Читаем без скачивания Крепость Жемчужины - Майкл Муркок

Потом ему показалось, что ветер пустыни, который всегда был где-то рядом, проскользнул в комнату, принеся с собой небольшую компанию элементалей, возможно, ту группу, которая доставит его в конечный пункт его пути. Он испытал облегчение. Он улыбнулся. У него было несколько причин радоваться тому, что его борьба подходит к концу. Может быть, он скоро воссоединится с Симорил.

Скоро? Какое значение имеет время в царстве, где нет ни начала, ни конца? Может, он должен дождаться вечности, прежде чем воссоединиться с Симорил? Или просто мимолетного мгновения? Или он никогда не увидит ее? Может быть, впереди у него теперь только ничто, пустота? Или его душа вселится в какое-нибудь другое тело, возможно, такое же больное, как нынешнее, и ему снова придется решать нерешаемые задачи, снова оказаться один на один перед страшными нравственными и физическими проблемами, которые преследовали его с того самого дня, как кончилась его юность?

Разум Элрика уносился все дальше и дальше от логических рассуждений – так тонущая мышь, которую уносит все дальше и дальше от берега, перед концом, несущим забвение, начинает бороться еще отчаяннее. Он смеялся, он лил слезы. Он бредил и иногда засыпал, а жизнь тем временем уходила из него вместе с парами, поднимающимися над его странной, костяного цвета телесной плотью. Любой посторонний увидел бы в нем какое-то уродливое, больное животное, никак не принадлежащее к роду человеческому, агонизирующее перед смертью на грубом ложе.

Наступила темнота, а с ней пришли люди из его прошлого. Он снова увидел волшебников, учивших его искусству колдовства. Он увидел свою странную мать, которую никогда не знал, и не менее странного отца. Он увидел жестоких друзей своего детства, от которых он понемногу отвращался после всех изощренных и жутких развлечений Мелнибонэ. Он увидел пещеры, тайные места острова Драконов, стройные башни и нарочито замысловатые дворцы его получеловеческого народа, чьи предки лишь отчасти принадлежали этому миру и возникли как красивые чудовища, чтобы побеждать и властвовать. А потом ими овладела невыносимая усталость, которая теперь стала ему куда понятнее, и они пришли к упадку и погрузились в самосозерцание и мрачные фантазии. Он закричал, потому что перед его мысленным взором предстала Симорил – ее тело, бессильное, как и его собственное, а на нем, кривясь в жутком сладострастии, творил самые грязные мерзости Йиркун. И тогда он опять захотел жить, вернуться в Мелнибонэ, спасти ту, которую он любил так сильно, что и себе не мог признаться в силе своей страсти. Но это было не в его силах. Он знал (теперь его сознание прояснилось, и он видел через окно только темно-синее небо), что скоро умрет, и никто не сможет спасти ту, жениться на которой он поклялся когда-то.

К утру бред прошел, и Элрик понял, что от смерти его отделяют один-два часа. Он открыл затуманенные глаза, увидел столб света – теперь мягкий и золотой, не такой яркий и прямой, как вчера, а отраженный от сверкающих стен дворца, рядом с которым стояла его лачуга.

Внезапно почувствовав что-то холодное на своих потрескавшихся губах, он дернул головой и попытался дотянуться до своего меча, так как ему показалось, что к нему приставили клинок – возможно, с намерением перерезать ему горло.

– Буревестник…

Голос Элрика был едва слышен, а рука – так слаба, что он не смог поднять ее, не говоря уже о том, чтобы удержать шепчущий меч. Он закашлялся и тут понял, что ему в рот вливают какую-то влагу. Это была не та грязноватая дрянь, которую он купил на свой последний изумруд, а что-то свежее и чистое. Он пил, изо всех сил пытаясь разглядеть, что перед ним, и наконец увидел блеск серебра, золотистую мягкую руку, изысканную парчу, насмешливое лицо, незнакомое ему.

Он снова закашлялся. Эта жидкость не была обычной водой. Неужели мальчик нашел какого-нибудь доброхота-аптекаря? Питье по вкусу напоминало его собственное снадобье. Он глубоко и неровно вздохнул и с осторожным любопытством уставился на человека, который воскресил его – пусть и на короткое время. Его спаситель, ненадолго отсрочивший его смерть, улыбался и двигался с изысканной элегантностью в своих тяжелых не по сезону одеждах.

– Доброе утро тебе, господин вор. Надеюсь, что не оскорбляю тебя этим именем. Полагаю, что ты из Надсокора, где с гордостью практикуют самые разные формы грабежа?

Элрик, осознавая уязвимость своего положения, предпочел не возражать. Принц-альбинос неторопливо кивнул. Кости его все еще болели.

Высокий, чисто выбритый человек заткнул сосуд пробкой.

– Этот мальчик, Анай, говорит, что у тебя есть меч на продажу?

– Возможно. – Будучи уверен, что его выздоровление Теперьдело времени, Элрик продолжал действовать осмотрительно. – Хотя осмелюсь предположить, что большинство пожалело бы о таком приобретении…

– Но твой меч никак не свидетельствует о твоем основном занятии, да? Ты, я вижу, остался без своего жезла с крючком. Обменял его на воду, так я полагаю? – На лице незнакомца – выражение человека, знающего, о чем он говорит.

Элрик решил не возражать своему посетителю. Перед ним снова блеснул лучик надежды. Выпитая жидкость вернула ему живость мысли, а с ней и часть прежней силы.

– Да, – сказал он, оценивая своего гостя. – Возможно.

– Итак, что мы имеем? Ты расписываешься в собственной некомпетентности? Так работает компания «Похитители из Надсокора»? Ты куда как умнее, чем кажешься, да? – последнее он произнес на том же диалекте, которым днем раньше воспользовался Анай.

И тут Элрик понял, что этот богатый кварцхасаатец сформировал свое мнение о его, Элрика, положении и способностях, и хотя это мнение никак не отвечало действительности, но вполне могло послужить его спасению, Элрик с еще большей осмотрительностью сказал:

– Ты хочешь купить мои услуги? Мое особое искусство? Мое и, возможно, моего меча?

Человек напустил на себя беззаботный вид.

– Скажем, так. – Но по всему было видно, что за этой своей беззаботностью он пытается скрыть нечто важное. – Меня просили сообщить тебе, что над Бронзовым шатром скоро должна взойти Кровавая луна.

– Понимаю. – Элрик сделал вид, что на него эта бессмыслица произвела впечатление. – Значит, мы должны действовать быстро.

– Так считает мой хозяин. Эти слова мне ничего не говорят, но для тебя они имеют смысл. Мне было приказано предложить тебе второй глоток, если ты ответишь положительно. Держи. – Улыбка на его лице стала шире, и он протянул Элрику сосуд со снадобьем. Элрик сделал жадный глоток и почувствовал, что еще больше сил вернулось к нему. Боль в костях постепенно проходила.

– Твой хозяин хочет поручить мне кражу? Ему нужно похитить нечто такое, что не по силам кварцхасаатским ворам?