верно, — кивнул жрец. — Ну, вернёмся к нашей пантере. Они не обитают так далеко на севере. Они вообще стараются не заходить туда, где зимой ложится снег. Значит, что-то её сюда погнало. Да и пещера — не её жильё. Странное дело, — Эйстен выглядел озадаченно.
— А ещё где-нибудь похожее случалось? — спросил Халлек. У него появилась мысль, но надёжно поймать её за хвост он пока не мог.
Жрец почесал бороду.
— Точно. Мне рассказывали, но я тогда не мог сложить одно с другим. В наши края уже несколько раз выходили животные, которые ведут свой род от хенлитских тварей. Их действительно что-то гонит с привычных мест, из пустошей Амрит-Анбора и более диких земель.
Эйстен заходил по поляне, что-то бормоча себе под нос.
— Все они не из пугливых, сами кого хочешь доведут до кондрашки. Значит угроза настолько велика, что они чуют её нутром и бегут куда глаза глядят, — заключил жрец. — Ясно. Заканчивайте разделывать и поехали, надо это обмозговать.
Вечером в доме Халлека собрался небольшой совет. Отец, его младшая сестра тётка Хильда, Эйстен, и сам вождь. Хильда в клане заведовала всем большим хозяйством. Записка про рыбу всё-таки добралась сюда, и теперь в орочьи степи с караванами время от времени отправлялись ящики вяленой, сушёной и копчёной вкуснятины.
Эйстен рассказал про зверьё, которое вынужденно покидает свои логова на пространстве от Амрит-Анбора до Восточного Хармина, и разбредается кто куда. Хильда, к которой через купцов стекались все степные новости, покопалась в своих заметках и добавила:
— А ещё орки строят стену. Это на них совершенно не похоже, они ведь кочевники. Ну, не совсем, есть и осёдлые кланы, но всё-таки. То есть кто-то сумел их объединить для общей работы и объяснил её цель.
— И что за цель?
— Остановить какое-то вторжение. Я не смогла точно понять сообщение. Купец был не очень грамотен, да ещё и шаман, который ему это рассказывал, прилично поддал кумыса. Как бы там ни было, они построили уже пару сотен миль вполне приличной стены. Локтей двенадцать-пятнадцать в высоту, и семь-восемь в ширину. Есть башни, ворота для прохода, дозорные посты, всё по-взрослому. Самое занятное, им постоянно помогают дорожники Весталии. Подвозят то камень, то дерево, то снабжения подкинут. В общем, на самом деле стену строит империя, только руками орков. Очевидно, из-за расстояния и других забот, например, на юге, на всё собственных сил не хватает. Проходит она вот так, — Хильда выбрала нужный лист и показала его собеседникам.
Ниточка стены протянулась по Срединным землям, захватывая краешек провинции Лустайл, почти до края Рыжих Степей. Судя по тому, что сплошная линия кое-где прерывалась строчкой, возводили её одновременно из нескольких мест.
— Умно, — заметил Халлек. — В случае чего, даже за такую стену уже можно опереться, зацепиться за неё войсками.
— Совершенно верно, — сказал отец. — И с каждым днём прорехи сужаются. Ещё год-другой, и этот участок будет замкнут. А там другие подтянутся. Они ведь начали по всей границе со Срединными Землями, так или иначе?
— Ага.
— Знаю я, кто может это прояснить, если конечно согласится, — протянул Халлек.
Все посмотрели на него.
— Фарон, из Тайной канцелярии. Мы с ним неплохо работали вместе. Если зверьё бежит, но никто особого внимания на это не обращает, значит угроза пока неявна для людей. Но чем позже её заметят, тем хуже потом будет. Кто-кто, а он не пропустит такое.
— Езжай, мы тут присмотрим, — кивнул Эйстен. — Время пока терпит. Проверь заодно дорогу через перевал западнее Нордхагаля. Там тоже могут быть следы.
На сборы Халлеку много времени не понадобилось. Через пару дней он неспешно рысил одвуконь на юг, рассматривая густую хвойную зелень и редкие островки берёз на склонах Северного Кряжа. Здесь пролегал старый караванный путь. До постройки крепости и нового тракта по нему шла торговля с мелкими баронствами, Горным Рынком и северными провинциями Весталии. Но и сейчас дорога использовалась — по ней возили мелкие партии ценных морских трофеев с тайных стоянок Красных корсаров, местные товары, которые бессмысленно таскать в обход, а также разнообразные сыры и плодовые вина из баронств. На них в империи был устойчивый спрос.
В один из вечеров Халлек подъехал к поляне, облюбованную караванщиками для стоянок. Здесь установили большую крытую коновязь, провели воду от источника и сложили бревенчатую хижину с печкой. В синеватых сумерках впереди виднелась седловина перевала. До неё оставалось около часа пути. С другой стороны, как он знал, тоже есть похожее место. Путники подходили в конце дня, отдыхали, и преодолевали самый сложный участок со свежими силами.
Что-то на краю дороги привлекло взгляд Халлека. Он спешился и изучил обочину. Огромные трёхпалые лапы со шпорой оставили глубоко вдавленные следы на влажной после вчерашнего дождика земле. Очередная невиданная тварь, как и предполагал Эйстен. Натоптано было порядком, но в целом отметины вели на поляну. Привязав лошадей к ближайшему дереву, Халлек извлёк из седельных ножен меч и тихонько пошёл к хижине. Всего через пару десятков шагов в следах появилась тёмно-глянцевая плёнка крови. Потом слабый свет выделил разгромленную коновязь, покосившиеся стены домика, размешанную в бурую грязь траву.
— Ну надо же, — протянул Халлек. — Кто-то уработал эту скотину на открытом месте.
Судя по отметинам, это была огромная птица или какое-то иное подобное существо. Вряд ли оно могло летать, хотя кто знает. Но даже опыта общения с петухами в детстве вполне хватало для понимания, на что способна курица в полтора человеческих роста, если не больше — так выходило по следам.
Из-под стропил упавшего навеса торчала гигантская жёлтая чешуйчатая лапа, украшенная загнутыми когтями длиной в ладонь. Пальцы были толщиной с руку Халлека, а саму ногу он едва ли смог бы обхватить двумя пядями. Откуда-то сбоку топорщилось пегими перьями мощное крыло. Тянуло горелым мясом. Только сейчас Халлек ощутил следы какой-то незнакомой волшбы. К хижине тянулись человеческие следы. Шаг был неровный, ноги разъезжались в стороны. Открыв дверь, он нащупал на обычном месте лампу, щёлкнул гномьей зажигалкой и осмотрелся.
Крупные бурые пятна тянулись к печи. На полатях, свесив одну ногу, лежала девушка в охотничьей одежде. Вторая нога выше колена была вся перемотана холстиной, поверх рубахи тоже темнела подсохшей кровью кривоватая повязка. Волосы спутались в колтун, слух нордхеймца уловил сбивчивое дыхание. Он поставил лампу на стол, растопил печь, поставил греться чугун с водой и принялся наводить порядок в хижине.
Волокуша шелестела по лесной дороге. Халлек вёл лошадь в поводу, вторая топала рядом. Незнакомка так и не пришла в себя, хотя
