без оглядки из родного города. Президент и его политический аппарат остались ни с чем в здании правительства, впрочем, и они уже были не в полном составе. Ситуация стала необратимой. Всякий контроль над ней был безвозвратно потерян.
Баллистические ракеты с ядерными боеголовками поднялись в воздух утром 31-го апреля 2026-го года с военного корабля НАТО, находящегося у берегов Севастополя в Чёрном море. Конфликт между морскими флотами России и США привёл к вынужденной атаке одной из сторон, тем самым спровоцировав новую мировую войну. Это послужило сигналом для массированных бомбардировок всех вражеских объектов, угрожающих безопасности в мире. Так звучали мотивы всех стран, принявших участие в военном конфликте. Тысячи ракет взлетели в небо, уничтожая всё живое на своём пути, опустошая сотни городов и разрушая целые государства. Не смотря на новейшие комплексы ПВО ни Россия, ни какая-либо другая страна в мире, не смогли отбить все воздушные объекты, направленные в их сторону. Французы были уничтожены первыми, наряду с некоторыми прибалтийскими государствами. Англия и Германия похоронили вместе с собой всю старую Европу. Китай держался дольше всех, отбивая ракеты с трёх направлений: японского, северокорейского и самолётных бомбардировок американских войск. На землю падали не только ядерные ракеты, но и всё другое, что могло быть использовано в качестве оружия массового поражения, в том числе химическое и бактериальное оружие. Североамериканский материк также превратился в руины. Третья мировая война была поистине молниеносной. Мир похоронил себя под толстым слоем радиационной пыли, поднявшейся в небо после первых падений роковых ракет. Всякая власть была уничтожена вместе с несколькими миллиардами ни в чём не повинных людей.
Так было положено начало ядерной эры.
-
Автомобиль наехал на невидимое препятствие и со скрежетом остановился. На его обшивке плотным слоем лежала серая пыль. Вокруг всё было как в тумане. Дороги не видно. Находящиеся внутри люди не могли выйти, боясь задохнуться, поскольку мелкий песок пробивался даже внутрь салона, вызывая затруднение дыхания и помутнения. Ехать дальше тоже было не безопасно- увидеть что-либо в радиусе нескольких метров не представлялось возможным.
— Сколько сейчас времени? — спросил измученным голосом Макс.
Брат с трудом достал из кармана мобильный телефон.
— Ну вот, батарея сдохла, — с хрипотцой произнёс Кирилл. — Наверно, его уже можно выбросить.
Макс промолчал.
— Пять или шесть часов после взрыва, — сказал Кирилл после небольшой паузы. — Какое это теперь имеет значение? Наверно, мы скоро задохнёмся. Смерть в автомобиле- звучит красиво.
— Не думаю. Вот смерть от ядерной бомбы… — Он замолк.
Кирилл вновь прослезился.
— Так умерли наши родители, Макс, и, наверно, миллионы других людей.
— Или миллиарды, — предположил брат.
Наступила минута молчания. Первым тишину нарушил Кирилл:
— А ведь всё-таки Нострадамус был прав.
— Кто? — не понял Макс.
— Нострадамус, французский предсказатель в средних веках. Вообще-то, он сумел предсказать важные мировые события: буржуазную революцию в России, приход к власти в Германии Гитлера и начало второй мировой войны, и даже падение коммунизма в СССР. В своё время он предрекал о неминуемом конце света, когда на землю спустится антихрист и погрузит весь мир во мрак, ну, или что-то в этом роде.
— Подумаешь. Конец света предсказан во всех всевозможных религиях, даже в Библии. Не мудрено, что этот тип тоже высказал свою версию апокалипсиса.
Кирилл лишь пожал плечами.
— Напоминает песчаную бурю, как в пустыне, — он кивнул на лобовое стекло, сквозь которое нельзя было что-либо увидеть.
— А это она и есть.
— Правда?
— Да. Помнишь, документальные фильмы о теракте в Нью-Йорке 11-го сентября 2001-го года, когда террористы смертники направили пассажирские самолёты на два небоскрёба всемирного торгового центра? На все камеры были сняты кадры, как после обрушений зданий в воздух поднялось огромное количество пыли, которая не могла осесть несколько часов. Вот и здесь такое, только в тысячу раз сильнее.
— А ты можешь успокоить брата, — хмуро произнёс Кирилл. — Значит, жить нам осталось совсем ничего. Чёрт возьми, кто бы мог подумать, я медленно умираю от удушья, а мой брат спокойно вспоминает случаи из всемирной истории. Не удивляйся только, если у меня вдруг начнётся небольшая истерика.
Макс потянулся к бардачку и достал из него литровую пластиковую бутылку минералки.
— Вот, промочи горло, братишка.
Кирилл непременно выхватил бутылку и стал жадно глотать содержимое. Затем передал её Максу.
— Чёртов песок, трещит на зубах, — пожаловался он.
— У меня тоже.
— Мне страшно, — тихо произнёс Кирилл, опрокидывая голову на боковое стекло. — Папы и мамы больше нет, может, и мира нет больше. У меня серьёзно затекли ноги, а я не могу просто выйти из машины, чтобы немного размяться. Я не хочу так умирать.
Мысли брата пугали, но осознание того, что он был прав пугало ещё больше. А как ему возразить, как успокоить? На этот случай у них всегда была мать, но теперь всё поменялось. Самое страшное для обоих братьев была даже не смерть, а сама неизвестность, в которую они окунулись с головой. Страшные мысли кружились в голове в виде чёрного круговорота, захватившего их сознание после перенесённого стресса, который даже не думал отступать, а лишь нарастал с большей силой. Дышать становилось всё труднее, предрекая им мучительную гибель. Два брата пятнадцати и двадцати лет от роду, совсем ещё не познавших вкус жизни, были замурованы под натиском тяжёлой пыли, медленно проникавшей в салон автомобиля. Сколько им ещё осталось?
Небо больше не прорезали жуткие свистящие ракеты, лишь только ветер громко дул, пытаясь проникнуть сквозь обшивку спортивной Хонды, принося с собой тяжёлый испорченный воздух. Унывать больше не имело смысла, только ждать. Но чего?
Вдруг на крыше послышался какой-то слабый звук, будто капля дождя слегка ударила по ней. Макс насторожился, пытаясь всмотреться в потолок. Затем звук повторился. Какова же была его радость, когда на лобовом стекле появились несколько крупных струек воды, впитавших в себя серую массу песка. Вот и пришло их спасение! Только бы больше дождя, значительно больше! И тут как по заказу вся крыша начала барабанить от падения тяжёлых капель, прибивающих к земле зловещую пыль, моментально очищая воздух. Это был не просто дождь, а настоящий ливень, так нужный им в эти минуты. Радости не было конца.
— Что это такое? — недоумевал встревоженный Кирилл. — Чёрный дождь! — с испугом воскликнул он.
Действительно, капли были просто огромными и имели неприятно чёрный цвет, но Макс понимал, что струя воды, пролетевшая несколько сот метров сквозь толщу пыли, впитала её в себя, и теперь несёт на землю, что означало полную победу над их заточением. Он радостно встряхнул брата, который думал, что тот сошёл
