поздний час, когда мы с братом вошли в холл дома бургомистра. Гулкое «бооооом!» ехидно напомнило, что мы припозднились. Но, как любила повторять моя острая на язык мама, «демоны не опаздывают, они задерживаются».
Скинув верхнюю одежду на руки подоспевших слуг, мы с Лукасом прошли в кабинет, где нас уже заждались. Об этом свидетельствовал взгляд бургомистра, нервными шагами меряющего комнату. Невысокий и худой, совершенно невзрачный на вид, он имел лишь одну отличительную особенность – роскошные пышные усы с щегольски загнутыми вверх кончиками.
Они были предметом его гордости и неустанной заботы. Дважды в неделю жители Норштадта видели его сидящим у цирюльника, который с важным видом подравнивал кончики известных на весь город усов. И пусть большую часть времени маленькие ножницы щелкали впустую, традиция все же оставалась неизменной, как утренний восход солнца. Или как ежевечерняя драка в таверне «Черный кот» на Хвойной улице.
Сейчас, снующий из угла в угол огромного кабинета, бургомистр напоминал усатого таракана – разозленного, но не имеющего возможности свои претензии высказать. А вот второй мужчина, черноволосый, сидевший в кресле, закинув ногу на ногу и сложив руки домиком, мог это сделать.
Потому что это был сам Адский Наместник Рагар Гард, глава западных земель.
Но что привело его в провинциальный небольшой городок, в который меня отправили как в ссылку?
- Вы не торопились, Фонтейн, - с усмешкой отметил он, многозначительно опустив титул и не употребив даже нейтрального обращения «господин».
- Я прибыл, как только смог, - спокойно ответил ему.
В воздухе отчетливо запахло серой. Глаза Наместника на миг прорезала огненная игла зрачка. Привык, что перед ним пресмыкаются. Но раз он здесь, значит, ему лично очень важна цель визита. Следовательно, даже такой самодовольный и высокопоставленный демон предпочтет втянуть когти и не будет раздувать пожар из крохотной искры своего недовольства.
- Может, приступим к делу? – предложил я.
- Раз вы настаиваете, - колко ответил Гард и поднялся.
Кажется, я задел его сильнее, чем хотел. Вероятно, он припомнит это наглому демону, когда придет срок.
- Итак, вот то, что привело меня в этот захудалый городок, - Наместник подошел к столу на львиных лапах, повел рукой, и на поверхности расстелилась карта, проявившись из воздуха. – Наш Повелитель приказал строить железную дорогу. Он сам прочертил на карте эту линию.
Демон провел острым, увеличимся ногтем вдоль черной полосы, которая пересекала зеленые холмики и синие почеркушки речушек.
- Дорога будет проложена через Норштадт, - озвучил очевидное бургомистр.
Его усы зашевелились.
- Что вас смущает? – Гард изогнул бровь, с неприязнью глядя на них.
- Видите ли, - протянул наш усатый, как его звали в народе, - судя по, э-э, чертежу, железнодорожное полотно пройдет через долину и…
- Говорите точнее! – Наместник начал злиться.
- Если точнее, то вот здесь, - палец бургомистра завис над коричневыми треугольниками, которые изображали горную гряду, в объятиях которой покоился город, - расположен сиротский приют.
- Здесь единственное место, где скальный массив можно легко разрушить, чтобы дорога пошла дальше. Наши исследователи облазили всю эту чертову гору, другого пути нет.
- Но что же станется с Домом для сирот?
- Вы меня удивляете! – Гард раздраженно фыркнул. – Приют будет разрушен, невелика печаль! Переселите сирот в другое место!
- Это повлечет за собой, э-э, трудности, - бургомистр снова зашевелил усами.
- Да какие трудности нам может создать пара дюжин сопливых детей, скажите на милость?! – взгляд Наместника вновь налился огнем.
- Их там более четырех сотен, - пробормотал усатый. – Но дело даже не в этом. – Он вздохнул. – Понимаете ли, Приют имени Изабеллы Рошель много значит для города. Это наследие семьи, которая основала город, граждане чтут и уважают его. И расположен приют в старинном замке, это культурное наследие, к тому же…
- Дорога пройдет здесь! – явно с трудом сдерживая гнев, прорычал Гард, прочертив когтем по бумаге. – Так хочет сам Люцифер! Желаете с ним поспорить?!
- Н-нет, не особо, - бургомистр потупился и отступил от стола.
- Отлично! Горная гряда будет разрушена вот тут, - коготь Наместника прорвал карту как раз в том месте, где располагался значок строения – квадрат с треугольником над ним, навсегда убрав его. – И точка!
В этот момент дверь кабинета распахнулась и в него впорхнула блондинка. Пышные юбки из золотой парчи прошелестели по полу под аккомпанемент дробного перестука каблучков. Нас всех накрыло облаком дорогих духов, а потом перезвоном колокольчиков смеха одной из самых красивых женщин из всех, которых я когда-либо видел.
- Господа, прошу меня простить! – она надула накрашенные алой помадой губы. – Была в гостях у подруги, и мне лишь сейчас доложили, какие важные гости к нам пожаловали! Слуги тут медлительнее улиток, право слово!
- Мы знакомы? – Гард окинул ее равнодушным взглядом.
В голубых глазах незнакомки полыхнула чистейшая ярость – но лишь на мгновение, вскоре они вновь сверкали радушием, как самые дорогие топазы на лучшей витрине ювелирного магазина столицы.
- Господин Гард, вы меня обидели, - кокетливо попеняла она. – Мы были представлены друг другу на празднике в Преисподней, в честь первых рожек единственного сына нашего Повелителя!
- Запамятовал, должно быть, - похоже, не без удовольствия отозвался Наместник. – На том празднике все лица слились для меня в одно сплошное пятно.
- Должно быть, вы отдали дань винному погребу Люцифера в тот день, - не удержалась и пустила «шпильку» женщина.
- Не склонен к злоупотреблению ни едой, ни напитками, - прозвучало в ответ, и даме стоило большого труда не стукнуть этого язвительного хама, хотя чувствовалось, что ей очень бы этого хотелось.
- Камилла Орнелия Матильда де Суаньон, - вместо этого с пафосом представилась она.
А я понял, кто передо мной – демоница, накануне свадьбы пойманная женихом у любовника. Жених, если мне не изменяет память, явился к своей зазнобе, сестре того самого любовника. Как эти двое ругались, история умалчивает, но над этим анекдотом до сих пор хохочет вся Преисподняя. Стало быть, любвеобильная дамочка была сослана к людям за свои проказы. Что ж, сурово.
- Де Суаньон? – Гард нахмурил лоб. – Да, что-то слышал. Не вы ли…
- Ныне Камилла носит мою фамилию, как и полагается супруге, - бросился спасть жену, на щеках которой расцветали алые розы, наш бургомистр. – Теперь она Веррьен, Камилла Веррьен. – Он
