"Что же тогда будет потом?" - спрашивала её неразумная часть, которая уже отдалась этому мужчине. И Аня судорожно сжимала пальцы на его плечах, комкая майку, желая узнать, что же всё-таки будет потом. И уже никакой стеснительности, охватившей её несколько минут, секунд назад? Сколько же прошло времени до того как его губы втянули в себя её сосок? Впрочем, какая разница! Ей захотелось сделать то же самое с ним. Узнать. Испытать. И теперь уже её пальцы с интересом изучали его тело, медленно забираясь под майку.
Кажется, она всё же переборщила с исследовательским порывом. Мужчина зарычал, как самый настоящий дикий зверь, отрываясь от её груди, и сам стянул с себя майку. И тут же резко повалил её в траву, нависая над Аней.
Черный сумрак его глаз гипнотизировал, у неё даже пальцы на ногах поджались, а дышать стало вдвойне тяжелей. А он смотрел, облизывая губы, скользя взглядом по её телу, и от этого взгляда по коже пробегали миллиарды мурашек.
Он не спешил и спешил одновременно. Губы мужчины долгими волнующими поцелуями сначала захватили её грудь, пока руки обводили линию, где заканчивалась тонкая материя кружева её трусиков. Потом медленно заскользили вниз, а пальцы уже проникли в самое сокровенное место любой девушки, заставив её непроизвольно чуть шире раздвинуть ноги. И если это было не правильно... Господи! Да ей сейчас было плевать!
Дима не знал, как до сих пор держал себя в руках. Держа её в руках...
Наверно, поздно вспоминать Риту, но она никогда не вела себя ТАК! Ему нравилось. Нравилось ласкать эту девушку, видя, что ей это приносит не меньше удовольствия, чем ему. Скажи ему час назад, что он вот так будет хотеть незнакомую девушку, забыв о жене, он бы рассмеялся тому идиоту в лицо, сказав, что никогда не изменит любимой супруге! Смешно, не правда ли?
А правда в том, что он больше не желает ждать. Ни секунды!
Ткань на её трусиках угрожающе затрещала, но выдержала. Дима даже удивился этому факту, с учетом того, КАК он рванул их. Даже девушка испуганно пискнула, зачем-то сведя стройные ноги. Это ему не понравилась. Хотя, тут сам виноват - напугал ангела, но он обязательно исправит своё поведение. Да и поздно уже о чём-то жалеть, когда кружевная ткань полетела в темноту летней ночи.
Дмитрий вернулся к прерванному занятию, покрывая тело девушки поцелуями, но это, как ни странно не помогло, видимо, он поспешил, либо слишком напугал её.
- Господи, прости малышка, я не хотел тебя пугать! - вернувшись поцелуями к её шее, прошептал он, не упуская возможность лизнуть, бешено стучащую жилку пульса. - Но я безумно хочу тебя... не смогу остановится, даже если ты попросишь, мой ангел...
Он действительно напугал Аню. Всё было просто великолепно, она даже начала забывать под его руками, все сложности первых "контактов" с мужчинами и тут...
Она была готова поклясться, что он порвал её бельё. И почему именно этот факт испугал больше всего? Она свела ноги, закусывая губу, и затравлено посмотрела на темные волосы, обрамляющие голову мужчины, и сразу же захотелось зарыться в них пальцами, снова нежась под его обжигающими поцелуями. А он на секунду замер, уткнувшись носом ей в шею, и снова вернулся к соблазнительным ласкам. Но Ане это не помогло, не давало расслабиться, лишь пугая сильнее. А тихий, едва уловимый шепот, горячим дыханием прошедший по её шее, вернул разум. Но уже поздно бежать, это понятно и без его слов. Незнакомец всё равно уже не отпустит, а хотела ли она, чтобы он отпускал?
Аня попыталась расслабиться, снова вдыхая аромат его одеколона и на этот раз не удержавшись, чихнула.
Мужчина настороженно замер, нависая над ней, и прикоснулся губами к её лбу.
Она не смогла сдержать улыбки. Так же делал её отец или мама, когда подозревали, что их дочери заболели. Аня, продолжая улыбаться, обхватила шею незнакомца руками, осторожно перебирая его чуть длинные волосы. Похоже, у этого представителя сильной половины человечества не было времени на посещение парикмахерских или ему просто нравилось так. Но ему шло, грех не признаться самой себе.
- Не бойся меня, пожалуйста, - просили его губы, и она согласилась, целуя в ответ. И вновь эти сводящие с ума ласки, когда его руки и губы захватывают всё её тело. И Аня даже не заметила, когда его пылающее тело накрыло её, только почувствовала безумный жар и тяжесть. Но разве стоило сейчас думать о таких пустяках? Хотелось прижаться ещё теснее, слиться с этим мужчиной, так стремительно и неоднозначно ворвавшимся в её жизнь. И заплакать, закусывая и без того покусанные губы, когда закончилась её "детская" жизнь...
Дима не пытался её уговорить, нет, он просто говорил с ней, чувствовал, как девушка расслабляется, успокаивается и сама обнимает его. Так и должно быть. Она должна обнимать его, он целовать её, каждую секунду сгорая в ней. Так было правильно, пусть и Рита всегда отворачивалась от таких пылких ласк. Но он мог понять жену... наверное, мог...
Трудно было удержаться, чтобы сию минуту не снять штаны и проникнуть в эту девушку. Но он пока терпел, выжидал, покрывая её тело поцелуями, снова слыша стоны, и наверно, первый раз в жизни наслаждаясь ласками, а не самим действием. Было странно, но интересно. Раньше он не уделял столько времени поцелуям и прочему разогреву, практически сразу переходя в наступление. А эту соблазнительную блондинку хотелось целовать вечно. Вот только он не выдержит вечности.
Продолжая изучать тело девушки одной рукой, другой Дмитрий расстегивал пуговицу и молнию на штанах, которые слишком легко сползли с него, за ними последовало и бельё. И это притом, что сейчас творилось с его телом. Он никогда не думал, что можно быть таким возбужденным. Для неё можно. Этой девушке можно всё! Так он решил для себя, накрывая её тело своим.
А потом доля удивления и недоумения, пока он, замерев, всматривался в лицо незнакомки, прислушиваясь к своему телу.
Она кусала губы. Это Дмитрию не понравилось. Эти губы можно только целовать! Нужно! Что он и сделал, мягко, без напора, крадя поцелуй девушки.
У него за все годы похождений ещё никогда не было девственниц, и тут... Видимо, он плохо выбирал себе пары.
Действительно невинный ангел, нахмурившийся, когда он легко двинулся внутри.
Дима обхватил ладонью лицо девушки. Она открыла глаза, в которых читалась легкая обида и слёзы, как будто её обманули. Он обманул.
- Больше не будет боли, потерпи малыш, всё так, как и должно быть... - Дима не знал что говорить, наверное, надо просто убедить её, что каждая девушка проходит через это?
