Читаем без скачивания Амулет plus любовь - Нина Запольская

– Тут есть какая-то тайна, – ответил доктор таинственным шёпотом.

– Капитан с ним завтра идёт покупать верблюдов, – сказал мистер Трелони. – Через мангровы…

– Вот видите, дружище! Он ещё и в верблюдах разбирается, – воскликнул доктор, и его кошачьи зелёные глаза засверкали под чёрными бровями.

– Доктор, а чего в верблюдах разбираться? – спросил сквайр. – Верблюд – он… И в Африке верблюд!

– Ну, не скажите, сэр, – заспорил доктор. – Помнится, на Занзибаре* мы видели верблюдов на маслобойне у султана. Так эти дромедары худо переносили тамошний климат, и были так себе… Тяжёлые и неуклюжие. А вот в пустынях верблюды представляют собой стройное, высокое и длинноногое существо. Сами увидите.

– А в повозке верблюды ходят? – поинтересовался мистер Трелони.

– Не знаю, – сознался доктор. – Вот верхом на верблюдах ездили уже в Древнем Риме: римляне держали в египетских Фивах три алы всадников на верблюдах… А зачем вам повозка?

Доктор вопросительно поднял чёрные брови.

– Я вот думаю, что через пустыню матросам будет тяжело нести паланкин. А мне помнится, что девятилетний Чингисхан, как гласят древние источники, ездил на телеге, запряжённой верблюдом. Надо спросить у Платона про повозку.

И мистер Трелони поспешил отыскать капитана и Платона и напроситься с ними на завтра идти за верблюдами. Доктор Легг, узнав об этом, скептически хмыкнул и пожелал сквайру хорошего времяпрепровождения.

****

ГЛАВА 2. Муха – насекомое из отряда Двукрылых

Глава, в которой описываются ощущения мухи от полёта

и рассказывается кое-что об искусстве поцелуев.

Марианна спала недолго: двух часов ей вполне хватило, чтобы отдохнуть.

Проснувшись, она какое-то время ещё лежала в кровати, вспоминая капитана Линча, его нежные глаза, сильные руки и… Потом решительно встала и прошла в гардеробную: перед возвращением в рыбацкую деревню ей захотелось пообедать.

Она одевалась и перебирала в уме шесть ресторанов отеля «Армани», не зная, какой выбрать: из всех шести открывался красивый вид на фонтаны, отличались они только кухней. Японская кухня показалась Марианне слишком пресной после сегодняшнего… Сегодняшней… Она заметалась мыслями и заулыбалась, не зная, как назвать то, что произошло у неё с капитаном несколько часов назад. И тут же удивилась себе: не хватало ей снова влюбиться в человека. Ну, конечно же, после сегодняшнего секса! Да, да! Просто – секса!

Хотя, конечно, этот капитан Линч – хорош, что тут говорить. Он не красавец, но всё же в нём есть что-то такое… Что-то такое неуловимое, но опасное для женщин. Очень опасное!

Так вот, японская кухня для её настроения – пресновата и скучна. Итальянская сейчас не дотягивает своей изысканность. А пойдёт она в индийский ресторан, и пусть обилие специй, красок и запахов будет дополнять те эмоции, которыми она сейчас переполнялась.

Лифт поднял её быстро. Ресторан был полон, как всегда в это время, но место для неё, тем не менее, нашлось. Пройдя за стол, Марианна привычно, но незаметно оглядела публику: то, что здесь сейчас находились люди со всей планеты – дело обычное. А вот официант был новеньким. Она заговорила с ним о меню и нарочно долго расспрашивала. Он бегло отвечал ей на английском, только ей не понравилось его произношение: нехорошим повеяло…. То есть, наоборот, повеяло хорошими воспоминаниями … Родным домом повеяло, и это было странно – возвращаться она пока не планировала. Но, может быть, она скучает? Всё-таки дома не была уже давно.

Малай-кофта – шарики из картофеля, обжаренные во фритюре, поданные в сливочном соусе с зеленью, специями и орехами – как всегда в этом ресторане были на высоте. А между тем это нежное и очень капризное блюдо в неумелых руках может совсем не получиться. Самые лучшие картофельные фрикадельки делает их домашний повар… Марианна поймала себя на мысли, что опять думает об «отчем крове». Да что это с нею? Неужели подсознание хочет её о чём-то предупредить? Но тут принесли лепёшки-чапати, и она опять отвлеклась на еду, потому что та стоила того.

К тому же во время обеда она беспрестанно возвращалась к воспоминаниям о капитане, об их свидании: этот земной мужчина томил её тело вопреки воле.

