Куда девалась Гуаньинь, которая смотрела на меня с такой улыбкой, будто я был последним мужиком на земле? Кто эта стерва, которая командует мной, словно имеет на это право?
«А она имеет! — вставил внутренний голос. — Ты сам ей такое право дал, олух!»
— Раны заживут, — проговорила она между тем. — Тело полководца сильно. Но его ци ослабло. Вокруг враги, а ты ничего не можешь. Мне же нужен стратег.
«Мне нужен стратег! — не преминул подчеркнуть внутренний голос. — Понял, олень? Избранный олень!»
Как-то мне сразу стало очень грустно. Сделалось понятно, что опять меня развели и втравили в какой-то блудняк. Дальнейшие слова богини подтвердили этот вывод.
— В кратчайшие сроки ты должен овладеть ци стратега. Сроку тебе на это — три дня. Первое, чему ты должен научиться, «небесному взору». Не сможешь, я вышвырну тебя из этого тела!
Меня все это так накрыло, что я решился на хамство.
— Напугала! Вернусь в свое!
Гуаньинь мелодично рассмеялась, будто хорошую шутку услышала.
— Это так не работает, мальчик! Тебя туда вернуть могу только я. Без моей помощи твое прежнее тело останется просто овощем, подключенным к аппаратуре. А зачем мне тратить свои силы на того, кто бесполезен?
«Вот ведь сука!» — воскликнули мы в унисон с внутренним голосом.
Глава 3. Избранный герой осознает свое положение
Как выяснилось, все, чем владел настоящий владелец моего нового тела, улетучилось вместе с ним. Что логично — ци же вроде энергия духовная, а дух-то тю-тю. Вот же я идиот! Почему я думаю после, а не до? И ведь всегда так, всегда! Даже с Наташей, недолгое время значившейся моей женой, так вышло.
А столько было разговоров! Новая жизнь, новые возможности! Правда, про способности Гуаньинь ничего не говорила, это я уже сам додумал. Сам!
— Послужи мне, — продолжила говорить богиня. — Сделаешь то, что мне нужно, и я отправлю тебя домой.
Лицо ее помрачнело, и она, не для меня, а себе под нос, буркнула:
— Этому идиоту зачем-то нужно было лезть в самое пекло! И ведь знал! Стратег, который погиб от стрелы, что может быть глупее?!
Вновь посмотрев на меня, она поощрительно улыбнулась.
— Ну так что, мальчик, мы договорились?
— Алексей, — с бычьим упрямством произнес я.
Уже было понятно, что попал я, как кутенок, но этот ее покровительственный тон бесил. И «мальчик» тоже! Казалось важным отвоевать хотя бы одну позицию. Но не судьба.
— Я знаю твое имя, — отмахнулась женщина. — Но, чтобы я его использовала, нужно постараться. Обещаю, овладеешь «небесным взором», буду называть тебя Алексеем.
А такая славная была богиня. Так уговаривала, так увещевала! Но стоило до дела дойти, стать хозяйкой положения, и она показала свое истинное лицо. Лицо себялюбивой суки, преследующей исключительно свои цели. И с чего я взял, что у богов не так же, как у людей?
— И как, по-твоему, я это сделаю? — воскликнул я. — Что нужно сделать? Сесть в позу лотоса и сорок девять лет смотреть в свой пупок?
Богиня вновь рассмеялась. Удивительно, но звук ее смеха больше не казался мне милым. Вроде те же серебряные колокольчики, а я слышал мерзкое дребезжание металла.
— Не нужно таких сложностей! В седельных сумках твоего предшественника лежит трактат под названием «Взгляд с неба». Прочтешь его, закрепишь знания в первой же битве — и все. Если я в тебе не ошиблась, а я не ошибаюсь, уже к вечеру ты сделаешь первый шаг на долгом пути развития ци.
— Читаю, дерусь и развиваю ци? — не поверил я. — Вот так просто?
Женщина сделалась серьезной, шагнула вперед и, невзирая на попытку протеста, взяла меня тонкой, нечеловечески сильной рукой за подбородок. Потянула, заставляя опустить голову ниже, на свой уровень, и проговорила с сожалением:
— Дитя времени и мира, в котором нет ни капли веры. Ты совсем не веришь в чудеса, мальчик?
