Читаем без скачивания Викинги. Мореплаватели, пираты и воины - И. Хит

Рабыни часто становились объектом похоти хозяев, что позволяют заключить записки ибн-Фадлана, встречавшего руссов на берегах Волги в X столетии. Часто упоминая о погребальных церемониях викингов, арабский хронист рассказывает о несчастной участи девушки-рабыни, которую умертвили для того, чтобы она сопровождала хозяина в путешествии в Вальгаллу. В усыпальнице Усебергской ладьи тоже содержатся два тела, одно из которых принадлежало пожилой женщине, предназначенной служить госпоже в загробной жизни.

Даже ребенок раба становился собственностью хозяина, как если бы был не человеком, а щенком или жеребенком, когда же невольник доживал до старости или утрачивал силу по болезни, от него могли избавиться так же, как от одряхлевшей собаки или охромевшей лошади. Зачастую его не удостаивали даже самого немудреного погребения — тело просто выбрасывали, и все.

Но не все бонды проявляли себя столь уж жестокими и бездушными владельцами, поскольку сохранились сведения о том, как тот или иной раб после долгих лет работы и верной службы господину удостаивался чести стать «брюти» (bryti), или управляющим фермой. Порой троллу даровалась возможность воспользоваться предоставляемым владельцем свободным временем по собственному усмотрению, даже подработать на стороне и выкупиться у хозяина, став свободным человеком.

Институт рабства являлся необходимым условием жизни викингов, поскольку без труда невольников бонды оказались бы неспособны выполнять все те функции, осуществления которых ожидало от них общество. В X столетии, например, когда вольный норвежец и владелец скромного состояния оставлял имение для службы в королевском ополчении, согласно закону считалось достаточным, если трое рабов возьмут на себя обязанность по поддержанию дел на ферме, однако крупное имение могло потребовать труда 30, а то и более невольников.

Помимо службы королю свободный гражданин обычно покидал ферму или имение еще по меньшей мере раз в год, вероятно, чтобы уладить хозяйственные вопросы, посетив центр торговли вроде Каупанга или Хедебю (в Дании. — Прим, пер.), где мог продать произведенную продукцию, или же для участия в набеге в поисках рабов и добычи уже в традиционной в нашем представлении роли викинга. Самим фактом того, что мужчина имел возможность отправиться в такой вояж, оставляя хозяйство на месяцы и даже на годы без опасения найти его по возвращении в полном расстройстве, викинги во многом бывали обязаны крепким душой и телом женщинам.

Женщины викингов

Оставляя ферму или имение на сколь-либо продолжительный промежуток времени, вольный человек при собрании многих людей торжественно передавал ключи от дома жене, показывая таким образом всем, что она становится полной хозяйкой в его отсутствие. Эти ключи занимали место рядом с другими в связке, которую каждая замужняя женщина имела при себе и в которой находились в том числе и самые важные ключи, закрывавшие замки сундуков с наиболее драгоценными предметами, имевшимися у семейства.

Почти в любом отношении женщины в обществе викингов имели статус, равный со статусом мужчин. Даже когда хозяин пребывал дома, не в его власти, а во власти жены находились все вопросы, касавшиеся ведения хозяйства, именно она приглядывала за рабами и свободными слугами и служанками, которые помогали ей в каждодневной работе, заключавшейся в том, чтобы прясть, ткать, шить, готовить напитки и еду.

Одной из самых важных и поглощавших более всего времени обязанностей являлось изготовление одежды на все семейство. В большинстве своем одеяния эры викингов делались из суконной ткани, производство которой требовало длительного процесса получения нити из овечьей шерсти и последующей окраски ее. Лишь затем при помощи тяжелого и грубого приспособления вроде примитивного ткацкого станка получалось сукно. Если же имелся лен, его трепали, наматывали на веретено и ткали, изготавливая льняную ткань, которая, как следует предполагать, шла на нижнюю одежду.

В свободное время женщины, должно быть, занимались плетением лент, которые использовались для украшения одежды. Среди других типично женских ремесел занимали место вышивка и производство декоративных тканей, или шпалер, которые вывешивались по стенам залов в главных помещениях. Если семья владела кораблем или лодкой, то женщинам и, вероятно, наиболее пожилым членам семейства приходилось делать паруса — задача, требовавшая огромных усилий и затрат множества человеко-часов.

