В самый разгар мятежа Михайлов смотрел запись казни Юркевича, и ему неожиданно стало жалко генерала и страшно за себя. Вот генерал, щурясь, выходит из фургона и по булыжникам Красной площади идёт на Лобное место, украшенное по случаю торжества виселицами. Михайлову тогда подумалось, что эта смешная лубочность сближала павший режим Юркевича и новую пироговскую власть: Юркевич любил позировать в красной рубахе, за самоваром, на фоне старинных церквей, а эти казнят на лобном месте. «Хованщина какая-то! Утро стрелецкой казни!» – комментировал картинку полковник Жихов, начальник Михайлова.
На фоне Кремля и Василия Блаженного генерал в мундире с сорванными погонами и без орденов впервые не казался ни смешным, ни мерзким.
Лицо генерала было опавшим, мертвенным. Обут в стоптанные тапки с нелепыми помпонами. Позади вели экс-премьера Розенгольца и экс-министра полиции Денисенко. Виселица, приговор. Площадь выдыхает… Юркевич держался тихо, даже отстранённо. И повис в веревочной петле сразу, почти не дёргаясь. А вот Розенгольц плакал, о чём-то умолял конвой, палачей и стоявшего рядом Денисенко. Его буквально вдели в петлю, и, повиснув, он так отчаянно и жалко дёргался, что и без того тошнотворное зрелище стало просто невыносимым. Денисенко был зол и, похоже, в изощрённой форме обещал окружающим возмездие. На записи было видно, как он плюнул в лицо суетившемуся рядом попу, и, по утверждению анонимного очевидца, последними его словами были: «Скоро американцы натянут вам глаза на жопу!»
Происходящее могло показаться отвратительным или смешным, когда бы ни задело Михайлова за весьма чувствительную струну. Он задумался о своей судьбе, о друзьях и знакомых – и отчётливо понял: их тоже убьют, всех. Просто потому, что сейчас они носят эту форму, служат этому государству, сидят в этом здании… И уже неважно, кто во что верил, кто на что надеялся, почему оказался именно на этой стороне баррикад и кто какое будущее для себя и своей страны хотел изначально.
Многие искренне надеялись, что рано или поздно позорный режим Юркевича падет. Надеялись, что вместо него будет что-то светлое и чистое, что русские люди договорятся между собой, Россия объединится, возродится, станет сильной, прекрасной и все её полюбят, и все ей простят – в конце-то концов, сколько можно жить в этом абсурде? Но мерзавца Юркевича сменили какие-то совершенно свинорылые скоты из рязанской полиции. Это и есть долгожданные спасители России? Те самые, о ком мечталось? Этот вот полковник Пирогов? Его команда тупых провинциальных дуболомов и есть альтернатива жулику, бабнику и пьянице Юркевичу? Даже служа в КОКУРе, Михайлов думал, что в конечном счете служит Великой Родине. Была у него такая внутренняя мифология: мол, как только появится на горизонте «Спаситель России», всё бросить – и под его знамена. Но спаситель пришёл не вовремя и вовсе не такой, каким его представлял Василий Михайлов, и потому он посчитал себя свободным от данных самому себе обещаний.
Между тем надо было продолжать допрос.
– Да пойми же ты, мы катимся к гражданской войне! Мы будем убивать друг друга на радость всем этим скотам, понимаешь? Ну, вот ответь, что делать-то мне? – Михайлов придал лицу страдальческое выражение и наклонился к Сергею.
– Переходить на нашу сторону. На сторону России. – Парень вдруг с надеждой посмотрел в глаза Михайлову.
«Идиот, просто идиот! Он ещё надеется меня сагитировать!» – подумал Василий Георгиевич и расстроился окончательно.
– На чью сторону? Твою? Или того убийцы, который тебе токсинчики передал? На твою сторону я ещё, может, и готов, но не на сторону же Пирогова и его убийц! Он же тупой полицай, понимаешь? Он служил у Юркевича и по его приказу расстреливал ребят из НОРТа всего два года назад!
Кровавая история с разгромом Национальной организации русских террористов всколыхнула тихую муть построссийского пространства, хотя власти и пытались скрывать неприятную информацию.
Началось с того, что несколько студентов Рязанского русско-британского университета короля Уильяма, отличники и активисты различных разрешённых молодёжных организаций, решили бороться за возрождение России и создали свою подпольную организацию. Маскировалось всё под вывеской мормонского студенческого союза. Ребята навербовали сеть молодых русских националистов, мечтающих отомстить за унижения своей страны. Наивные мормоны исправно слали нужные деньги и ненужную литературу, организация крепла и ширилась.
Триумфом организации стала фантастическая карьера её лидера, Ярослава Липинцева: его пригласили на стажировку в Юту, а по возвращении он стал руководителем филиала «Bank of Utah». Конец организации был печален. По каким-то непонятным причинам ЦК НОРТ принял решение о немедленном вооружённом восстании. С самого начала пошли сбои и накладки, в итоге манифест был широко распространён раньше, чем начались активные действия. Начальник Тайной полиции Русской Республики Петр Заостровский вовремя спохватился, срочно был введён комендантский час, начались массовые аресты. В отчаянии нортовцы заняли кампус университета короля Уильяма – спецназ полиции взял его штурмом. Официально было сообщено, что лидеры НОРТ были убиты, оказывая вооруженное сопротивление полиции.
Впрочем, Михайлов читал секретные отчёты Тайной полиции: на самом деле восставшие почти сразу сдались, их долго и страшно пытали, а потом тайно убили. Руководил ликвидацией лично глава МВД РР Денисенко, чуть ли не из именного пистолета расстреливая несчастных. Интриги при дворе Юркевича канули в историю вместе с ним, оставив некоторое количество вопросов без ответов: было довольно странно, что раскрытое Тайной полицией дело доводил до кровавого конца министр внутренних дел. В ходе начавшегося восстания Денисенко был пойман и казнён, а вот господин Заостровский куда-то делся, хотя уже его-то, по общему мнению, обязательно стоило найти и вздёрнуть рядом с Денисенко – хотя бы за то, что он прохлопал пироговский мятеж. Злые языки поговаривали, что именно он стоял за спинами Пирогова и К°, и многозначительно указывали на странную фигуру «человека ниоткуда» Ильи Фадеева, премьера пироговского «правительства России». Но это были лишь слухи, как и активно транслируемая пропагандой информация о том, что верхушку НОРТа добивал вовсе не Денисенко со своими палачами, а спецназ полиции, которым командовал тогда Владимир Пирогов.
– Это всё ложь. Ну и что! – Студент покраснел и говорил, нелепо подёргивая руками в наручниках. – Не важно, поймите, важна одна Россия, её единство! А чем этот ваш Полухин лучше? И весь этот ваш сброд, все эти корейцы и казахи? Все эти китайские наблюдатели и американские инструкторы? Чем? Да и какая разница, Пирогов или кто, важно, что вы – враги. Враги России!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
