– Настолько не понравилось?
Я смутилась. Но все же нашла что ответить:
– Я понимаю, что совмещать приятное с полезным – это как раз в твоем стиле. Так ведь я теперь феникс и неприятна тебе.
Долгий, странный взгляд и не менее странный вопрос:
– Дело только в этом?
– Черт, Терх! О чем ты вообще? Я не собираюсь с тобой целоваться. Пожалуйста, учти это в следующий раз.
Похоже, я снова задела его самолюбие. Взгляд эдарена похолодел.
– Послушай, Терх… – я вздохнула и перевела тему: – А нам самим стать невидимыми – это без способностей рода Невидимых Теней очень сложно?
– Все заклинания, которые придают невидимость, очень сложны в исполнении. Но ты права, я мог бы. Если бы ты не была фениксом.
– Фениксы по какой-то причине не могут становиться невидимыми? – Ну вот, только не хватало еще, чтобы ограничения в магии какие-то появились.
– Ты – феникс, а я – эдарен. Тебе будет неприятно соприкосновение с моей магией. К тому же, подозреваю, как созданию света, темная магия тебе в принципе должна быть неприятна. Если ее будут использовать где-то рядом, ты просто можешь ощутить дискомфорт. Но если я применю заклинание к тебе, ты инстинктивно захочешь избавиться и от заклинания темной магии, и от того, кто это заклинание накладывает.
Так вот оно что. Помнится, один из аркахонов тоже говорил, что близость магии тьмы должна быть мне неприятна, и удивлялся, что мне его присутствие никакого дискомфорта не доставляет. А тут еще отношения фениксов с эдаренами, вот и решил Терх, что ни в коем случае нельзя накладывать на меня заклинания.
– Боишься, захочу избавиться от тебя? – все же не удержалась от подкола. – Это, конечно, подпортит тебе репутацию, – я с серьезным видом закивала. – Кто бы мог подумать – первокурсница ненароком покалечила принца эдаренов с девятого курса.
– К сожалению, это не смешно, Таис. Ты до сих пор не понимаешь, насколько серьезно то, что с тобой произошло? Надеюсь, твои друзья сумеют помочь тебе разобраться в новых способностях, а главное – совладать с ними.
А из меня как будто весь воздух выбили. «Надеюсь, твои друзья», – сказал Терх. Все, отрезал. Поставил нас по разные стороны. И пусть мы не успели стать друзьями, теперь уже точно не станем. Он явно дал мне это понять.
– Не беспокойся. Я справлюсь. И ты ошибся. Я нормально воспринимаю магию темных. Она не вызывает во мне никакого неприятия. Как и эдарены. Поэтому, если нам до валеферии еще далеко, лучше перестраховаться.
После долгого, изучающего взгляда Терх начал произносить заклинание. Я с любопытством наблюдала за тем, как магическая энергия сплетается в узоры и ложится на нас серебристой паутинкой. Коснувшись кожи, паутинка истаяла. А сама магия осталась – я чувствовала это. Ощущения не были неприятными, совсем нет. Морозная прохлада и ментоловая свежесть.
Больше на пути никого не встретили. Терх воспользовался еще одним тайным ходом, и мы очутились в кромешной темноте. Несколько зажженных эдареном огоньков осветили неровную потрескавшуюся плитку, сквозь которую пробивались тонкие ростки. Ни стен, ни потолка разглядеть не удалось. Я узнала этот зал. Именно сюда попадали абитуриенты факультета светлой магии. И действительно – вскоре мы подошли к статуе, в которой мне без труда удалось опознать валеферию.
– Вперед, – кивнул на нее Терх и отступил в сторону, чтобы не мешать.
Я приблизилась к валеферии, с любопытством вгляделась в каменное лицо. Интересно, она сейчас что-нибудь чувствует? Спит или все же как-то наблюдает? Может быть, она живет и дышит, но делает это столь медленно, что мы, люди, не замечаем? Ведь даже у нас на Земле говорят, что камни – живые, просто им некуда спешить. Может, у валеферии один вдох длиною в человеческую жизнь.
А это интересно! Вдруг я с обновленным восприятием магии сумею это понять?
Я подошла еще ближе, приложила ладонь к камню и, прикрыв глаза, прислушалась. Пока ничего, никакой магии не чувствую. Отступила на шаг, зажгла в ладони шарик света. Внимательно следя за своими ощущениями, подтолкнула шарик к валеферии. И в то самое мгновение, когда световой шарик соприкоснулся с каменной поверхностью статуи, это случилось.
