Мать сидела в комнате Натальи, растерянно глядя в окно. Услышав открывающуюся дверь, повернулась к дочери и убито проговорила:
– Видишь, что делается? Он ее уже сюда привел!
– Мама, эта квартира – твоя. Если вы будете разводиться, отец на нее никаких прав иметь не будет. Почему ты эту кодлу не выгонишь? Чего ты боишься?
– А вдруг он вместе с ними уйдет?
– Это будет просто замечательно! Мне вчера Славка сказал, что на папашу уходит ровно столько, сколько он тебе и дает. Что ты теряешь?
Мать испуганно затеребила конец фартука, не зная, что сказать. Из кухни раздался женский визг и грубый мужской смех, скорее ржание. Наталья, расправив плечи, пошла на кухню.
Там среди клубов сизого дыма веселилась запойная компашка. Наталья встала в дверях и окинула их презрительным взглядом.
– Так, граждане, быстро пошли отсюда!
Отец тут же вскинулся.
– Ты тут не командуй, ты тут никто! Тоже мне, разведенка еще командовать нами будет!
Наталья усмехнулась.
– Считаю до трех и вызываю полицию. Кто смелый, может оставаться. Раз…
Мужик, сидевший с краю, насмешливо предложил:
– Ты, краля, наверняка тоже с нами посидеть хочешь? Садись, не стесняйся, мы тебе тоже нальем! – и издевательски привстал, уступая ей место.
Она сделала к нему быстрый шаг, схватила за грудки, и, не успел он опомниться, как она выволокла его на лестничную площадку и захлопнула за ним двери. Вернулась на кухню и спокойно сказала:
– Два!
Поднялся еще один мужик и, опрокинув в себя стакан с водкой, извинился:
– Ты меня прости, Витька, но встречаться мне с полицейскими никак нельзя, сам понимаешь. Так что я лучше пойду. И вообще, чего мы тут потеряли? На улице весна, птички поют, а мы тут в духоте рассиживаем. Пошли на природу, а?
Бабы поднялись, приговаривая:
– Ну и дурная у тебя девка, Витек. Весь кайф нам обломала. Мы к тебе больше в гости не придем, и не зови!
Они сгребли все, что было на столе, и ушли. Разъяренный папаша принялся наступать на дочь, маша кулаками перед его носом. Наталья не дрогнула.
– Не пугай, не страшно! Я ведь и сдачи дать могу. Не думай, что побоюсь.
Поскольку дочь была выше его на полголовы, папаша решил с ней не связываться. А то и в самом деле чем-нибудь треснет. Прецеденты уже были. Он решил отыграться на жене. Прошел в комнату и елейным голоском заявил:
– Что, доигралась? Я ухожу. Обратно меня не ждите. Завтра-послезавтра за вещами приду. Чао! – и вышел.
Мать встрепенулась, моляще протянула к нему руки, и тут же уронила их обратно.
– Ну, и чего ты добилась? Ну, ушел он, и дальше что?
– Хорошо бы, если бы ушел. Но я в этом сомневаюсь. Он вернется и крови тебе еще немало попьет.
– Ты меня никогда не понимала! От тебя горе одно! Уехала бы ты, насколько без тебя жить бы стало легче! – мать завыла, как на поминках.
Наталья посмотрела на мать долгим взором.
– Хорошо мама, я уеду. Раз уж все вы так этого желаете. Вот закончатся занятия в школе, и уеду. Надеюсь, ты понимаешь, что Ульяну мне придется на время оставить? Устроюсь, сразу ее заберу.
Мать опешила, такого она не ожидала. Она столько раз говорила это дочери, но та, казалось, не обращала на ее слова никакого внимания. Но гоношисто заявила, решив, что это пустые обещания:
– Вот-вот, давно пора. Мы без тебя давно жили бы нормально.
– Хорошо, мама. Может быть, ты пойдешь к себе? У меня много дел.
Та вышла, ворча, что ее из ее собственной комнаты выгоняют, ведь квартира-то ее.
Наталья упала на диван и обхватила голову руками. На душе было так горько, что желудок сжало как тисками, и начало тошнить. Она не помнила, когда ей было так плохо. Она опустила голову ниже колен и принялась глубоко дышать, чтоб успокоить бунтующий желудок. Минут через десять отпустило.
Дочка мирно играла рядом, уговаривая куклу что-нибудь спеть. Наталья погладила ее по головке и пробормотала:
– Бедная моя! Я-то хоть в нормальной семье росла, с добрыми бабушками и дедушками, а тебе ничего не досталось!
