Глава 2
Глава 2
В поселке пахло жареным мясом и хлебом. Взвинченные оборотни в нетерпении мялись у арены, шумно переговаривались и даже не смеялись – утробно гоготали.
Секунда, другая, и… я окунулась в эмоции верберов, как в воду, и они накрыли с головой, ненадолго почти лишили ясности мысли.
Я отчетливо ощущала адреналин – он витал в воздухе, нагнетая напряжение.
Черт! Это ведь мои вторые бои! Пора бы привыкнуть… Но сказать легче, чем сделать. Особенно когда отовсюду давят чужие эмоции, энергетика – дикие, мощные, неконтролируемые…
Кровь бешено застучала в висках, страх сковал по рукам и ногам, изнутри поднялось сильное раздражение.
Рик властно приобнял меня за талию и медленно повел к арене.
Вот сейчас, здесь мне и в голову не пришло возражать, возмущаться его нахальством, бесцеремонностью.
Напротив, покровительственный жест василиска пришелся как нельзя кстати. Навязанные эмоциями оборотней чувства сразу отпустили, пульс почти выровнялся, и я вздохнула с облечением.
Верберы столпились вокруг, и, невзирая на близость Рика, я почувствовала себя неуютно. Даже подростки были выше меня на голову, крупнее в раза в полтора. Рядом с высокими, статными вербершами невольно вспоминались строки из классики: «Коня на скаку остановят, в горящую избу войдут».
По сравнению с ними я выглядела лилипуткой, с подтянутой, правда, фигурой – об этом я заботилась постоянно. На мои узкие плечи и худые икры большие и хищные оборотни неизменно смотрели с жалостью.
Мы с Риком остановились у заграждений. Сзади вновь набежали зеваки. Но вокруг нас образовалось нечто вроде безопасной зоны. Верберы не напирали, как на сородичей, старательно выдерживали расстояние в несколько шагов. Еще бы! Уж я-то знала, что Рик легким движением руки уложит любого из них. А хвостом… хвостом расплющит всмятку так, что ни один лучший хирург не соберет.
Словно ощутив мою неуверенность, василиск вновь обнял, притянул к своему горячему телу.
Вдох… выдох… вдох… выдох… Отпустило.
Когда-то я думала – Рик мощный эмпат. Настолько точно и быстро ловил василиск малейшие изменения моего настроения, считывал сильные эмоции. Но потом узнала наверняка – среди рас перекрестья, да и ближайших миров тоже, нет никого с такими способностями. И никакой Рик не эмпат. Просто василиск подмечал малейшие изменения позы, выражения лица, глаз, жесты. Да и интуиции его позавидовали бы многие… Порой казалось – в том, как читает меня Рик, заботится, оберегает есть что-то еще, гораздо большее, чем опыт, шестое чувство, внимательность. Но я почему-то страшилась поверить, старалась не думать об этом…
Шум и гам вокруг вырвали меня из собственных мыслей.
Сколько тут верберов? Навскидку, не меньше тысячи. Только взрослые и подростки, детей на такие мероприятия не пускали.
В гуле тысяч голосов я едва расслышала василиска.
– Сейчас придет Маллес, – деловито сообщил он.
– Он же вроде главный среди других верберов? Нет? – удивилась я, повернула голову и носом едва не уткнулась в грудь Рика.
Василиск хмыкнул, но не отодвинулся ни на миллиметр. Наклонился, привычно обжигая висок дыханием.
– Дикая ты, Самира. Как будто все эти два года жила в лесу, причем среди одних деревьев и кустов. Как можно не знать вожака среди вожаков? Так можно и начальство забыть… Маллес – куратор всех племен верберов в мирах перекрестья и на самом перекрестье тоже. Он объявит претендентов и подаст сигнал к началу боев.
Недовольный возглас вырвался сам собой.
Ну да! Конечно! Как я могла не знать? Я крутилась как белка в колесе, не останавливаясь, не отдыхая. Смена, несколько часов беспокойного сна, учеба, новая смена. Лекции, практики, раны, переломы и опять все по-новой. Тут бы имя свое не забыть.
– Просто мы встречались с Маллесом, в другом поселке верберов, – обиженно пробубнила я себе под нос. – Выезжала к нескольким детям – играли в лесу и упали в овраг. Маллес вызвал дежурную бригаду, объяснил ситуацию, успокаивал мамочек… Откуда мне было знать, что он такая шишка?
Даже краем глаза я видела, как тепло улыбается Рик, будто слушает оправдания ребенка. Василиск погладил по голове, по спине – и вдруг без малейшей тени издевки произнес:
– Ничего. Еще всех узнаешь…
От его тона – почти нежного, слишком ласкового, у меня мурашки побежали по спине. Сама себе удивляясь, я вернула Рику улыбку и резко сменила тему:
– А предыдущий альфа?
– Оттрубил на посту двести лет. Ушел на заслуженный отдых. Если повезет, мы его еще увидим.
– Верберы живут триста-триста пятьдесят лет, – зачем-то повторила я вслух материал давнишней лекции про двусущих.
– Молодец! Выучила урок! – вновь погладил меня по голове Рик, словно отец – послушную дочь. Даже пучок на затылке растрепал. Плевать! Хотя мои длинные шелковистые волосы не так-то просто собрать и заставить лежать как надо.
Странно, многозначительно покосились на нас две верберши, в темных джинсах и футболках, как и большинство соплеменников. За редким исключением, оборотни предпочитали простую, удобную и недорогую одежду. Только драконы, василиски и лисы щеголяли в костюмах из элитных тканей, да и вообще любили принарядиться.
Внезапно все стихло. Казалось, только что я смотрела фильм с очень громким звуком, и его резко выключили.
Тишина звенела, как натянутая до предела струна.
Толпа на противоположном конце площадки расступилась, и на арену вышел Маллес. Сейчас он выглядел так же диковато, как и в нашу первую встречу. Вздыбленная светлая шевелюра чуть ниже лопаток, кустистые темно-русые брови, трехдневная щетина. Резкие, крупные черты, высокий лоб и квадратная челюсть. Если бы я не знала, что Маллесу уже под двести лет, приняла бы за мужчину лет тридцати пяти, как говорят люди – в самом соку.
Мешковатая серая футболка и вытертые джинсы придавали облику вожака среди вожаков почти мальчишескую расхлябанность, бесшабашность.
Женщины от него просто млели. И не только верберши, и не только оборотни. Помню, к нам случайно занесло двух туристок – человеческих женщин, или просто человечек, как любили называть их сверхъестественные расы. Вроде бы людям на перекрестье вход заказан, но иногда они как-то туда прорывались. Говорят, проходили там, где истончалась граница между ближайшими мирами и перекрестьем. Жить у нас смертные не могли – особая энергия убивала их за считанные недели. Поэтому «нежданных туристов» отправляли назад, подлечив, если требовалось. Человечки прибыли с ушибами и ссадинами, а Маллес как раз навещал раненого альфу. Что было-о-о! Женщины охали и ахали на всю больницу: – «Какой мужчина», «Вот это мужик», «А он огого!»
