Читаем без скачивания Артемис Фаул. Парадокс времени - Йон Колфер

Кракен живет нескольких тысяч лет, благодаря невероятно медленному метаболизму и огромной прочной броне, окружающей их мягкую плоть. Они обосновываются в богатой пищей или волшебной окружающей среде и остаются там до тех пор, пока пища, или энергия не заканчивается. Птенец в центре архипелага рядом с человеческим портом обеспечивает себе не только камуфляж, но и обильный источник пропитания. Таким образом, там, где кракен прикрепляется ко дну гигантскими присосками, он начинает втягивать в себя городской мусор, подобно пылесосу, и ферментатировать его в своем огромном желудке до метана. Но, если человеческий мусор – их спасение, то это – также и их проклятие, поскольку все более и более высокие уровни токсинов сделали кракена бесплодным, и теперь осталось около полудюжины древних существ, живущих в океанах.

Этот кракен был самым старым из всех. Согласно сброшенным раковинам, старый Шелли, как маленький пожиратель мусора, был упомянут корпусом Часы Кракена более чем десять тысяч лет назад, и был замаскирован под остров в Хельсинской гавани в шестнадцатом столетии, когда город еще был известен как Хельсингфорс.

За все это время Шелли сделал немного, только ел и спал, не видя никакого смысла мигрировать. Возможно, у него когда-то и была потребность в миграции, но со временем она притупилась, вследствии фильтрации отходов от лакокрасочной фабрики, основанной на его спине более ста лет назад. Что бы там ни было, Шелли был неподвижен, и сделал всего лишь несколько выбросов метана с интервалом более чем в пятьдесят лет. Таким образом, не было никакой причины полагать, что этот красный цвет его датчика был чем-то большим, чем поврежденным контактом, и работа Малой заключалась в его исправлении. Это был обычный рабочий день в виде миссии. Никакой опасности, никаких ограничений во времени и очень маленький шанс совершить открытие.

Малой, спускаясь, повернула свои ладони по ветру, пока ее ботинки не коснулись крыши маленького ресторана на острове. Фактически, было два острова, соединенные маленьким мостом. Один был настоящим островом, и другой – по большей части гнездом Шелли в скале. Элфи запустила быструю тепловую проверку, и нашла только несколько грызунов и участок тепла, идущего от сауны, которая, вероятно, была на таймере.

Она сверилась с экраном ее шлема, чтоб узнать точное местоположение датчика. Он был в четырех метрах под водой, расположен ниже скалистого выступа.

Под водой. Ну конечно.

Она сложила свои крылья в воздухе, затем погрузила ноги в Балтийское море, двигаясь по спирали, чтобы уменьшить всплеск. Не то, чтобы люди были достаточно близко, чтобы услышать, просто на всякий случай. Сауна и ресторан не открывались до восьми, а самые близкие рыбаки были на материке, их удочки, мягко колебались как ряды голых флагштоков.

Элфи сорвала газовые баллоны со шлема, чтобы уменьшить плавучесть и погрузилась в воду. На экране высветилось, что температура воды была чуть выше десяти градусов, но мерцающий костюм спасал ее от переохлаждения и даже сжался, чтобы компенсировать небольшое увеличение давления.

– Используй Микробов, – сказал Жеребкинс, его голос казался совершенно чистым через наушник.

– Исчезни из моей головы, кентавр.

– Вперед. Используй Микробов.

– Я не нуждаюсь в приборе, для поиска повреждений. Это рядом, справа от меня.

Жеребкинс вздохнул.

– Тогда они умрут неиспользованными.

Устройства для поиска повреждений на самом деле были микроорганизмами, закодированными на поиск излучения той же самой частоты, что посылал объект. Если вы знаете, что нужно найти, то сообщите Жеребкинсу и его Микробы обнаружат требуемое. Хотя они очень маленькие, но они могут подать звуковой сигнал на ваш экран, если вы находитесь в нескольких метрах от датчика.

– Хорошо, – простонала Элфи. – Я хотела бы, чтобы ты прекратил использовать меня как морскую свинку.

Она приподняла водонепроницаемую створку на перчатке, выпуская облако пылающих оранжевых клещей в воду. Они на мгновение собрались в кучку, а затем помчались прочь рваной стрелкой по направлению к датчику.

– Они плавают, они летят, они прячутся, – сказал Жеребкинс, устрашенный своим собственным достижением. – Бог благословляет их крошечные сердца.

Микробы оставляли пылающий оранжевый след, показывая Элфи куда плыть. Она нырнула под острый выступ, чтобы отыскать Микробов уже очищающих поверхность вокруг датчика.

– Сейчас приближайся. Он под рукой. Скажи мне, что они не приносят пользы оперативникам.

Они были очень полезны, учитывая что капитан имела запас воздуха всего на десять минут, но Жеребкинса итак слишком часто хвалили.