С тех пор, как Яков связался с Раисой, и та разрешила бедным родственникам мужа в разумных пределах брать в ее магазине продукты бесплатно, его родители старались с внучкой лишний раз не видаться, не ровен час об этом новая невестка прознает и разобидится. Так что, по сути, Ульяна и не знала, что такое любящие бабушки и дедушки.
Громко хлопнула входная дверь, Славка вернулся с улицы рано. Первым делом заглянул к сестре.
– Слушай, там на детской площадке папаша со своей кодлой бухает. Хорошо, что меня не заметил. Чего мать опять ревет?
– Я отца с его компашкой из дому выгнала, он ей пообещал, что больше не придет.
Брат восхитился.
– Вот здорово! Молодец!
– Да он еще появится. Куда ему деваться?
– А он к той бабе уйдет, что на нем сейчас висит. Это Ольга, у нее своя комната есть. Я у нее даже как-то был. Мы к ней с папашей заходили.
– Мать переживает.
– А это ей нравится – переживать. Сегодня я ее отвел-таки в центр занятости, записал на курсы. Так еще не попробовала, но давай ныть – ой, я не пойму, я не смогу! Там молодежь одна, мне стыдно! А там все такие же, как она. В общем, занятия в понедельник, придется опять с ней тащиться.
– Правильно. Потом она привыкнет. Ты завтра после уроков сможешь ко мне подойти? Зайдем за кроссовками.
Славка взбодрился.
– Смогу, конечно. Встретимся у школы.
Он ушел к себе. Наталья уложила дочь спать и задумалась. Легко сказать, уехать. Куда? В областной центр? Но у нее там ни друзей, ни родных. Есть, конечно, какая-то дальняя родня, но вряд ли они будут ей рады. Ей же нужно будет жить у них несколько месяцев, прежде чем она найдет работу и заработает достаточно, чтоб снять себе жилье.
Так куда? Она знала, что в деревнях зачастую нужны учителя, и даже жилье дают. Нужно разузнать, может быть, она сможет устроиться неподалеку?
На следующий день она сходила с братом за кроссовками. Славка был поражен – она купила ему не китайские, самые дешевые, а вполне приличные итальянские.
– Ничего себе! За такие деньги можно было взять три пары китайских.
– Да, которых тебе хватило бы ровно на три месяца. Пара на месяц. Так ведь?
Он смущенно подтвердил:
– Ну да. Папаш говорит, это потому, что я беречь не умею. А что мне, босиком ходить, а их в портфеле носить?
– Дело не в тебе, а в качестве. Посмотрим, сколько ты проносишь эти.
Вечером, придя домой, нашла квартиру пустой. Брат пришел после тренировки около девяти, довольный новым приобретением.
– Классные кроссовки! В них не бегаешь, а летаешь!
– Ты не знаешь, где мама?
Он удивился.
– А что, ее нет?
– Нет. И записки она тоже не оставила.
Брат вздохнул.
– Сколько раз ей говорил: купи себе сотовый! Есть же совсем дешевые, по акции. Так ведь ей не надо! Вот где теперь ее искать? Десятый час уже. Она раньше никогда так долго не задерживалась. Может, она у подруги какой-нибудь?
Наталья задумалась.
– Ты говорил, что знаешь, где живет эта самая Ольга? Далеко?
– Да нет, в паре кварталов от нас.
– Сходи посмотри, нет ли там матери поблизости.
Поморщившись, брат убежал, а Наталья принялась готовить ужин. Через полчаса появились брат с матерью. Славка презрительно заявил:
– Представляешь, она под Ольгиным окном сидела! Посмешище! Вот папаша-то повеселился!
– Мама, как ты можешь так унижаться?! – Наталья не смогла сдержать негодования. –Уважай себя хоть немного!
Сердито на них посмотрев, мать ушла к себе, а брат с сестрой устроились на кухне и принялись за ужин.
– Что с ней делать? – брат был по-настоящему зол. – В какие-то веки избавились от папаши, так мамаша его обратно выпросит! Мне здесь жить уже невмоготу. я вообще не понимаю, ты-то чего тут потеряла? Тебе что, нравятся эти постоянные скандалы? Я б на твоем месте давным-давно смотался.
Наталья внезапно рассмеялась.
– Я так и собираюсь сделать. Только еще не знаю, куда.
