на что-то еще.
— То есть…, — замялся я, — выходит ты больше не была замужем?
— Нет Мальцев, — усмехнулась она, опуская глаза к кружке с кофе, которую держала в руках.
— Ну а дети? Ты же их так любишь. Помню ты всегда хотела родить минимум двоих к 30-ти годам.
— Не сложилось. Я карьерист Вадим, и дети в мои планы не входят, — холодно ответила Снежана.
— Извини, если затронул не приятную для тебя тему, — а у самого закралось, не понятно откуда взявшееся, разочарование.
Я знал Снежинку с малых лет. Мы вместе выросли в детском доме, оба круглые сироты. Когда нам было по 16 лет влюбились, вместе поступали в один ВУЗ. Она всегда была неравнодушна к детям, а те в свою очередь всегда тянулись к ней, и доказательство тому сидело рядом со мной и уплетало шоколадные конфеты.
— Все нормально.
— Ты сменила прическу, — я не ожидал услышать объяснения, но не мог не сказать этого.
Заметить резко изменившийся внешний вид бывшей было невозможно. Она срезала и перекрасила в темный, некогда мной любимые, белоснежный длинные локоны. И меня это немного огорчило. Она пыталась вытравить меня из своего сердца, не трудно было догадаться. Продажа квартиры, переезд в другую страну, смена имиджа до неузнаваемости.
— Да, — снова сдержанно ответила она, — устала от блонда.
Мы просидели так за беседой еще минут 20, прежде чем в мой кабинет влетела фурия по имени Маргарита Мальцева.
— Нормально, — с порога заорала моя жёнушка. — Скажи Мальцев, а ты случаем не охринел? Значит пока я жду его дома, он тут кофе попивает с какой-то шаболдой.
Я встал и в два счета пересек разделяющее нас расстояние, схватил Марго чуть выше локтя и увел немного в сторону.
— А ну пусти, ты делаешь мне больно, — вопила жена.
— Закрой свой рот, — оскалился на нее, — вместо того, чтобы устраивать мне сцены ревности, занялась бы ребенком.
— А я, по-твоему, ей не занимаюсь?
— Об этом мы поговорим с тобой дома. А сейчас ты извинишься перед женщиной, которая помогла и привезла нашу дочь ко мне в офис.
— Я не стану ни перед кем извиняться.
— Рита, не доводи меня.
— И не называй меня Ритой. Я Марго.
— Знаете, я, пожалуй, пойду, — вставая с дивана сказала Снежана.
— Иди, иди, — посмотрев в ее сторону Марго переменилась в лице, — Ты?
Снежана на ее заданный вопрос ничего не ответила, точнее она его просто проигнорировала, с превосходством пройдя мимо.
— Рада была тебя видеть Вадим, — после чего вышла за дверь.
— Что она здесь делала? — истерически заорала эта ненормальная.
— Ты плохо услышала то, что сказал перед этим?
— И ты думаешь я в это поверю? Я что, по-твоему, на дуру смахиваю?
— Мне плевать на кого ты смахиваешь.
— Ты ее трахаешь?
— Закрой рот Маргарита, — закипая прикрикнул на жену, пытаясь привести ее в чувства. — Прекрати выяснять отношения при ребенке.
— О ребенке подумал?
— А ну пошла вон из моего кабинета и из этого офиса. И сделай одолжение, свали сегодня в клуб и не попадайся мне на глаза до завтра.
— Да пожалуйста, — вылетев из кабинета, со свей силы хлопнула дверью эта истеричка.
Глава 3.Воспоминания.
«Воспоминания — словно выцветшая картина.
Некоторыми мы дорожим. Другие причиняют
нам боль. Нет причины выбрасывать их все.
Отложи в укромное место только те, что ты
хотел бы сохранить, чтобы время от времени
доставать их и любоваться. Прошлому не
должно вторгаться в настоящее.»
Дэн Миллмэн «Путешествие Сократеса»
Агата.
Я все еще сидела в своем автомобиле на парковке «СтройСити» и не могла собраться. Встреча с бывшим мужем была для меня испытанием, но встреча с его экс-супругой слегка пошатнуло мое состояние.
Я это переболела. Думала, что переболела. До сегодняшнего дня. Тогда почему мне так хреново? Почему стоило мне его увидеть, сердце забилось в удвоенном ритме?
Я должна его ненавидеть. Я обязана его презирать, но мой разум стал сопротивляться. Будто я упускаю какую-то важную деталь, отчего мое решение становится неправильным.
Нет, это все самообман. Я просто пытаюсь найти оправдание человеку, которого раньше любила, там, где этого самого оправдания нет.
С этими мыслями завела мотор автомобиля и направилась в свой офис. Как бы я себя не чувствовала, работу никто не отменял. А мне нужно хорошенько подготовиться к тендеру, заявку на участие которого отправила сразу по прилету в Москву. Этот тендер один из самых масштабных в России за последние несколько десятилетий и на довольно внушительную сумму. Компания Вадима, естественно, так же примет участие, и моя задача не дать ему выиграть.
Рабочий день на удивление прошел сегодня спокойно и быстро. Я решила не браться за что-то масштабное, а занялась бумажной волокитой — изучила анкеты, нам требовался еще один инженер-расчетчик, просмотрела отчеты, изучила свое расписание на следующую неделю, из-за которого настроение совсем упало на ноль.
Впереди выходные, а я совершенно не представляла, чем заняться. У меня не было родных, не было друзей. Можно было, конечно, посетить званный ужин, на который меня пригласил Григорий Яковлевич Пестров — владелец юридической конторы «Сигмалион», но у меня совершенно не было желания. Да, я понимала, нужно налаживать связи в Москве, но чуть позже.
Из раздумий меня вывел стук в дверь.
— Войдите.
— Агата Станиславовна, если я Вам больше сегодня не нужна, можно я пойду? — обратилась ко мне секретарь.
— Конечно, Валерия. На сегодня Вы можете быть свободны.
— Спасибо. Тогда до понедельника.
— До понедельника.
Я решила последовать ее примеру, не засиживаться до поздна, и отправилась домой. По пути нужно еще заехать в супермаркет и купить продуктов на выходные, потому что в моем холодильнике шаром покати.
— До свидания Агата Станиславовна. Хороших Вам выходных, — на ресепшене проводил меня охранник.
— Спасибо Альберт Германович.