Так же, как до этого училась чувствовать собственную магию и всегда находила ее частью себя, я уловила приближение валеферии. Словно дуновение ветра прошлось по залу, но это не воздух всколыхнулся, а нечто иное, движение на энергетическом уровне, легкая волна. Призрачный сгусток скользнул к статуе и вошел внутрь ее. В тот же миг камень начал оживать. От места соприкосновения с созданным мной шариком света быстро расходилось золотистое свечение, пока не окутало статую целиком. Спустя еще мгновение она отряхнулась, сбрасывая с себя золотистую пыльцу. Перед нами предстала женщина с бледной матовой кожей и песочного цвета волосами, похожими на переплетение множества тонких, сухих веточек.
Ожила. Полностью.
Валеферия поправила пышный подол светло-зеленого платья и снова поклонилась. Я, как и в прошлый раз, растерялась, не зная, то ли кланяться в ответ, то ли не нужно. А то, что кланяется валеферия далеко не каждому, ни о чем не говорит. Вежливость никто не отменял, но в ней ли дело, или поклон – проявление чего-то совершенно иного? Пожалуй, пора с этим разобраться. Ведь именно данный вопрос волновал меня больше всего.
– Я догадывалась, что ты придешь, когда это случится, – с грустью улыбнулась валеферия.
– Вы о моем превращении в феникса? – Меня вдруг осенило: – Так вы знали, еще тогда знали?
– Да, я поняла, как только ощутила твою магию. От тебя уже тогда веяло фениксом света, едва уловимо. И пусть твой потенциал на тот момент не мог оживить каменную оболочку полностью, я сразу поняла, на что ты будешь способна в будущем.
– Вы говорили, что с такой силой спокойной жизни не будет.
– Не будет, – все с той же печальной улыбкой подтвердила валеферия. – Такая сила не дается просто так, она дается с определенной целью.
– Даже если эта цель… – я покосилась на Терха, но все-таки задала вопрос, не выгонять ведь теперь и не просить заткнуть уши: – Если эта цель – всего лишь оживление человека? Я имею в виду, я ведь могла уже выполнить эту цель еще в тот момент, когда стала фениксом света?
Валеферия покачала головой и повторила:
– Такая магия не дается просто так. И если феникс света появляется, значит, он зачем-то нужен.
Так и хотелось закричать: «Да нет же, нет!» Она неправильно меня поняла! Пусть магия не дается просто так, но что, если предназначением феникса света было оживление Лэрана? Что, если ему предназначена великая цель?
Я в очередной раз пожалела, что разговариваю с валеферией не наедине. Это единственный мой шанс задать все вопросы, но говорить о фениксе тьмы при Терхе, наверное, все же не стоит.
А может быть, я отчаянно цепляюсь за свое предположение о предназначении феникса света просто потому, что боюсь? Боюсь однажды осознать, что моя жизнь снова мне не принадлежит? Что за меня вновь кто-то другой принял решение? Возможно, в глубине души я все понимаю, просто не желаю принять? «Такая сила не дается просто так». Что значит решение одного человека? В прошлом воплощении мне захотелось оживить возлюбленного. Но только в воле богини Аннайи дать мне невероятно могущественную силу и позволить возродиться фениксом света или же отказать. Неужели Аннайя решила, что я еще пригожусь этому миру?
Похоже, пора наведаться в храм?
– И каково мое предназначение? – не особо надеясь на ответ, спросила я.
– Не могу сказать, прости.
– Но ведь знаете?
Валеферия покачала головой, однако я не поняла, что это значит: то ли она не может сказать, то ли действительно не знает.
– Хорошо. А почему вы мне поклонились, скажете?
– Скажу. Из уважения. – И, видя мое недоумение, пояснила: – Путь феникса света непрост. Тебе предстояло умереть и возродиться. Уже одно это достойно уважения.
– Спасибо. Спасибо за то, что ответили на мои вопросы, – поблагодарила я, стараясь отогнать чувство разочарования.
– Я была рада вновь повидаться.
Я понимала, что пора уходить, что валеферия больше ничего не расскажет о фениксах света, даже если ей многое известно, однако медлила.
– Ты ведь хочешь еще кое о чем спросить? – лукаво улыбнулась она.
Мысли она, что ли, читает?
– Нет, мысли я не читаю.
– Но вы же только что…
– Это у тебя на лице было написано, – валеферия вдруг развеселилась.
– Ну, в таком случае… даже как-то неловко… – я снова замялась. – Что вы делаете, пока кто-нибудь вас не оживит?
– Летаю. – Мой вопрос ее совсем не удивил. Похоже, валеферия и в самом деле догадывалась, о чем я хотела спросить. – Эта статуя – всего лишь оболочка, одна из многих. Я не принадлежу этому миру и не имею физического тела. Камень тоже необычный. Чтобы я могла в него вселиться, достаточно лишь искры магии. В том уголке Вселенной, где я начала свой путь, иные законы. Количество и мощь магии, что касается камня, не важны. Имеет значение только потенциал. Только потенциал самого мага определяет, какой частью каменной оболочки мне удастся завладеть. Я чувствую, когда магия касается оболочки, и прилетаю.
