, по маленькой, учитывая их характер. И вдруг слышу бой часов. Вспоминаю, что сегодня заседание нашего Клуба… Как быть? На чем ехать? К счастью, в переплетной собралось большое общество. Я бросаюсь к Пиковой даме… прошу одолжить карету. Старуха наотрез отказывает и уезжает с Лизой в Гостиный двор. Встречаю графа Монте-Кристо. Умоляю дать мне верховую лошадь. Не может! Мчится на какую-то дуэль. Я в полном отчаянии. И тут меня выручают «Записки Пиквиккского клуба». Добрейший Пиквикк подсаживает мою особу в почтовый дилижанс. Рожок — ту-ту, ту-ту!.. И вы имеете удовольствие видеть перед собой Мюнхгаузена, готового к вашим услугам, миледи.
И вдруг миледи уронила веер к ногам барона. Мюнхгаузен поспешно нагнулся. И тут приклад мушкета Билла Аткинса обрушился на затылок барона. Тот замертво упал на ковер. Камеристка вскрикнула от страха.
— Пора уже привыкнуть, Кэтти, — строго заметила ее хозяйка. — Дайте ему нюхательную соль.
Подтянув веревочную лестницу, пираты опутали ею своего пленника с головы до ног и усадили в кресло. Камеристка поднесла к его носу флакончик. Барон громко чихнул и пришел в себя.
— Вы пожалеете об этом, когда в кают-компанию вернутся мои друзья! — крикнул он запальчиво.
Билл Аткинс приставил дуло мушкета к его груди.
— Когда они вернутся? Где они сейчас? Отвечай, или я спущу курок.
— Ах, Билл Аткинс, вы плохо воспитаны… — и миледи отвела в сторону дуло. — Дорогой барон, у вас есть возможность еще лет двести красоваться на книжных полках, если вы удовлетворите наше любопытство. В противном случае, мне придется рыдать на ваших похоронах.
— Меня так тронуло ваше участие, миледи, что я не скрою от вас ничего! Знаменитые капитаны отправились в один из двух океанов… В Великий или в Тихий. Я не хочу обманывать, потому что об этом шли споры.
— А точнее, барон? — зловеще прошипел Негоро, играя пистолетом перед самым носом пленника.
— Вспомнил! — воскликнул Мюнхгаузен, скосив глаза на вороненое дуло. — Они сейчас едут из Константинополя в Стамбул!
— Он над нами смеется, миледи, — сквозь зубы процедил Билл Аткинс.
— Пора кончать! — холодно сказал Негоро, крепче стягивая петлю на шее Мюнхгаузена.
— Бедный барон, — вздохнула миледи. — Как видите, мое влияние на этих джентльменов далеко не безгранично. Так в каком же море плавает сейчас ваш Клуб?
— Развяжите… — прохрипел Мюнхгаузен. — Я вам назову море.
Корсар ослабил веревки на шее пленника.
— Клуб знаменитых капитанов дрейфует сейчас во льдах Красного моря, нет, простите, Черного. Ах, Желтого… Нет извините, Синего! За это ручаюсь головой!
— Даже под угрозой смерти он не может удержаться от лжи! — в бешенстве крикнул Билл Аткинс.
— Я лгу? Кто же в это поверит…
Мюнхгаузен, вероятно, спорил бы и дальше, если бы миледи не ударила его глобусом по голове.
Внезапно камеристка заметила лежащую под глобусом записку капитана корвета. Она схватила записку и хотела незаметно спрятать ее за корсаж, но проницательные глаза миледи видели все вокруг.
— Что ты там подхватила, Кэтти? Деньги?
— Нет,
