Читаем без скачивания Сказки братьев Гримм и сестричек Жутть - Вивиан Ванде Велде

— О! — сказала принцесса, складывая молитвенно руки. — Прости меня. Но отец сделает так, что ты не пожалеешь. Мы поженимся, и он отдаст тебе половину своего королевства…

— Ты что, из ума выжила? — спросил Сидней. — Сначала ты нарушила данное слово, потом лгала, пока твой отец не заставил тебя выполнить обещание, а потом пыталась убить меня. Нет, принцесса, большое спасибо.

И он вышел в дверь, вышел из замка, уехал из королевства, вернулся домой и со временем женился на девушке, которая пасла гусей.

А принцесса оказалась права. Отец ей не поверил.

ВНИМАНИЕ ВСЕМ ПОСТАМ

Всем констеблям, находящимся в этом районе!

Внимание!

Объявлен розыск подозреваемой во взломе и проникновении в чужой дом, краже еды, причинении ущерба посуде и мебели во всех комнатах.

Может быть вооружена и очень опасна.

Последнее известное прозвище: Златовласка.

Она же Маша.

ВНУЧКА

Однажды давным‑давно, во времена, когда животные умели разговаривать, а люди их понимали, жила старушка, которая дружила с волком. А поскольку они были добрыми друзьями, они рассказывали друг другу всё‑всё, а в частности Бабушка рассказала Волку, как ее пугают визиты ее внучки Люсинды.

— Боюсь, что мой сын и его жена совсем испортили девочку, — говорила Бабушка Волку за чаем, который они пили в гостиной маленького домика посреди леса.

— Дети есть дети, — снисходительно отвечал Волк; своих детей у него не было, и он мог позволить себе быть снисходительным. — Уверен, что на деле она совсем не плохая.

— Сам увидишь, — сказала Бабушка. — Ты не видел Люсинду с тех пор, как она была крохой, которая даже говорить не умела, но сейчас она уже подросла настолько, что мать разрешает ей самостоятельно ходить по лесу и навещать меня.

— Повезло тебе, — сказал Волк с улыбкой.

— Повезло, — сказала Бабушка, только она не улыбалась.

Несколько недель Волк в гости к Бабушке не приходил, он был занят своими волчьими делами в другой части леса, где давал советы трем братьям‑поросятам в жилищном строительстве. Но, возвращаясь по тропинке, которая вела от луга к дому Бабушки, он заметил девочку с корзиной для пикника. И сразу же узнал девочку по картинке, которая стояла у Бабушки на каминной полке.

— Привет, — сказал он, поднимая морду к ребенку. — Ты, должно быть, Люсинда.

— Не называй меня так, — отрезала девочка, остановившись и разглядывая волка. — Я — Маленькая Красная Шапочка.

Волк обдумал ее слова.

— Маленькая красная шапочка — это то, что у тебя на голове, — сказал он. — Это не имя.

— Это мой сценический псевдоним, — девочка драматическим жестом поправила головной убор. — Когда‑нибудь я стану знаменитой актрисой, буду разъезжать по всему свету, а вся моя одежда будет сшита из красного бархата. Это будет моей торговой маркой.

Волк кивнул и открыл было рот, но, прежде чем он сумел издать хотя бы один звук, девочка перебила его:

— Мадам Иветт — мой учитель по сценическому мастерству, — так вот, мадам Иветт говорит, что у каждого великого актера или актрисы есть своя торговая марка. Моей будет красный бархат, поскольку мадам Иветт говорит, что в нем я выгляжу ошеломительно. Знаешь ли, такой цвет не каждому к лицу, но у меня самый подходящий цвет кожи и волос.

Волк кивнул и открыл было рот, но девочка продолжила:

— Я играла деву Марию в рождественском представлении, и моя игра так всех тронула, что зрители рыдали… Правда‑правда: они рыдали! Даже у священника слезы стояли в глазах, а он, знаешь ли, видел рождественские представления не один и не два раза, так что можешь мне поверить, я была ошеломительна… хотя мне и говорили, что дева Мария должна ходить в белом льне, а не в красном бархате.

Волк кивнул, но прежде чем он сумел открыть рот, девочка двинула следующую тему:

— На гастролях я потребую, чтобы все стулья в театрах были обиты красным бархатом, и сиденья в моей карете тоже должны быть обиты красным бархатом, а короли, королевы и папы римские должны будут стоять вдоль дорог и часами ждать, чтобы хоть на миг увидеть меня.

Маленькая Красная перевела дыхание.

Волк был на сто процентов уверен, что папа римский существует в единственном числе и что — раз уж он единственный — ему никто не позволит стоять на обочине дороги в ожидании, когда мимо проедет актриса. Но он не хотел тратить время попусту и решил сказать что‑нибудь действительно важное.

