Дмитрий ещё минут двадцать провел стоя под холодными струями, думая, что теперь делать дальше. Сесть в машину и уехать в аэропорт или остаться и найти своего ангела? Впервые в жизни, он не мог сделать выбор между тем, что он должен был делать и тем, чего ему хотелось. Обычно он делал всё, что просила Рита, часто забывая о себе. Да и зачем себя жалеть, когда он не может подарить жене долгожданного ребенка? Она должна быть счастлива хоть в чём-то и получать всё что захочет, пока у них не получится. Дмитрий вздохнул, ударил кулаком по стенке душевой кабинке и в очередной раз проклял себя за этот недостаток.
Закрыв воду, он потянулся к полотенцу, которое должно было висеть на вешалке у кабинки, но к удивлению мужчины, полотенца там не оказалось. Дима выглянул из душа и зарычал и тут же улыбнулся, вспомнив, что сам же и отдал его той девушке, Ане. И ему снова захотелось нарушить закон, пару раз для начала. В прошлый раз он смог оправдать себя в суде, но и дело касалось денежных махинаций, а теперь? Теперь он сам себя наказывает, поднимая полотенце, комком валявшееся у его постели.
- Какая же ты смелая девочка, - пробормотал Дмитрий, втянул в себя её запах, оставшийся на полотенце. И ему снова захотелось прижать её к себе, подмять под себя и получить в своё полное распоряжение этого белокурова ангела. Вот только на месте Ани, он бы к самому себе сейчас не подходил и на милю. Дмитрию впервые после окончания школы, захотелось подраться и выплеснуть все, что накопилось в душе. Все обиды, все те желания, о которых он мечтал, но которые просто физически не могли сбыться. Единственным светлым моментом было то, что его ангел не сможет забеременеть от него, он ведь так привык к своему недостатку и был так несдержан с ней.
С этой мыслью Дима достал из шкафа свежее полотенце, обтерся и неспешно оделся, на этот раз во всё черное и мрачное. И плевать на летнюю жару.
Ещё раз взглянув на измятую постель, Дмитрий потер глаза пальцами и вышел из комнаты, надеясь найти что-нибудь съедобное на кухне, а то зная братьев, он мог с уверенностью сказать, что мальчишки устроив здесь вечеринку могли закупиться только чипсами и пивом. Хотя, помнится, вчера кто-то жарил шашлык.
На кухне, как и во всём доме, было тихо, это удивляло. Время уже давно перевалило за час дня, гуляющий народ, как бы вчера не напивался, должен был давно проснуться и как минимум продолжить веселье, Дима по себе помнил. Но дом продолжал упорно угнетать тишиной. Дмитрия даже передернуло от накатившего ощущения одиночества, особенно после ночи с его невинным ангелом.
Банка холодного пива и тарелка не менее холодного шашлыка отыскалась в холодильнике и была немедленно отправлена в микроволновку. А пока мясо грелось, Дима выглянул в открытое окно кухни, привлеченный шумом бьющегося стекла, и усмехнулся, обнаружив пропажу. Похоже, во дворе собрались все гости вчерашнего празднества, и теперь молча и с выражениями глубокой скорби на помятых лицах, собирали в большие черные мусорные мешки, остатки бутылок, пластиковых тарелок, одним словом мусор. И за всем этим действо надзирали и руководили его младшие братья. Дима улыбнулся, отсалютовав заметившим его Павлу и Стасу банкой с пивом, и занялся завтраком.
Быстро поев, Дмитрий понял, что всё ещё голоден и не только в смысле еды. Заняв себя ещё одной банкой с пивом и дилеммой, что делать, мужчина вышел во двор, пробираясь сквозь команду новоиспеченных уборщиков к своему внедорожнику. Огромный "Симбир" встретил его духотой салона и нагретым сидением. Зачем он пришел к машине? А он сам не знал зачем. Уезжать Дмитрий точно не собирался, по крайней мере, пока не найдет Аню и не объясниться с девушкой. Потом уже можно будет ехать домой и пытаться не выдать своего приключения Рите. Врал и играл он всегда хорошо, работа обязывала. Вот только жене, он ни разу не соврал, а теперь...
Раздраженно хлопнув дверью машины, Дима оперся спиной на раму и тут же выругался, почувствовав через майку жар накалившегося метала.
- Когда же эта чертова жара, наконец, закончится? - хмуро спросил он у внедорожника и, закрыв машину брелком сигнализации, вернулся в едва уловимую прохладу дома, забрав с собой только папку с документами. Раз уж он ещё на какое-то время останется тут, то можно и порисовать. Мало кто знал, даже жена не знала, но многие украшение, которые шли на продажу, придумывал и рисовал на них эскизы сам Дмитрий. Одну пара обручальных колец для их с Ритой свадьбы, он перерисовывал раз пятнадцать.
Сунув папку, отчасти с документами, и в большинстве своем с пустыми листами А4, Дима вернулся на кухню и замер в дверном проёме. Две девушки, два очень похожих друг на друга белокурых ангела пили за столом горячий чай от которого поднимался пар. И это в тридцатиградусную жару.
Девушки резко оборвали разговор, когда заметили его. Одна нахмурилась, вторая смутилась и отвела взгляд.
- Простите, если помешал, - извинился Дима, неотрывно смотря на Аню, только его ангела не мешкая, загородила собой вторая девушка. А если брать во внимание их схожесть, то, видимо, это и была та самая сестра, поднявшая переполох, потеряв свою младшую несовершеннолетнюю сестренку...
- Помешали это да, но в этом балагане вряд ли можно найти хоть одно уединенное местечко, хотя, кажется, вы нашли, - недовольно проворчала девушка, переводя взгляд с него на сидевшую рядом сестру и обратно. - А ты хоть знаешь, что ей восемнадцати нет?
- Знаю, - спокойно ответил Дмитрий, даже не обратив внимание на то, как быстро девушка перешла с "вы" на "ты".
- И? - сурово поинтересовалась сестра Ани, барабаня пальцами по столешнице.
- Так, - Дима зашел в кухню, бросил папку на холодильник и сел на против девушек за стол. - Для начала, как тебя зовут? А потом мы обо всём поговорим, наедине с твоей сестрой.
- Настя меня зовут, - недовольно буркнула девушка, явно не привыкшая к такому тону, - А наедине, фиг тебе, а не наедине с моей сестрой. Ты... Дмитрий, и так уже постарался на славу. Ты хоть понимаешь, что натворил? - Настя подскочила со стула, заметавшись за спиной смущенной, поджавшей губы сестры. - А если она забеременеет? Решил поразвлечься и плевать, что можешь всю жизнь ей испортить?
- Стоп! - резко и холодно, одним единственным словом и суровым взглядом, остановил он девушку, пока никто не заинтересовался их разговором. Большинству собравшихся тут будет всё равно, очередная сплетня, которая забудется уже через сутки, а вот его братьям знать совсем не обязательно. Те хоть с Ритой не общаются, но такие же, как и Дима, слишком честные. А это значит, что кого-то из младших может замучить совесть и тогда скандала с женой не избежать.
