Читаем без скачивания Реальная страна Бритопия - Елена Уолш

Похоже, что они все предусмотрели, своих агентов хотят перевести на их пособия, а насчет жизни, это уж точно, что по-всякому, — подумала я и вспомнила свою институтскую подругу Тамару. После окончания института и введения в действие Хельсинкской конвенции её мама и брат уехали в США. А Тамаре в выезде отказали, поскольку она работала в ящике и у неё был допуск к секретным материалам. Ей велели ждать, пока не выйдет срок секретности. Тамаре пришлось уволиться с работы и перебиваться случайными заработками. В какой-то момент её мужа вызвали в соответствующие инстанции и предложили «сотрудничать», а взамен обещали разрешить их выезд. Он отказался и вскоре погиб под колесами автомобиля прямо у подруги на глазах. «У советской власти — сила велика!» — это я запомнила надолго.

— А что будет, если я откажусь? — задала я явно излишний вопрос.

— Вы поставите себя в трудное положение. Если мы будем следовать букве закона, то вашу анкету на загранпаспорт подписать не сможем. Проверка Первого отдела показала, что вы пользовались отчетом ЦКБ «Сигма» с грифом «СС». Помните такой? — к разговору теперь подключился Петр Николаевич. В его голосе явно звучали нотки триумфа, наверняка проверку проводил он лично.

— Нет, что-то не припоминаю, — разочарованно ответила я.

— Ну что же, это дела не меняет. Отчет теперь принадлежит независимому государству Белоруссия. Нам надо будет запрашивать наших коллег в Минске, когда отчет будет рассекречен, а это может затянуться на годы. А при вашей готовности к сотрудничеству мы можем этот процесс ускорить, — обнадежил меня П. Н.

Получается, что я не только встречалась с иностранцем, но и умудрилась прочесть отчет иностранного государства, — промелькнуло у меня в голове.

— Так мы можем рассчитывать на вашу помощь? — поинтересовался обладатель твидового пиджака.

— Я полагаю, что у меня нет выбора, — ответила я.

— Выбор есть всегда, и вы сделали правильный выбор. Я считаю излишним напоминать вам, что наш разговор должен остаться между нами, — закончил нашу беседу «Геннадий».

Я сдержала свое обещание — никто не узнал о возложенной на меня миссии до недавнего времени. КГБ плавно сменилось ФСБ, социализм резко сменился капитализмом, и мои электронные послания стали возвращаться «undelivered». Очевидно, сменился адрес или деньги урезали на оплату Интернета, а возможно, про «виртуального» агента чекисты просто забыли. Правда, мой «вербовщик», «Гена», предусмотрел запасной план на подобный случай. Раз в месяц я должна была просматривать секцию объявлений в журнале «Продвинутая рыбалка на карпа».

Если бы я обнаружила объявление «Общество любителей рыбалки на карпа имени Чарльза Дарвина приглашает своих членов на обед в ресторане «Хвост русалки» в такой-то день и в такое-то время», то должна была откликнуться на него. Кормить меня обедом, естественно, никто не собирался, так что пришлось бы мне опять уйти не солоно хлебавши, как когда-то из своей родной столовой в день национальной украинской кухни. Прийти на встречу в указанное время я должна была не в ресторан, а в телефонную будку у театральной кассы, тоже на Лестер Сквэйр, где я должна была получить инструкции на случай каких-либо проблем с электронной коммуникацией. Может это и к лучшему, что не дослужилась до времен, когда агентов стали в суши бары приглашать и угощать их полонием.

Я поняла, что мои сообщения стали никому не нужны, но привычка читать вверенные мне газеты, анализировать информацию и вести своеобразную летопись событий, осталась. Так что работа над посланием для Вали не составила для меня особого труда.

Моя работа переводчика-фрилансера оставляет мне довольно много свободного времени. Я была рада возможности отвлечься от переводов скучной документации, даже подбодрилась как-то и снова почувствовала свою значимость.

Живем мы в бывшем «советском» (от английского слова «council — совет») микрорайоне в типичном городе Восточной Англии, или, Стране Розы, как поэтически называют Англию её обитатели. На самом деле, получается, что все районы в Британии — советские, а, стало быть, и страна — советская. Кажется, на эту тему уже написана книга, так что просвещенного читателя я, очевидно, не удивлю. Советы — органы местного самоуправления, они же обеспечивают жильем нуждающиеся слои населения и, помимо прочего, собирают арендную плату за предоставленное жилье и так называемый «советский» налог на собственность.

