вернул себе озорное расположение духа и намеревался, как и прежде, подшучивать над ней. Табора, поежилась от ледяного ветра и громкого шума реки, простирающейся в глубине бездонной пропасти, через которую простирался мост. Скорее бы исчезнуть отсюда и на время забыть о Его Темнейшестве, и о его верном адепте.
– Ты неисправим, но я не в настроении сейчас гоняться за тобой, чтобы отвесить тумаков, – устало произнесла она, покачав головой.
Демонесса взглянула вперед и с удовлетворением отметила, что базальтовая переправа подходила к концу. А это означало – еще немного и она сможет использовать магию. Нужно было немедленно убраться из этого жуткого места, от которого, у нее временами, бешенно колотилось сердце, и кожу покрывали холодные мурашки. Никакого замка, никаких зловещих скульптур! Переместиться, как можно дальше от ненависти Его Темнейшества! Как можно дальше от беспросветного Мрака и угнетающего Зла!
– Эх, в отпуск бы.… На солнышко… – эльф мечтательно закатил глаза, ступая с моста на гладкий серый камень. Граница проклятых земель была позади! Табора насмешливо фыркнула, оглядывая мертвое плато, обрамленное грядой зубчатых гор, над которыми нависало бархатное ночное небо, усыпанное миллионами ярких звезд.
– Солнышко ему подавай! Что нам действительно нужно в данную минуту – это свалить отсюда, пока еще живы! Отойди!
Эльф разочарованно вздохнул и отступил от демоницы на несколько шагов, глядя, как та, шепча себе что-то под нос и жестикулируя руками, открывает магический портал в другую часть Нирбисса. В место, которое было ничуть не лучше, чем этот жуткий замок. Они отправлялись в Мендарв, где их смерти возжелают не два ополоумевших чародея, а абсолютно все жители человеческого государства.
Темная Дубрава изумрудным океаном раскинулась по пологим холмам, упираясь могучими кронами в линию горизонта. У самой окраины леса, на островке, много столетий назад возникшем посреди реки Зарница, каменным стражем возвышался кирпично-красный замок барона Данкоса. Сооружение окружал глубокий природный ров, где водяные курочки и белоснежные лебеди обустроили гнезда, да массивная пятнадцатиметровая крепостная стена со сторожевыми башнями и узкими бойницами. Остров был соединен с землями феодала крепким деревянным мостом, который в случае нападения врагов, незамедлительно подвергся сожжению, а обитатели крепости могли спокойно прозябать несколько месяцев в осажденном замке, не опасаясь за свою жизнь. Помимо основного здания, во дворе, окруженном крепостной стеной, находились жилища прислуги, кузница, конюшня, склады с оружием да припасами и небольшой плац для народных собраний и военных подготовок. Сам замок, мог вместить в себя приличное количество гостей. Здесь было около двух десятков спален, зал для приемов, столовая, часовня, кабинет, помещения для рыцарских тренировок, купальня и даже клуатр с небольшим садом и фонтаном. Это многовековое здание могло послужить надежным убежищем в случае войны, как для феодала, так и для его подданных.
Такие меры предосторожности не были прихотью барона. Его обитель находилась неподалёку от границы Круана, а это означало, что всегда приходилось быть начеку. Эльфы не страшны людям. Но Большая земля являлась ареалом других отвратительных существ, которые наверняка жаждали проникнуть во владения людей.
Вокруг замка, на двух берегах Зарницы, раскинулись поля и луга, принадлежавшие феодалу, но отданные в аренду крестьянам, живущим в близлежащей деревушке, и в других поселениях, что простирались дальше, вглубь страны.
Дубки представляли собой станицу из шестидесяти изб, нескольких амбаров, стойл для скота, рыночной площади с немногочисленными лавками местных мастеров и фермеров, таверны, с заурядным названием ”Дубовый лист”, водяной мельницы, кузни, где чинили и изготовляли исключительно сельскохозяйственные инструменты, и кладбища со святилищем Тарумона Милосердного. Село находилась в ложбине между Темной Дубравой и погостом, в том месте, где Зарница, перескакивая с камня на камень, теряла глубину и позволяла сельчанам преспокойно пересекать ее прозрачные воды, не пользуясь ивовым мостом, возведенным на окраине деревушки.
Жители Дубков, не страшились соседствовать с Большой Землей. Они свято верили, что стена, возведенная на рубеже государств, солдаты барона, благословение Тарумона Милосердного да храмовники в силах защитить владения от вторжения нелюдей, которые крайне редко отваживались пересекать границу, находящуюся в Темной Дубраве. Деревня и замок жили в обычном ритме, как и много лет до этого, не беспокоясь ни об эльфах, ни о чародеях, а уж тем более ни о троллях и демонах.
Златовласая девочка, лет шестнадцати, сидела на шелковистой траве луга, простирающегося за околицей Дубков, и звонко смеялась, глядя на спорящих братьев. Ее большие серо-зеленые глаза жмурились, при каждом приступе смеха, обещая вскоре пустить слезу.
Кор сердито нахмурил брови и вскочил на ноги, его светлые волосы были взъерошены, а ноздри смешно раздувались от гнева. Он с негодованием смотрел то на сестрицу, то на брата, который тоже тихо хихикал, время от времени пожевывая травинку.
– Вам смешно? А я ничего забавного в этом не вижу! Это не шутка! Я хочу быть Странником! Вот вырасту, и тогда я стану хохотать, когда вы будете умирать от зависти, глядя на мои острые градовские клинки и бурый королевский плащ, развевающийся по ветру!
Ребекка прикрыла рот ладошкой, пытаясь сдержать смех, но все без толку. Она не могла остановиться. Девочка смеялась до тех пор, пока на ее щеках не выступил румянец, и слезы не брызнули из глаз, оставаясь на ресницах каплями росы.
– Ага! Умрем, как же! Непременно укутаемся в такие же плащи и сложим кинжалы на груди! Тоже мне Странник! Пустозвон! – произнес темноволосый Тор, которому посчастливилось избавиться от власти смеха, но не удалось согнать тень улыбки с лица. – Сестренка, наш Кор размечтался? Взгляни на себя! Да, кто ж тебя в Странники возьмет?
Светловолосый юноша, побагровев от негодования, сдул со лба непослушную прядь. Его руки сжались в кулаки. Он угрожающе шагнул в сторону, сидящего на траве, брата.
– А это мы еще поглядим, кто из нас прав! Возьмут меня, возьмут! С руками и ногами! И я увижу Большую Землю! А вы, локти кусать будете, когда я поступлю на службу к королю!
– Это кто же локти кусать будет? – перестав улыбаться, поинтересовался Тор, и, вскочив с земли, тоже сделал шаг навстречу задаваке. – Сейчас как дам!
Кор весь напрягся, но отступать не собирался. Ему не впервой приходилось затеивать драку с братом. Еще один синяк не пугал его. Он, не задумываясь, наградил бы Тора таким же.
– Попробуй! Сам получишь не меньше моего!
– Эй, эй, эй! Прекратите! – заметив растущее напряжение, воскликнула Ребекка, поднявшись на ноги.
Ее зеленое ситцевое платье, с развивающимися широкими манжетами рукавов и подолом, доходящим до щиколотки, успело подхватить несколько луговых травинок, и теперь его край, обрамлял замысловатый узор, напоминающий