Он сказал:

— Пожалуй, мне следует представиться…

— А я знаю, кто ты такой, — прервала его Маленькая Красная. — Ты — тот Волк, с которым дружит моя бабушка. Да, я заметила, какие царапины твои когти оставили на паркете. Я говорила с бабушкой, я сказала ей, уж не знаю, как ты все это себе понимаешь. Я хочу сказать, дружить с нелюдью — одно дело, так я ей сказала, а царапины и шерсть на полу и мебели, из‑за чего дом выглядит так неряшливо, — совсем другое. В конце концов, мне же нужно поддерживать свой образ среди поклонников.

Маленькая Красная наклонилась и положила ладонь Волку на загривок. Кажется, она не заметила, как вспыхнули глаза зверя.

— Я знаю, что могу говорить с тобой открыто, — сказала она. — Потому что ты — друг семьи, так сказать, старый друг, и ты понимаешь, что говорю я все это лишь из добрых побуждений: но почему бы тебе не подумать о том, чтобы встречаться с моей бабушкой не в доме, а в саду? Она может сидеть в шезлонге, а тебе бы не пришлось беспокоиться из‑за царапин на паркете и клочьев шерсти, блох и всего прочего.

«Блох? — подумал волк. — Блох?!»

Но Маленькая Красная продолжала:

— А еще я говорю бабушке, не хочет ли она пока опробовать мастику профессора Паркинсона для восстановления паркета? Мадам Иветт натирает ею сцену. Придает дереву натуральный блеск. Бабушка ничего не слышала о мастике, и я это поняла: стоит лишь взглянуть на состояние мебели… Но я ей сказала: уверена, что моя мамочка охотно поделится с ней мастикой, раз уж бабушкин пол в таком ужасном состоянии.

Маленькая Красная еще раз перевела дух, но к тому времени голова у Волка уже кружилась. Он только раскрыл пасть, чтобы сказать, что нет у него никаких блох, но не успел. Маленькая Красная принялась повествовать, чем еще ее мамочка пользуется в доме, а как только эта девочка начинала говорить, невозможно было вставить хотя бы слово.

Спустя нескольких минут, которые показались часами, Волк начал думать, что ему грозит реальный шанс умереть от скуки не сходя с места.

В следующий раз, когда Маленькая Красная сделала паузу, чтобы набрать воздуха в грудь, Волк указал на небо и скороговоркой выпалил:

— Мой бог, который час, я и не подозревал, что уже так поздно, я опаздываю на встречу, был рад познакомиться, прощай!

Он припустил со всех лап, не закончив фразы.

И правильно сделал, потому что Маленькая Красная, не заметив его ухода, начала рассказывать, какие часы купил ее папочка, что сделаны они в Швейцарии, показывают на специальном циферблате фазы луны, и можно выбрать три различные мелодии, и что вырезаны они в… но к этому времени волк уже набрал скорость и ничего не услышал.

Он чувствовал, что вот‑вот рухнет от изнеможения. Единственное, что заставляло его бежать, — это мысль о бедной Бабушке, которую необходимо предупредить.

К счастью, он знал короткий путь.

Вскоре он уже колотил в дверь маленького домика.

Несмотря на позднее утро, Бабушка открыла ему в ночном халате и тапочках, а на плечи ее была накинута шаль.

Прежде чем Бабушка успела вымолвить слово, Волк затараторил:

— Я встретил ее, я понял, что ты имела в виду, она сюда идет, быстро одевайся, еще можно сбежать через черный ход!

Бабушка чихнула. Второй раз. И третий. Волк подумал, что Маленькая Красная теперь обвинит его, что из‑за него у Бабушки аллергия, но Бабушка сказала:

— Я насморк подхватила, от нее заразилась, и не могу уйти. Я надеялась, что мать не отпустит ее. Что же мне делать? Я не переживу ее визита.

— Скажи, что нельзя заходить, — предложил Волк.

— С семьей так не обращаются, — сказала Бабушка и высморкалась. — Не выдержу я ее. Она станет говорить, что вовсе у меня не насморк, а чихаю я из‑за пыли в доме. Можешь поверить, что она назвала мой дом большим пылесборником? И прибавила, что ее мать никогда так не содержала хозяйство.

— Да, — сказал Волк. — Могу.

Выглянув в окно, он добавил:

— Идет…

— Она знает все на свете советы и поучения, — вздохнула Бабушка. — Спрячусь‑ка я в шкафу. Позови меня, когда безопасно будет вылезать.

Она залезла в шкаф и закрыла за собой дверцы.

Волк подумал, что с маленькой девочкой нужно что‑то сделать, иначе она никогда не уйдет. Он схватил запасной ночной халат и чепец из сундука в ногах кровати, натянул одеяло на самый нос, как раз когда Маленькая Красная без стука и не дожидаясь приглашения вошла в дом.