Комбинация по очкам уступала, её девятнадцать против моих двадцати одного.
— Ещё? — злорадно процедил я, намекая на игру, поймав тонкие пальчики в миллиметре от наполненных стопок. Лялька желала утолить жажду, но пьяная девица мне не была нужна.
— Дашь отыграться?
Я дал Ляле шанс, а потом ещё один, и когда мы оба поняли, что проигранную сумму ей придётся долго отдавать, закруглили партию.
— Не везёт в карты, повезёт в любви. Идём, — буквально отодрал девчонку от стула, с силой утягивая в сторону VIP комнат. — Долг платежом красен, отдашь прямо сейчас… натурой.
Привычное возбуждение разлилось по всему телу. Натянуло штаны в области паха, заставив меня ухмыльнуться и облизнуть губы. Голове на плечах, которая отключилась и голове в штанах, что ведомая инстинктами включилась, было плевать на фальшивую симпатию.
Физика, только она двигала мной.
— Дай позвонить, пожалуйста, — голос прозвучал надтреснуто и жалко, а слезы заблестели в уголках глаз. — Я верну долг, только не трогайте меня.
Как только дверь за нами закрылась, Лялька испуганно отскочила в сторону, упав и вжавшись в спинку кресла.
Настроение тут же пропало, зареванное лицо и всхлипывающий аккомпанемент не предполагали к сексу.
Следуя просьбе, достал из кармана мобильный. Мазнул пальцем по экрану и передал его Ляле. Разговор вышел лаконичным, но шумным.
С момента звонка прошло чуть больше четверти часа и на пороге VIP комнаты появилась девушка.
Она буквально приковала к себе всё моё внимание. Дерзкая, растрепанная, с воинственным блеском в васильковых глазах.
Такой сочной и яркой радужки я не встречал ни у кого. А длинные ресницы, что густой тенью ложились на веки, завораживающе порхали. И пока я переключив свой нездоровый интерес на чувственные губы, разглядывал их, гостья подошла ко мне вплотную.
— Сколько она проиграла?
Быстрый переход в наступление, словно игромания не новость, но я был занят более интересным делом, нежели поддержание разговора.
Нарочно склонил взгляд на рубашку незнакомки: белая и строгая, а расстегнутая верхняя пуговица, игриво намекала на эротичность. Будоражила фантазию и возбуждала.
Я не мог переключиться, не мог остыть, она казалась мне слишком сладкой.
7. Лика
— Сколько она проиграла? — потрясенно выдохнула и шагнула вглубь комнаты, с ужасом глядя на забившуюся в страхе Ляльку.
Горькая нотация пощипывала на языке, не терпелось выкрикнуть обличительные слова, что Лялька сама виновата и её тощая задница, умеющая находить приключения на ровном месте. Но недремлющая совесть при виде заплаканных глаз, стремительно заткнула язвительность.
— Сколько? — хрипло повторила вопрос, страшась услышать сумму. В кошельке без того было пусто, также как в голове Ляли.
Парень промолчал, но взгляд от меня не отвёл. Смотрел пристально и в его странных льдистых глазах сверкнула усмешка, из-за которой внутри меня полыхнуло обжигающим холодом.
Он был высок, физически развит и несмотря на хорошее первое впечатление, которым парень в первые минуты даже успел расположить меня, я почувствовала угрозу.
Какая-то неконтролируемая паника сковала тело, пробежавшись мурашками по коже. Я проследила за хищным прищуром, с которым парень практически раздевал меня. Медленно проникая под ткань рубашки, необузданно фантазируя и пока ещё лишь зрительно лаская меня.
Я боялась представить, что мог натворить этот тип, не придя я на помощь Ляле.
Парень нарочито небрежно заложил руки в карманы, сделал шаг навстречу. Помедлил, будто выбирал кому же из нас отдать предпочтение. В горле тут же болезненно пересохло.
— Десять косарей.
Непривычно раздражающе прозвучал мужской голос, который вовсе не был мне противен на слух, а очень даже приятен. Я смотрела на нахала, слушала его голос и ловила когнитивный диссонанс.