– Шлем с жабрами был бы более полезен, особенно когда ты узнала, что датчик был подводой. Но воздуха тебе хватит, – рассуждал Жеребкинс. – Тем более что Микробы очищают окружающую область.

Микробы съедали скалу и мох, покрывающий датчик, пока он не засиял как в тот день, когда сошел с конвейера. Как только их миссия была закончена, Микробы замерцали и погибли, распадаясь в воде с нежным шипением. Элфи включила прожектор на шлеме, фокусируя оба луча на сплаве датчика. Он размером и формой напоминал банан и был покрыт электролитным гелем.

– Вода довольно чистая благодаря Шелли. Я получаю приличную картинку.

Элфи уменьшила плавучесть своего костюма на несколько делений, чтобы она могла свободно зависнуть в воде.

– Хорошо, что ты видишь?

– То же самое, что и ты, – ответил кентавр. – Датчик со вспыхнувшим красным светом. Мне нужно снять несколько показаний, если ты догадаешься прикоснуться к экрану.

Элфи положила свою руку на гель так, чтобы всенаправленный датчик на ее перчатке мог синхронизироваться с древним инструментом.

– Девять с половиной минут, Жеребкинс, не забывай.

– Пожалуйста, – захихикал кентавр. – Я могу перенастроить флотилию спутников за это время за девять с половиной минут.

«Возможно, это правда, – подумала капитан, – поскольку через свой шлем могла наблюдать за проверкой систем на датчике.

– Хм,- вздохнул Жеребкинс тридцать секунд спустя.

– Хм? – повторила Элфи нервно. – Не говори «хм», Жеребкинс. Я не в ладах с наукой, но не говорю «хм».

– Кажется, с этим датчиком все в порядке. Он прекрасно работает. Что означает…

– То, что другие три датчика работают со сбоями, – закончила Элфи. – Так, ваша гениальность?

– Не я проектировал эти датчики, – сказал Жеребкинс обиженно.- Это – старое изобретение Кобой.

Элфи задрожала, ее тело взбаламутило воду вокруг. Ее старый враг Опал Кобой была одним из ведущих изобретателей волшебного народца, пока не решила, что предпочитает стать преступницей, чтобы назвать себя королевой мира. Теперь она была в специально построенном кубе, установленном в тюрьме Атлантиды, и проводила время, посылая по почте политикам просьбы и преждевременные благодарности.

– Извини, что я сомневалась относительно твоего замечательного интеллекта. Я думаю, что я должна проверить другие датчики. На суше, надеюсь.

– Хм, – сказал Жеребкинс снова.

– Пожалуйста, прекрати. Так пока я здесь, мне проверить остальные датчики?

На мгновение наступила тишина, пока Жеребкинс читал несколько новых файлов, а затем он заговорил короткими фразами, по мере того, как изучал информацию.

– Другие датчики… это не важно… сейчас. То, что мы действительно должны знать – это то, почему у Шелли появилась "красная черта" на этом датчике. Подожди, я сейчас посмотрю… если бы мы раньше имели эти данные.

Элфи ничего не оставалось, кроме как поддерживать контакт с датчиком. Ее ноги слегка покачивались, а она смотрела на экран как снижается уровень запасов воздуха.

– Хорошо,- сказал, наконец, Жеребкинс, – Есть две причины, по которым может появиться «красная черта». Во-первых – у Шелли появился кракен-ребенок, но это невозможно, потому что он – бесплодная мужская особь.

– А вторая? – спросила Элфи, уверенная, что ей не хотелось бы знать вторую причину.

– Во-вторых, скоро произойдет выброс метана.

Капитан Малой облегченно закатила глаза.

– Выброс метана. Это звучит не очень страшно.

– Вообще-то, это немного страшнее, чем звучит.

– Что ты подразумеваешь под словом немного?

– Почему бы тебе не вместо того, чтобы слушать мои пояснения, не улететь оттуда с такой скоростью, на какую только способна?

Элфи не нужно было повторять дважды. Если Жеребкинс советовал оперативнику убираться до того, как прочитает одну из своих излюбленных лекций, значит ситуация очень серьезна. Она широко раздвинула руки, и это действие повторили крылья на ее спине.

– Включитесь,- сказала она, указывая обеими руками на поверхность. Двигатели заработали, вырывая ее из-под поверхности вод Балтики и оставляя за собой кипящую воду. Наконец она оказалась в воздухе. Ее костюм немедленно высох, поскольку был сшит из водоотталкивающего материала для предотвращения короткого замыкания. Последние капли воды унес с собой ветер, появившийся из-за сопротивления воздуха ее стремительному взлету. За несколько секунд она поднялась на сто метров, обеспокоенная голосом Жеребкинса, поторапливающим ее.