Этот налог включает плату за полицию, пожарную охрану, библиотеки, уборку мусора и прочие услуги и инфраструктуру, обеспечиваемую местными советами. Существует восемь уровней налога в зависимости от района, в котором находится собственность, и определяется он каждым райсоветом. Гражданам с низкими доходами или неработающим советский налог оплачивают советы. К сожалению, в эту категорию не попадают многие пенсионеры, и это вызывает резкий протест против непрерывного роста этого налога. Некоторые строптивые пенсионеры даже предпочли пойти в тюрьму, нежели платить этот высокий налог.

К удивлению британских налогоплательщиков недавно выяснилось, что хотя Её Величество Королева Елизавета и проживает в самом престижном районе Лондона во дворце из 775 комнат, однако, её советский налог меньше, чем налог её многих менее привилегированных подданных. Обладательница состояния в 270 миллионов фунтов платит всего 1375 фунтов в год Вестминстерскому совету — примерно на 400 фунтов меньше среднего налога, оплачиваемого её соседями.

Говорят, что и Её Величество кризис затронул. «Капуста», как её ласково называет принц Филипп, вложила деньги в пирамиду Мэдоффа и потеряла, а правительство даже на замену электропроводки денег отпускать не хочет. Говорят, мол, открывай дворец для посетителей на целый год. А посетители нехорошие пошли — недавно после очередного приема в Букингемском дворце недосчитались уникальных чашек и ложек из королевского сервиза!

И откуда напасешься денег на 420 тысяч сэндвичей и пирожных для жадных гостей-посетителей летних приемов? Так что пришлось королеве искать заработок, сдавая в аренду палатки в саду дворца сторонним организациям. В довершение всех бед в соответствии с положениями техники безопасности подданным Её Величества запретили отдавать ей дань уважения, выходя из её покоев, пятясь назад согласно протоколу. Что там крушение финансовых пирамид — рушатся вековые традиции!

Ничего соответствующего нашему кошельку вблизи Букингемского дворца мы не нашли и решили поселиться вдали от шумной столичной жизни. Агент по недвижимости предупреждал нас насчет того, что микрорайон советский, хоть и «экс», то есть состоит из советских (council) и уже выкупленных в частное владение домов. Но мы выбрали именно этот бывший советский, но выкупленный предыдущими владельцами, дом для покупки. Дом нам понравился, цена тоже устраивала, платили наличкой, а не по ипотеке, как подавляющее большинство жителей Альбиона.

Как-то, еще в начале своего пребывания заграницей, я пошла на курсы информационной технологии и однажды выполняла на компьютере упражнение по расчету выплат по ипотечному кредиту. Полученная в итоге сумма оказалась столь велика, что я подумала, что сделала ошибку. Но ошибки не было, а я зареклась покупать дом по ипотеке. Так что при покупке дома меня больше волновала цена, чем его местонахождение. Мне простительно, я большую часть своей жизни провела в советском обществе, якобы лишенном социальных различий. Но муж-то должен был насторожиться, предостеречь нас от возможных «побочных эффектов» жизни в советском муниципальном образовании.

В Великобритании партия лейбористов, рабочих по-нашему, всегда заботилась о своих гражданах, а теперь вот еще и чужие добавились в миллионных количествах. Советское жилье для трудящихся масс строилось государством в лице советов еще с конца XIX века, но именно лейбористы в послевоенные годы наделили добротным жильем миллионы нуждающихся британцев, национализировали ведущие отрасли индустрии, ввели бесплатное здравоохранение и систему соцобеспечения «от колыбели до могилы».

Сделано это было в рамках борьбы с пятью силами общественного зла — нищетой, невежеством, нуждой, бездельем и болезнями, которые обозначил Уильям Бевридж в своем отчете в 1942 году, а в 1945 году Клемент Эттли, лидер лейбористского правительства, призвал уничтожить. Началось строительство «welfare state» — общества всеобщего благосостояния, государства всеобщего благоденствия. Верной дорогой пошли товарищи!

В 50-60-х годах в связи с резкой нехваткой жилья, советами было построено большое количество многоэтажных зданий. Однако, их дизайн, напоминающий кроличий садок, оказался раем для криминальных элементов и любителей графитти. С 90-х годов начался процесс реконструкции этих микрорайонов — старые здания уничтожаются и заменяются малоэтажными домами.