Как единственный живой родственник Марты, Мэдди вынуждена была улаживать все ее дела, заботиться о похоронах, и разбирать вещи. Ей удалось пристроить тетушкиных котов, а почти все остальное она планировала пожертвовать обществу «Доброй Воли» . В одном из последних ящиков Мэдди обнаружила старые туфли, вышедшую из моды сумочку и мятую обувную коробку, которую чуть было не выбросила, даже не заглянув внутрь. Какая-то часть ее желала, чтобы она так и поступила. Это помогло бы избежать той боли, которую испытала Мэдди, увидев, что находится внутри, и, почувствовав, что ее сердце подскочило к горлу. Будучи ребенком, она мечтала обрести связь с матерью, хотела иметь и хранить какую-нибудь мелочь, что-нибудь, что можно было бы доставать время от времени, и что соединило бы ее с женщиной, подарившей ей жизнь. Все свое детство она мечтала об этом… а оно в это время находилось всего в несколько футах от нее, на верхней полке чулана. И ждало ее в коробке фирмы «Тони Лама». Там лежали дневники, некролог ее матери и газетная статья о смерти Элис Джонс. Так же там была атласная сумочка, полная украшений. В основном дешевые вещицы. Вульгарные бусы, несколько бирюзовых перстней, пара серег-колец. И маленькая розовая ленточка из госпиталя Святого Луки с напечатанными на ней словами «девочка Джонс».
В тот день, она стояла в своей старой спальне не в состоянии вздохнуть, что-то сдавило грудь. Мэдди снова почувствовала себя маленькой девочкой. Напуганной и одинокой, которая боялась протянуть руку и обрести долгожданную связь, но в то же время невероятно взволнованной тем, что наконец-то появилось что-то осязаемое, что принадлежало ее матери, которую Мэдди едва помнила.
Девушка поставила колу на стол и крутанула свое офисное кресло. Тогда она забрала коробку домой и положила шелковую сумочку в коробку со своими украшениями. Затем села и прочла дневники, прочла каждое слово, проглотила все за один день. Дневники начинались в двенадцатый день рожденья ее мамы. Некоторые из них были толстые, так как мама вела их долго. Через них Мэдди и узнала о Элис Джонс. Она увидела ее двенадцатилетней девочкой, которая мечтала вырасти и стать актрисой как Энн Фрэнсис. Девушкой-подростком, которая хотела найти настоящую любовь в шоу «Игра в свидание», и женщиной, которая искала эту самую любовь в неправильных местах.
Мэдди нашла то, что связало ее с матерью, но чем больше она читала, тем больше расстраивалась. Ее детское желание исполнилось, но никогда еще она не чувствовала себя такой одинокой.
Глава 2
Мик Хеннеси стянул резинкой пачку купюр и положил ее рядом со стопкой чеков и кредитной картой. Маленький кабинет в задней части бара «Мортс» наполнился звуком, от стоящего на столе аппарата для расфасовки монет. Весь персонал, за исключением Мика, отправился домой, а он сводил кассу, после чего и сам собирался последовать их примеру.
Умение владеть и управлять баром, было у Мика в крови. Его прадед изготавливал и продавал дешевый этиловый спирт во времена «сухого закона». А спустя два месяца после того, как в США была отменена восемнадцатая поправка , и алкоголь вновь полился рекой, его предок открыл бар «Хеннесис». И с тех пор заведение принадлежало только семье Мика.
Ему самому не особо нравились пьяные и агрессивные посетители, но зато пришелся по душе гибкий график работы, который прилагался к должности начальника. Мик не подчинялся ничьим приказам и ни перед кем не отчитывался. И когда он входил в любое из своих заведений, то у него возникало чувство собственности, ранее никогда и ни к чему не испытываемое. В его барах всегда царил шум и хаос, но это был хаос, который он, Мик Хеннесси, контролировал.
Куда больше графика работы и чувства собственности, ему нравилось «делать» деньги. В течение летних месяцев он зарабатывал кучу денег на туристах и тех людях, которые жили в Бойсе, но владели домиками на озере в Трули.
Аппарат для расфасовки монет закончил работу, и Мик ссыпал их в бумажные пакеты. В его мыслях появился образ темноволосой женщины с красными губами.
Мику не показалось удивительным то, что он заметил Мэдди Дюпре за те несколько секунд, пока переходил за барную стойку. Наоборот, его бы удивило, не заметь он ее. У Мэдди была прекрасная гладкая кожа и притягательные карие глаза, и она относилась именно к тому типу женщин, на которых он обращал внимание. Маленькая родинка в уголке ее полных губ напомнила Мику о том, как много времени прошло с тех пор, когда он целовал похожие губы, и заставила его взгляд скользнуть вниз по подбородку к изгибу шеи и ко всем мягким и сладким местечкам.
С момента возвращения в Трули, два года назад, сексуальная жизнь Мика страдала куда больше, чем ему хотелось бы. Это было просто невыносимо. Трули – маленький городок, в котором жители ходят в церковь по воскресеньям и уже в раннем возрасте играют свадьбы. Разводы случаются крайне редко, а если такое и происходит, то повторные браки не заставляют себя долго ждать. Мик никогда не связывался с замужними женщинами или с теми, кто стремился таковыми стать. Никогда даже не думал об этом дважды.
Хотя нельзя сказать, что в Трули было мало незамужних женщин. Владея двумя барами, Мик сталкивался со множеством одиноких дам. И значительная часть их них давала понять, что интересуется отнюдь не только ассортиментом его коктейлей. Некоторых он знал всю свою жизнь. Слушая истории и сплетни, они считали, что знают про него все, но это было вовсе не так. Иначе эти дамочки прекрасно понимали бы, что Мик предпочитает проводить время с теми представительницами прекрасного пола, которые не в курсе его прошлого. И прежде всего с теми, кто не знает отвратительные детали жизни Лока и Роуз Хеннесси.
Мик положил деньги и чеки в инкассаторские сумки и закрыл их. Часы на стене показывали 2:05. На отполированном дубовом столе стояла рамка с последним школьным снимком Трэвиса, россыпь веснушек покрывала щеки и нос мальчика. Племяннику Мика четырнадцатого числа исполнится семь лет, и в нем было слишком много от Хеннесси, чтобы это шло ему на пользу. Невинная улыбка не могла обмануть Мика. У мальчишки были темные волосы предков, голубые глаза и дикие манеры. Если не контролировать его, то он унаследует их любовь к дракам, выпивке и женщинам. Любая из этих черт сама по себе и в разумных пределах не всегда ужасна, но поколения Хеннеси никогда особо не заботились об умеренности, и эта комбинация порой оказывалась смертельной.
Мик пересек кабинет и положил деньги на верхнюю полку сейфа рядом с данными по операциям за сегодняшнюю ночь. Он закрыл тяжелую дверь, нажал на стальную ручку и прокрутил замок с кодом. Щелкающий звук сменил тишину в маленьком кабинете в задней части бара.
