вправе распоряжаться собственной жизнью, а теперь от него зависела еще и моя…
Обо всех этих особенностях успели поведать мне девчонки, пока мы бежали на лекцию. Первый курс занимался на первом этаже башни, разделенном на несколько секторов, второй курс – на втором, и чем старше был год обучения у студентов, тем выше им приходилось подниматься по витой лестнице, чтобы попасть в аудиторию. Дольше всех обучение длилось соответственно у тех, кто обладал стихийной, ментальной магией или шел на факультетус боевой. Артефакторы получали образование за четыре года, а после могли продолжить совершенствовать свои навыки уже в аспирантуре. Имелся еще в университете факультетус Природы, где обучали владеть природной магией, читай работе с растениями, факультетус рунной магии и факультетусы общих направлений, такие как: факультетус общественных наук, факультетус физической подготовки и факультетус языковедения.
На занятии Силия предложила сесть с ней рядом за одним длинным полукруглым столом, что стоял вторым рядом в череде себе подобных. Отказываться я не стала, потому как чувство некой потерянности сопровождало меня еще со вчерашнего дня, ровно с того момента, как за Его Светлостью затворилась дверь. Казалось, в его присутствии я горы способна свернуть, а в одиночку – я всего лишь замкнутая провинциальная травница, не способная на большее.
Первым занятием у нас шла лекция по Основам энергий. Среднего возраста женщина в преподавательской мантии вошла в аудиторию и плюхнула объемную папку на стол. Отметила присутствующих, моя фамилия, официально Эстер – пока Андрэ еще не провел обряд Родственной крови и не признал меня, тоже значилась в ее списке.
После преподаватель взялась за мел, а мы – за ручки. Полтора часа я ответственно срисовывала в блокнот схемы с доски и писала к ним пояснения и формулы. Но поскольку без инициации не чувствовала и не видела ничего подобного, воспринималась новая информация с трудом. То есть я, конечно, вроде и понимала, о чем толкует преподаватель, и почему энергия ведет себя так, а не иначе, но принять, что все это не абстрактные понятия, а вполне себе осязаемые, не могла. В общем, лекция для меня прошла как занимательный факультатив, а не что-то полезное, что я смогу применить вот прямо сейчас.
А еще я спиной чувствовала любопытные взгляды одногруппников, которые буквально жгли шею и заставляли маленькие волоски бунтовать и вставать дыбом. Как показал перерыв, ощущения меня не обманули. После звонка с занятия ко мне подошел парень, одетый в рубинового цвета сюртук.
– Привет, я Нестер, потомственный целитель и староста группы, – протянул он мне руку. – А ты новенькая?
– Да, – кивнула я и пожала его ладонь. – А почему потомственный, разве магия наследуется?
– Нет, – подмигнул он мне. – Но в нашей семье вот уже на протяжении трех веков раз в поколение обязательно рождается ребенок, обладающий целительской магией. В этот раз повезло мне. А ты откуда и почему опоздала к началу семестра?
– Из Иствена, – ответила, не скрываясь. Глаз еще раз зацепился за сюртук старосты, я кстати вспомнила бордовые халаты лечивших меня целителей и, кажется, поняла тонкий намек. – По семейным обстоятельствам не смогла вовремя приехать, – выдала я невинную улыбку.
– А это правда, что ты маг жизни? – продолжал допрос староста.
Вокруг нас постепенно начали собираться любознательные студентусы, и даже мои соседки ничем не намекнули Нестеру, что его любопытство переходит рамки приличия, а вместо этого только лишь хлопали любопытно ресницами. Хотя, что я знаю об общении в кругах молодежи? Может, это у них в порядке вещей. В конце концов, меня растила бабушка, леди Хелен, служившая при дворе и воспитавшая меня в соответствии с теми нравами. Только сейчас я начинала понимать, насколько оторвано от людей и мира мы жили, ведь мои одногруппники в этой ситуации чувствовали себя как рыбы в воде. Меня же моя новая роль тяготила и казалась совершенно для меня не подходящей. Но, не освоив свою магию, я не смогу свободно жить, так что придется подстраиваться под обстоятельства, хочу я того или нет.
Глава 3
– Да, – согласно кивнула я. – Распределяющий артефакт показал мне знак бесконечности.
– Ух ты! Здорово! Круто! – восхищались особо впечатлительные студентусы. – А можешь показать что-нибудь?
– Нет, мне нельзя, – слишком быстро ответила я.
– Ты что, не прошла инициацию? – округлил глаза рыженький паренек, что стоял по правое плечо от старосты. Толпа испуганно ахнула и загомонила.
Так, кажется большинство тут в курсе про неинициированных магов жизни и опасностей, что их подстерегают в случае, если кто-то возжелает разжиться дармовой силой. Плохо. Совсем нехорошо.
– Магистры при поступлении запретили, – ушла я от прямого ответа.
– Даже глаза нельзя зажечь? – прищурился Нестер и показательно сверкнул желтым цветом, характерным для целительской магии.
– Чтобы меня сразу же наказали? – вскинулась я.
– И чем тогда докажешь, что занимаешь место по праву? – вклинилась девица с самоуверенным взглядом и сложной прической.
Ее пышное платье буквально кричало о благосостоянии хозяйки и желании ткнуть этим фактом в лицо каждому встречному, а по бокам от красотки, гордо подбоченившись, ухмылялись подружки. Их платья, хоть были чуточку скромнее, все равно затмевали помпезностью любой из пошитых для меня мастером Ле’маном нарядов, включая даже горячо любимый халат с птицами. Может, назло этим пигалицам надеть завтра изумрудный гарнитур, что, невзирая на мои возражения, оставил Его Светлость? Я представила их надутые лица, и улыбка сама собой расползлась на моем лице.
– Я сказала что-то смешное? – топнула каблучком местная красотка.
Ох, кажется, мои нарочито скромные наряды вводят в заблуждение здешнюю элиту, буквально заставляя ее представителей кидаться на внешне беззащитную меня. Похоже, я вижусь эдаким лакомым кусочком, кинутым им самой судьбой на растерзание, ну и забаву, конечно же.
– Нет, что ты. Смешного ты не говорила, – я убрала неуместную улыбку и смерила девчонку холодным взглядом. Надеюсь, время, проведенное в обществе самого лорд-канцлера, не прошло для меня даром, и кое-чему я у него все-таки научилась. Да и хорошей же я буду ему невестой, если позволю всяким разряженным пигалицам так с собой обращаться!
– И правда, успокойся, Памена, – пришел мне на выручку староста. – Если Мари приняли в университет, значит, есть у нее магия.
– Ах, Нестер, ты такой простодушный, – жеманно закатила глаза девица. – За эту Мари сам лорд-канцлер попросил, это всем известно. А теперь скажи мне, за какие такие заслуги? Что-то я не припомню, чтобы род Эстер чем-то в последнее
