– Да ничего. Он просто будет, – сказал Реван. Его голос тоже как-то странно прозвучал. Или это у меня паранойя разыгралась? – Хотели сообщить тебе пораньше, чтобы ты хоть морально подготовилась, что ли…
– Да, готовиться определенно есть к чему. Надеюсь, все же лорды будут не сильно много на меня смотреть. А то ведь остальные могут неладное заподозрить.
– Мы что-нибудь придумаем, – пообещал Альвеир, – чтобы сохранить твою тайну.
Глава 2
Стук в дверь раздался почти сразу после того, как я вернулась с ужина к себе в комнату. Слишком уставшая за день после пар, дополнительной тренировки, вместе со всплеском магии выжавшей все силы из организма, после потрепавшего нервы разговора, я искренне недоумевала, какого черта нельзя было назначить нашу встречу если не рядом со столовой, то хотя бы у входа в башню общежития. Мне ведь по лестнице подниматься пришлось! А комната у меня, между прочим, не на втором этаже и не на третьем!
Но… мне нужна помощь. Терху и без того неприятно мое общество. Так что пришлось запихать вызванную усталостью досаду куда-нибудь подальше и выдавить улыбку. Подозреваю, получилось несколько вымученно.
– Впустишь?
– Заходи, – я посторонилась. Почему бы не впустить? Теперь-то, когда Терх точно не будет приставать.
– Я знаю, как найти валеферию, – объявил он, как только я закрыла дверь.
– Отлично! Значит, идем прямо сейчас?
– Подождем немного. Пока слишком много народу гуляет по коридорам. Я могу, конечно, провести нас незамеченными, но лучше не рисковать. Где-нибудь через час пойдем. А пока, – он огляделся, выбирая, видимо, себе место, – пока обсудим, что с тобой произошло.
– На тот случай, если нас поймают и я больше ни о чем не успею тебе рассказать? – я хихикнула, правда, снова нервно. Сегодня вообще какой-то на редкость нервный день получается. Впрочем, не сомневаюсь, что бал его переплюнет.
– Плохо же ты веришь в мои силы, – Терх криво усмехнулся, после чего устроился в кресле. Я села рядом. – Ладно, рассказывай, Таис, как тебя угораздило.
– Да как… можно даже сказать, что не меня угораздило. Ведь началось это три смерти назад. Ты вообще что-нибудь знаешь о фениксах света?
– Хитрая какая. Ничего еще не рассказала, а уже хочешь из меня что-нибудь вытянуть?
– Так проще рассказывать, если буду знать, что тебе известно. – Да, я нашлась что ответить!
Однако Терх молчал и с легкой полуулыбкой продолжал выжидающе смотреть на меня.
– Ты знаешь, как становятся фениксом света? – уточнила я со вздохом.
– Понятия не имею.
Я с подозрением прищурилась. Может, он просто словосочетание такое «феникс света» один раз где-нибудь слышал? И догадался Терх только потому, что лишь на фениксов у него реакция такая бурная случается, а простым фениксом человек вдруг ни с того ни с сего стать не может. Вот и вспомнились ему легендарные фениксы света, о которых он ничего, кроме как их названия, больше не знает.
– Умереть нужно. Три раза. Первая смерть во время ритуала совершается. Так душа ступает на путь феникса света. А дальше – уж как получится. У меня вот получилось.
Терх продолжал смотреть на меня. Я поняла, что краткими, общими фразами от него не отделаться, и все же добавила:
– Я не знаю, какой была тогда… – Правда не знаю! От воспоминаний Иливейны я отказалась, а чтение дневника не помогло ее узнать по-настоящему. Она – не я, а я – не она. В этом вся проблема. По крайней мере, проблема в моих отношениях с Альвеиром и, вероятно, с Лэраном тоже. Именно поэтому между нами не может быть никаких отношений. Мне придется смириться. Им тоже, обоим. – Не представляю, как вообще можно сотворить с собой такое. Но ритуал начался. А потом… мы с тобой познакомились перед моей третьей смертью. Тогда я ни о чем не подозревала.
Я ненадолго замолчала, раздумывая, стоит ли рассказывать об Альвеире. Не все, конечно, но стоит ли его вообще упоминать? Терх не слепой, не мог не заметить, что Альвеир за мной ухаживал, если о наших свиданиях знала вся академия. Всех подробностей раскрывать я в любом случае не собиралась, но как иначе объяснить помощь Альвеира в спасении от окончательной и бесповоротной смерти, если не его знакомством с предыдущим воплощением? К тому же это объясняет действительно все. Как выяснилось, лорд аркахон, один из правителей Темных Королевств, и вправду не мог заинтересоваться мной. Просто он знал Иливейну.