Вся внешняя составляющая никак не вязалась с тем, что творил этот человек. Аморальный урод нарочно прятал себя под личиной умника в очках и с соблазнительной улыбкой, что время от времени растягивала полноватые губы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Оставьте мне свой номер телефона, номер карты или электронного кошелька. Я переведу…
— Смешная, — издевательский смех прокатился по комнате, а мне даже дышать стало сложнее, деля воздух с законченным циником. — Может ещё домой вас всех отвезти, по очереди?
Он снова сделал шаг навстречу. Теперь уже более размашистый, импульсивный.
Я же, испугавшись, рефлекторно отступила назад.
— Деньги есть — плати. Нет — вали.
Голос с легкой хрипотцой полоснул по натянутым нервам. Сказал это все как бы играя, дразня, и этим только выбешивая еще сильнее.
— Ляля пойдёт со мной. Точка.
От адреналина, который в переизбытке гулял по крови, я бойко дернулась в сторону. Оставалось лишь протянуть руку и рвануть на себя подскочившую с места сестру.
Не вышло. Парень ловко пресёк мой порыв.
— Нет!
Он меня удержал, но я очень нервно попыталась выдернуть руку. Во внезапной тишине отчётливо послышался щелчок сустава и болезненность разлилась от запястья до самых кончиков пальцев.
Я едва не сорвалась на маты, но парень вдруг выпустил мою руку из крепкого захвата. Сильно удивив, дезориентировав внезапным освобождением. Но тут же сгреб в охапку. Напряженные ладони лежали на талии, словно стальные тиски — жали и давили, а бешеная энергетика, исходящая от парня сбивала с ног.
От него пахло опасностью, дикой сексуальностью и самоуверенностью, прошибающей, дерзкой, превращающей меня в безвольного человека.
— Можешь поменяться местами с Мальвинкой, — он перешёл на шёпот, такой убийственно сладкий, томный, что я начала проваливаться в зыбкую суть его предложения.
— Отпусти, — бесцеремонно перешла на ты, вновь наткнувшись на ледяной взгляд. — Отпусти.
Я крикнула довольно-таки громко, тем самым надеясь привлечь внимание. Вот только проблема заключалась в том, что помощи в этом притоне ждать мне было неоткуда.
— Она твоя сестра, правильно я понимаю?
Дождавшись утвердительного кивка, он без зазрения совести оттеснил меня к стене. Напряженной спиной и сведенными лопатками, удар ощутился острее. И если я не была бы в плену мужских рук, то осела бы на пол от неожиданности.
— Твой прямой долг — заботиться о ней. И если она села играть в карты не имея нала на руках, её долг автоматически становится твоим. Ты же пришла сюда ради неё. Старшая заботливая сестра примчалась, чтобы всё разрулить.
Психологический приём путем давления на совесть и жизненные принципы имел успех.
— Так разруливай, — на этих словах он внезапно склонился к моей шее, жадно и с шумом потянул аромат духов, заставив ошарашенно застыть.
Колено парня плавно, абсолютно без грубости, вклинилось между моих ног. Сквозь тонкие колготки и грубую джинсовую ткань, я ощущала жар, исходящий от тела, которое бессовестно прижималось ко мне.
— Каждая наша встреча — минус определённая сумма с долга.
— Я не эскортница, — вспыхнула как спичка, когда колено достигло цели, пробно потерлось о нижнее бельё, вызвав во мне нарастающее возбуждение. А после увеличив нажив и моё томительное желание. Похотливый блеск в голубых глазах отчаянно конкурировал с моими грязными мыслишками, которые вдруг зашевелились в голове. Я впервые позволяла с собой такое проделывать незнакомцу, да ещё и в присутствии младшей сестры.
— Ну а я не спонсор детских и юношеских игр в Секу, — он приостановил пытку, убрал ногу и также внезапно отстранился. — Попадись вам серьёзные авторитетные дяди, давно на счётчик бы посадили или по кругу пустили.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И хотя теперь засранец держал между нами дистанцию, мне до сих пор было жарко. Сухо во рту, но слишком влажно в других местах.
— Встречи без домогательств и секса, — зачем-то согласилась на авантюру, успокоив себя оправданием, что деньги всё равно неоткуда было взять.
— Если только ты сама выдержишь встречи со мной на сухом пайке. Арчи, — представился парень и решительно впился поцелуем.