Археологические находки позволяют сделать вывод, что женщины викингов (да if мужчины) были опрятными, ухоженными и заботились о собственной внешности. На заре X столетия ибн-Фадлан замечал, что руссы «превосходно сложены и крепки» и что женщины их носят замечательные украшения из серебра и золота, которые говорят о богатстве и высоком общественном статусе их мужей. Посетивший в 950 г. от Р.Х. процветающий город Хедебю арабский купец по имени аль-Тартуши тоже с восторгом отзывался о женщинах викингов, которых встречал. Говоря об их красоте, он был, очевидно, обескуражен той степенью независимости, которой они пользовались.

С ранних пор женщины викингов учились полагаться на себя и ни от кого не ждать помощи. Исландский закон позволял девушкам выходить замуж начиная с 12 лет, а поскольку хутора и имения отстояли друг от друга порой на много километров, выбором предстоящего спутника жизни для девушки занимались родственники. Случалось, однако, что женщинам доводилось решать брачные вопросы самостоятельно. Они имели право владеть имуществом и наследовать его.

Если возникала необходимость, женщина могла требовать развода, а уходя — брать назад приданое и долю в совместном имуществе. Если женщина становилась вдовой, ей принадлежала честь решать, входить ли замуж вторично или продолжать вдовствовать. Тот факт, что женщины были проникнуты сильным чувством собственной значимости и становились порой богатыми и влиятельными членами общества викингов, очевиден из качества предметов, обнаруженных в их могилах, и того почета, с каким совершались захоронения. В их честь возносились славословия, в которых воспевались достоинства женщин как хозяек, их искусность в ведении домашних дел семьи, а особенно мастерство швей и вышивальщиц.

Если верить сочинениям скальдов, иные из женщин викингов отличались властностью и порой жестокостью. В сагах авторы не скупятся на яркие краски, повествуя о деяниях сильных разумом и духом дам в стиле матриархального сообщества, возглавляющих борьбу в кровавых междоусобицах и увлекающих собственной отвагой мужчин на битвы. Рассказы о подвигах одной из таких женщин, дочери Эрика Рыжего Фрейдис, дошли до нас благодаря саге «Грёнлендинга» (или «Гренландцы»), Фрейдис и ее муж Торвар вместе с двумя братьями, Хелги и Финнбоги, на двух судах отправились из Гренландии в совместную экспедицию в Винланд (лесистый регион в Северной Америке. — Прим. пер.). Добравшись туда благополучно, Фрейдис построила план, как, избавившись от братьев, завладеть их кораблем, и подговорила мужа убить их самих и перебить всю команду.

Когда Торвар не пожелал убивать пятерых женщин, следовавших вместе с Хелги и Финнбоги, Фрейдис взяла секиру и благополучно завершила работу за мужа. Хотя история эта и отражает экстремальный случай поведения женщины у викингов, она дает нам возможность узнать, что, если вести речь о скандинавках, представительницы прекрасной половины человечества не только хранили семейный очаг, но и отваживались отправляться в опасные предприятия вместе с мужьями, причем пользовались правом на долю в добыче. Самое любопытное, однако, из того, что мы узнаем о положении женщины в обществе викингов, есть тот факт, что, хотя они и имели доступ на тинги, в праве голоса им было отказано.

Законы викингов — тинг

Публичная ассамблея вольных людей, известная как «тинг», являлась краеугольным камнем демократии и органом власти в эру викингов. Каждый район проводил собственный тинг, который, как правило, созывался на открытом воздухе раз или два в год, хотя, случалось, проходил и чаще. Главная функция тинга заключалась в том, чтобы служить ареной для обсуждения дел преимущественно местного характера. Там выбирались короли, велись дискуссии в отношении какого-нибудь нового закона, разрешались споры в отношении владения движимым и недвижимым имуществом, здесь же судили преступников, совершивших злостные деяния и проступки. Над местным тингом стоял, если можно так выразиться, региональный, где ратифицировались наиболее важные из решений районного собрания.