Он был нежен с нею. Конечно, она сама подала ему эту мысль, внушила такое настроение, но не все мужчины это понимают. Некоторым подсказывай настроение – не подсказывай, всё без толку, они делают своё, отрабатывая один, раз и навсегда принятый алгоритм действий. Но капитан…

Губы его своими поцелуями чуть не свели её с ума. Не все мужчины целуют руки своим партнёршам. Да что партнёршам – даже любовницам и страстно обожаемым женщинам не целуют. А между тем в этом столько чувственности, столько преклонения перед женщиной и признания её власти, дарованной самой природой… Подушечки пальцев, внутренняя сторона запястья, локтевого сгиба, предплечья – всё так чувствительно к поцелуям, с которых начинается любовная игра.

Она сейчас жила в Магрибе, а здесь с древнейших времён практиковали таинство этого искусства, наделяя поцелуи поэтическими названиями – «целомудренный», «стыдливый», «обрывание лепестков» и «обкалывание губ», когда кончик языка делается тонким и острым.

Марианна почувствовала, как в её крови разгорается возбуждение. Или это жар индийских специй? Он заставляет содрогаться тело, возвращая время встречи с капитаном, когда она трепетала от прикосновений его языка, скользящего от её коленей до раскрытого к нему навстречу паха.

Как быстро пролетело это время! Но всё оно осталось в ней…

После обеда до своего сьюта она дошла быстро – надо поторапливаться. Коридор был пуст, навстречу попалась только горничная в униформе голубого цвета с бесчисленным количеством пуговиц впереди. Марианна открыла дверь.

Сразу направилась в ванную комнату и автоматически, по привычке, усвоенной с детства, стала закрывать дверь на задвижку, хотя особого смысла в этом не было: в её номер не мог войти посторонний. И поняла, что не в состоянии оторвать руки от дверной ручки и задвижки – руки словно прилипли. От неожиданности она дёрнулась всем телом и чуть не потеряла равновесие – ноги тоже не сдвинулись на полу. Да она же прилипла, как насекомое на клей или варенье! Да что же это такое?

И тут услышала со спины:

– Ты давно не появлялась в Машрике*…

Мужской голос был знаком, и спутать его было невозможно.

–Я больше люблю Магриб, Вадим, – быстро ответила она и опять задёргалась, выворачивая голову, чтобы разглядеть того, кто стоял сзади.

– Ты хочешь меня увидеть? – спросил Вадим насмешливо. – Наконец-то! После стольких лет ты захотела увидеть своего бывшего жениха! Ради этого мне стоило разыскать тебя раньше.

Она вскричала:

–Ты ничего не добьёшься этим! Только тронь меня, и я пожалуюсь отцу!

– Дорогая, он меня и просил вернуть тебя домой! Любым способом…

Марианна перестала вырываться. Она оцепенела, опустив голову.

– А что же ты хочешь? – продолжал Вадим. – Любимая дочь, наследница империи, сбежала и шляется неизвестно где и неизвестно с кем.

Он подошёл и встал у Марианны за спиной, склонил голову, прижавшись щекой к щеке, потом жарко зашептал в ухо:

– Сейчас мы отправимся домой, моя дорогая… Не вырывайся, вспомни, нам было так хорошо вместе когда-то.

Марианна ахнула. Домой?.. Нет! Только не домой! Ей надо вернуться на остров Арген, где остались её дочери, её малышки!.. Ведь без неё девочки погибнут! Она напряглась, приготовившись взлететь. Только бы Вадим не заметил появления крыльев у неё за спиной!

Но Вадиму было не до того: он обнял её плечи, потом его руки поползли ниже и переместились на грудь. Сжали эти упругие окружности, но не сильно, а нежно, лаская… Соски Марианны напряглись, но это же только рефлекс! Чёртов рефлекс, заставляющий дрогнуть в коленях!.. Что он делает? Да он, кажется, решил снять с неё платье, расстегнув пуговицы впереди! Пуговиц много, но он расстёгивает их по одной, медленно, чувственно… А крылья на её спине, между тем, не растут. И это так странно!.. Вадим раздёрнул вырез платья, выпустив на волю её грудь – две гладкие точёные чаши вожделенной белизны с набухшими, готовыми лопнуть, розовыми сосками.

«Ах!» – вскрикнула она от неожиданности, как всегда с нею случалось в начале трансформации. Но её никто не услышал – разве можно уловить крик мухи? Платье Марианны упало на пол, а сама она, резко облетая Вадима, устремилась в открытое окно ванной комнаты. Перегрузку огромного ускорения с непривычки выдержала с трудом, но уже дохнуло жаром аравийского солнца. Перед нею распахнулась ширь синего неба, геометрично расчерченной земли внизу и безмерная даль горизонта. Это в первую миллисекунду полёта потрясло её, ведь глаза мухи передают мозгу обновления в шесть раз чаще, чем глаза человека.