Я не стал пытаться вырываться и быковать на тему «мальчика». Уже понятно было, что она сильнее меня, более того, является абсолютной хозяйкой положения. Чего добьюсь? Только новых унижений?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— В магию, что ли? — хмуро спросил я.
— Ну, хотя бы.
Задумался. Верю? То есть, когда фильмы смотрю, фэнтези читаю, магия не вызывает у меня отторжения. Воспринимаю ее как элемент сказочного повествования. Но верить в то, что она реально существует? Даже после того, как видел способности стратега Вэнь Тая? Так видел я их во сне, считай, как в кино. Так что скорее нет. Не верю.
Я отрицательно покачал головой, чем заставил богиню испустить тихий стон, полный муки и сожалений.
— Это необходимо! Вы, людишки, заигрались со своими технологиями, забывая о том, что вера — одна из важнейших составляющих мироздания! Невозможно достичь чего-то, не веря в это! Не веря в себя! Ты хоть раз встречал человека, который бы добился того, во что не верил? Обращал внимание, что у понятий «вера в себя», «вера в богов» и «вера в магию» есть одно связывающее слово?
Мне осталось только неопределенно пожать плечами. Посыл вроде правильный, а я его ожившее подтверждение. Не верил ни во что, вот и остался продавцом в «Эльдорадо», в то время как мои сверстники карьеры строили или стартапы развивали. Так боялся упасть на пути, что даже не пытался сделать на нем первого шага.
— Технологии! — между тем продолжала ворчать богиня. — Совсем с ума посходили со своими гаджетами, нейросетями и прочей…
Тут она замерла, будто ее паралич хватил. Затем на ее лице расцвела улыбка. Довольная до жути.
— Технологии… — вновь произнесла она, теперь уже словно пробуя это слово на вкус. — Хм-м, может, действительно?..
Ухватив меня за виски, притянула к своему лицу и прежде, чем я успел отреагировать, запечатлела у меня на лбу поцелуй. Просто поцелуй, можно сказать, дружеский, если бы мы были друзьями.
— Все. Просыпайся, — богиня устало взмахнула рукой. — И тестируй новые возможности. Явлюсь через три дня, проверю успехи. Помнишь тьму, в которой ты находился, когда я перемещала твою душу в тело Вэнь Тая? Вот туда я тебя и вышвырну, если разочаруешь меня.
После этого я открыл глаза уже в реальном мире. В теле Белого Тигра, раненый и одинокий.
В первое свое пробуждение на окружение я не обратил внимания. Как-то не до того было, только лицо девушки-сиделки и видел. Теперь же боль не застилала разума, и я смог оглядеться по сторонам.
Находился я в шатре. Довольно большом, квадратов тридцать. Серые войлочные стены, поверх них — отрезы шелковой ткани. Преимущественно красных тонов. Пол убран коврами, не весь, но большая его часть. Уже изрядно вытертыми, видимо, давно по ним грязными сапожищами ходят. В центре бронзовая жаровня, в которой алели угли.
Сам я лежал на кровати — настоящей! — большая роскошь, насколько я понимаю, в походных условиях. Жестковатой, но с матрацем, подушками, теплым одеялом. Стояла она у дальней от входа стены. Слева располагался стол, на котором лежали карты и громоздилась металлическая и глиняная посуда. Справа — стойка с оружием и манекен с доспехом.
Я скользнул взглядом по богато украшенным мечам, серпам каким-то, короткому копью с длинным лезвием. Задержался на синем, украшенном вышивкой халате, поверх которого крепился стальной нагрудник.
«Вот ты и дома! — влез внутренний голос. — Побогаче будет, чем на съемной хате!»
Обстановка действительно была роскошной. А сколько могли стоить одни только мечи, я и представить боялся. Да и сам шелк, которым задрапировали войлочные стены, надо полагать, был дорог. В общем, можно жить!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Рана болела, но уже вполне терпимо. Двигаться нужно было осторожно, чтобы не разбередить начавшую заживать плоть. Я медленно сел на кровати, переждал миг головокружения и опустил ноги на пол. Ступни тут же утонули в мягкой шерсти какого-то животного.
Глянул — тигриная шкура. Белая, с черными полосками. Не этого ли зверя завалил Вэнь Тай, за что и получил свое прозвище? Внушительно! И очень приятно для ног.