С другой стороны, Терх говорит, что не знает, как становятся фениксами света. Можно было бы наплести что угодно, однако говорить, будто шла, споткнулась и выпала из окна, не хотелось. Теперь мы вряд ли продолжим прежнее общение, но, в конце концов, Терх мне помогал и даже спас мою жизнь! Я не могу ему соврать. Рассказать о третьей смерти все же придется. Пожалуй, Терх заслужил хотя бы немного правды, а значит, без упоминания Альвеира не обойтись. Я решилась.
– Альвеир знал меня прошлую, ту, которой я была до ритуала. И он знал, что я должна пройти ритуал до конца. Потому что пути назад уже не было. Я сама-то обо всем узнала, когда время было на исходе. Альвеир рассказал, что я превращаюсь в феникса света, и совсем скоро меня охватил огонь. Символично, да? – я невесело усмехнулась. Вспоминать пока еще больно. – Огонь, который может сжечь, если не завершить ритуал нужным образом. И фениксом света уже не станешь, просто умрешь. Но Альвеир был рядом, и он знал, что нужно делать. Он… помог мне умереть ритуальной смертью. Ну а потом, – я развела руками, – родился феникс света.
– Альвеир шед Хашшер убил тебя?
– У него не было выбора, я и так уже умирала. Он мог либо позволить мне умереть насовсем, либо дать шанс на воскрешение, убив согласно ритуалу.
– Но ты все это помнишь… – произнес Терх в задумчивости.
– Помню.
– А первую жизнь – нет.
– Я и сама не до конца понимаю, как это все устроено. До ритуала я была совсем другим человеком. Это была совсем другая жизнь, никак не связанная с фениксом света. И только после первой смерти душа ступила на этот путь. Следующую жизнь перед второй смертью помню. Я, честно говоря, и не поняла, что умерла. Попала в пожар. Думала, от страха сумела портал как-то создать и перенестись в безопасное место. А оказалось, что все же умерла. Но память не потеряла, я как будто продолжила жить. Потому что уже потихоньку становилась фениксом света.
– И внешне ничего не изменилось.
– После третьей смерти – ничего. Просто я вроде как силу феникса света получила, но она тоже по большей части пока спит. После второй цвет волос поменялся. Раньше волосы были темно-каштановые, теперь вот золотисто-медовые, – я для наглядности даже прядку приподняла. Как странно обсуждать цвет волос, когда рассказываешь о собственных смертях. – Альвеир сказал, что это внешний признак феникса света. Такой вот цвет.
Странный, как будто завороженный взгляд, следивший за скользнувшей по руке прядкой волос, внезапно похолодел.
– А что было в твоем прошлом воплощении, до ритуала, твой Альвеир не сказал? Почему ты решилась на ритуал? – спросил он резко. В голосе проскользнула едва сдерживаемая ярость. Насколько тяжело Терху контролировать себя, если он оскорбил Альвеира, назвав просто Альвеиром, без имени рода! Но… мне казалось, ненависть должна вызывать именно я, ставшая фениксом света?
– Извини. Этого я не могу рассказать.
Как и выдать того, кем теперь является Лэран деа Тер.
– Значит, тебе он об этом рассказал, – Терх кривовато усмехнулся. – Что ж, уже хорошо. Ты будешь знать, чего можно от него ожидать. Ладно, Таис.
Эдарен поднялся.
– Пойдем искать валеферию.
Я тоже встала, с готовностью уточнила:
– От меня что-нибудь потребуется?
– Ничего особенного. Просто веди себя как можно тише и делай все, что я буду говорить.
– Хорошо.
Окинув меня критическим взглядом, то ли пытаясь понять, действительно ли буду послушно выполнять все указания, то ли оценивая внешний вид, Терх наконец хмыкнул, развернулся и направился к выходу. Не знаю, как он, а я своим внешним видом довольна. Волосы по такому поводу, как незаконное проникновение к валеферии, заплела в косу и закрепила на затылке, чтобы не болтались. Слишком уж приметные они – даже в темноте издалека заметно будет светлое пятно. Одежду тоже выбрала темную, которая не будет внимание привлекать. Возможно, предосторожность излишняя, но совсем не хочется быть застуканной за этим занятием. Кто его знает, насколько серьезным будет наказание. Отчислят вряд ли, но вдруг? Когда тебе некуда пойти в случае отчисления из академии, рисковать не стоит.
Спустились по винтовой лестнице и вышли из башни без приключений. На пути никого не встретили. Только один раз услышали, как из-за закрытой двери ближайшей к лестничному пролету комнаты доносится подозрительный грохот. Оставалось надеяться, что башня не рухнет к моему возвращению.
Ночь стояла светлая. Высоко в небе, как будто прямо над академией, висела луна, разливая по земле серебристый свет. Можно было не опасаться обо что-нибудь споткнуться – дорога прекрасно просматривалась, однако и нас в таком случае, вероятно, видно издалека.
