полном составе на балансе военного руководства, и может быть применено только в случае ядерной угрозы из вне. Поэтому, считаю, что провокации подобного рода не могут кидать тень на нашу страну, поскольку являются абсолютно безрассудными к безопасности во всём мире. Виновные будут наказаны по всей строгости. Наша страна сделает всё возможное для поимки тех тиранов, отдавших приказ о запуске самого смертоносного оружия на планете. Но для начала нужно перестать бросаться в крайности, трезво оценить ситуацию и, наконец, наладить контакты между всеми ядерными державами для планирования дальнейших действий. Мы открыты для диалога. Будем ожидать откликов от наших западных соседей и партнёров. Спасибо за внимание.
Президент покинул студию, после чего его место занял первый пресс-секретарь, а ещё через десять минут студия наполнилась журналистами, представляющих ведущие отечественные телеканалы, а так же основные западные средства массовой информации. Пресс конференция обещала быть долгой. Журналисты негодовали от того, что на их вопросы отвечал не сам президент, а его представитель.
— Нет, президент не собирается эвакуироваться. В этом нет никакой необходимости. — Пресс-секретарь часто потел от подобных вопросов. — Самое главное сейчас, не допускать излишних мер, которые могут навредить соседним странам. Пожалуйста, следующий вопрос.
Женщина, сидевшая рядом с ним, кивнула в сторону молодой журналистки в бежевом костюме:
— Пожалуйста, евро новости, ваш вопрос, — сказала она.
— Спасибо, — с небольшим акцентом произнесла журналистка. — Скажите, пожалуйста, имеются ли данные у российской разведки о причинах взрыва в территориальных водах США. Если есть, то кто за этим стоит? Спасибо, — ещё раз поблагодарила она.
Пресс-секретарь вытер платком взмокший от пота лоб.
— Такие данные действительно начали поступать в аппарат президента, но пока ещё рано говорить о том, кто именно за этим стоит. Эти сведения довольно-таки противоречивы, однако после тщательной обработки мы сможем говорить на эту тему более конкретно. Давайте следующий вопрос.
На этот раз микрофон включили российскому обозревателю.
— Существует ли информация о том, откуда был произведён запуск ракеты? Видите ли, американское руководство пока воздерживается от комментариев. Засекли ли это место наши спутники? Спасибо.
— Действительно, наши спутники, так же как и ПВО, засекли в нейтральных водах Тихого океана корабль, замаскированный под грузовой танкер. Именно с его судна получила старт ядерная ракета. Но, как вы знаете, этот корабль был немедленно уничтожен американскими военными, что естественно в случае такой угрозы. Будем надеяться на то, что в скором времени туда будет направлена специальная комиссия для расследования данного инцидента. Дальше.
Следующим слово получила представительница из Германии.
— Судно засекли как в России, так и в США. Каково мнение президента о мотивах теракта, ведь становится понятно, что долететь до цели данной ракете, было не суждено? И, вообще, кто кроется за этим страшным преступлением? Кому это может быть выгодно в первую очередь?
Пресс-секретарь долго переваривал вопрос. Ему казалось, что это мучительное интервью не закончится никогда. Как он мог говорить о том, что на данный момент является государственной тайной? Да если он вдруг выложит все карты на стол, это будет чревато как минимум международным скандалом, последствия которого могут закончиться глобальной бедой. Думая об этом, он как никогда понимал, насколько важна его роль в нормализации отношений перед глазами общественности. И это позволяло ему не терять лицо.
— Вы знаете, применение такого оружия напрямую угрожает всему человечеству как виду. Очень сильно сомневаюсь, что какая-либо цивилизованная страна может пойти на такой безрассудный шаг. Для этого надо быть, извините, полным идиотом. Людям и так сейчас не сладко, а тут ещё такое. За наш ядерное оружие я лично спокоен. Также спокойны и другие ядерные державы. Но представьте на минуту, что какое-нибудь нестабильное государство, имеющее на вооружении боеголовки подобные той, что летела прямым ходом в Соединённые Штаты, вдруг сейчас не могут досчитаться положенных единиц боеприпасов. Грузовой танкер не мог появиться из ниоткуда. Пока весь мир приковал своё внимание к Россие, где-то тихо и мирно пытаются убрать концы в воду. Ищите страну, в которой возможна пропажа их ядерных ракет. И вот вам первая подсказка- это не Россия.
Его слова действительно вызвали бурю эмоций не только на пресс-конференции, но и в других странах мира. Политики разных государств, сомневающиеся в причастности Москвы к ядерному инциденту, вели в эти минуты экстренные заседания, вступая в жёсткую полемику со своими оппонентами, уверенных в обратном. Простые люди в западной Европе начали собираться на митинги, рисуя плакаты с лозунгами о не применении силы, пока ситуация полностью не разъясниться. Требование найти истинных виновников не находило полного понимания среди ведущих европейских лидеров. По их мнению, пока главенствующие страны будут разбираться о причастности или непричастности России, на их головы могут обрушиться новые теракты. Руководство России выигрывало немного времени.
Глава 3. Безопасное место
До пропускного пункта оставалось километров пять, но их автомобили уже наткнулись на очередь, состоящую сплошь из грузовиков и пассажирских микроавтобусов. На часах было начало четвёртого утра, но благодаря включённым фарам окружающего их транспорта жаловаться на темноту не приходилось. Желающих покинуть страну было так много, что потерялась необходимость иметь отдельные очереди для разных видов транспорта. Теперь очередь была одна, грузовик ты или простая легковушка значения не имело.
Андрей Трубач прошёл мимо нескольких машин, пока не увидел небольшую группу людей, ведущих жаркую дискуссию. Он подошёл ближе. Две женщины и трое мужчин обсуждали ситуацию вокруг России. Ему разговор показался интересным.
— Здравствуйте, — поздоровался Трубач, подойдя к ним вплотную. — Что-нибудь слышно о Москве?
— Да вот по телевизору передавали обращение российского президента, — ответил бородатый мужчина. — Сказал, что не имеет никакого отношения к той ракете. Призвал все страны сплотиться или что-то в этом роде. А на Западе до сих пор предпочитают отмалчиваться. Не нравится мне всё это. Если бы они хотели всё уладить дипломатическим путём, то давно бы подали голос.
Трубач был удивлён.
— У моего сына в машине встроенный телевизор, который вот уже несколько часов не ловит сигнал.
— Забудьте про это, — махнул рукой бородач. — Мы подсмотрели трансляцию у пограничников. У них спутниковое вещание.
— А вы откуда? — поинтересовалась женщина, потягивая горячий кофе из одноразового стаканчика.
— Гомель, Белоруссия, — ответил Андрей.
— Решили забрать семью и рвануть через границу, от греха подальше?
— Именно так. Боюсь только, что застряну здесь. Очередь, наверное, продвигается не очень быстро. Как бы не случилась беда, пока мы тут стоим.
Женщина мягко улыбнулась.
— Не переживайте так. Наши власти обязательно что-нибудь придумают. Не хотите же вы сказать, что там, на верху, допустят начала самой страшной катастрофы в
