ты не заслужила такого обращения. Но я действительно не могу отпустить тебя, Габриэлла. Это только еще больше его разозлит, поэтому прояви терпение. Он отпустит вас.
Я хмыкнула.
— Я не верю в это. Зачем нужно столько усилий для того, с кем ты просто хочешь поиграть какое-то время? Уверенна — он что-то замышляет.
Я резко подняла голову, встречаясь взглядом с мужчиной напротив. Я уже спрашивала об этом, но попробую еще раз.
— Ты можешь дать мне телефон, чтобы я могла связаться с Фабио?
Его глаза прищурились и лицо приобрело жесткое выражение. Видимо, запасы его терпения по отношению ко мне были на пределе.
— Я просто сообщу, что жива.
— Нет. Не усложняй жизнь ни себе, ни мне. — он развернулся и крикнул напоследок. — Не забывай о том, что я сказал тебе.
Спустя четыре месяца после родов
— Марко. — шепнула я.
Мой сынок сладко спал в кроватке, но уже пришло время кормления. Я улыбнулась и легким касанием дотронулась до его ручки, сжатой в кулак. Я понимала, что стала той самой мамой, которая умиляется даже газикам ребенка. Мое сердце с каждым днем наполнялось все большей и большей любовью. Казалось, еще немного и вовсе лопнет от переизбытка чувств. Я так его люблю!
Месяц назад я все-таки решила дать ему имя. Нельзя было ждать дольше. Тем более, чем больше дней я проводила в заточении — тем быстрее угасала надежда вообще когда-то выбраться отсюда. Не удивлюсь, если в этом и состоял план Северо. Хоть это и было глупо, но возможно в этом и состоял план его мести.
Хотя благодаря его сыну, я не страдала. Жила вполне нормально, у нас с Марко всего хватало, но я хотела домой. Хотела вернуться к Фабио, поужинать с Лукой и подружиться с Викторией. Несмотря на ее стервозный характер она мне понравилась. Мне нужна была мама, которая наверняка сошла с ума из-за того, что я не выхожу на связь. И чувство того, что Северо что-то планирует никак не отпускало.
Я постоянно была рядом с Марко и дверь в нашу комнату была заперта. Хоть Дэмиано никогда не угрожал, но я все равно не доверяла ему до конца.
Спустя год после родов
Ровно в свой первый день рождения Марко сделал первые шаги. Они были неуверенными и такими нелепо смешными, но мои щеки снова намокли от слез. Он был так счастлив и удивлен своим достижением, что не переставал улыбаться своей беззубой улыбкой. Хотя у него уже было целых четыре зуба! Период прорезывания зубов был тяжелым для нас обоих. Марко плакал по ночам и у него поднималась температура. Я же не могла найти себе место из-за того, что ничем не могла помочь. Это настоящие мучение видеть то, как страдает твой ребенок.
Мы гуляли в саду каждый день и проводили там почти все свободное время. Я отвлекалась от дурных мыслей и своих переживаний только так: старалась все свое время посвящать заботе о Марко.
— С днем рождения, тебя! — пропела я, поднося торт со свечкой в виде единицы к Марко, который с каждым днем становился все больше похож на своего отца.
У него были такие же изумрудно-зеленые глаза, проникающие в самую глубину души. Мое сердце каждый раз болезненно сжималось, потому что, смотря на него — перед глазами всплывал образ Фабио.
Он непонимающе нахмурил свои темные брови и протянул руку, чтобы схватить пламя, но я вовремя отодвинулась от него.
— Нет, нет! — сказала я, покачивая головой. — Задуй свечу, Марко.
Но он не был бы Марко, если бы не насупил нос и не поджал губы. Его рука снова потянулась вперед.
— Дай! — крикнул он.
Я вздохнула. Так же упрям, как и свой отец. Он уже говорил несколько простых слов и дай было одним из первых. Если быть точнее: второе после того, как впервые назвал меня мамой.
Вовремя появился Дэмиано, чтобы взять у меня торт. Я подхватила Марко и прошептала ему на ушко, что бы он загадал желание. Он успокоился и беспокойно переводил взгляд с меня на пламя.
— Ты не будешь пытаться его взять, Марко. Огонь причинит боль.
Я приподняла его так, чтобы наши лица были на одном уровне и подошла ближе к Дэмиано. Я видела, как одной рукой он достал телефон и наставил его на нас. Я широко улыбнулась, а Марко все продолжал хмуриться, но больше не пытался схватить пламя. Дэмиано протянул ближе к нам торт, и я наклонилась вместе с сыном. Закрыла глаза, загадывая то единственное, чего желала уже много-много месяцев.
— Раз, два, три… — прошептала я и на ушко Марко. — Давай задуем, я помогу.
И набрав побольше воздуха в легкие, показывая ему, как нужно, стала легонько дуть на пламя. Оно не гасло и потухло только тогда, когда Марко решил мне помочь и тоже подуть. Правда, не думаю, что он сделал это намеренно. Скорее всего хотел снова крикнуть что-то, но не успел, потому как на него произвело впечатление то, что мы с ним сделали. А потом он все-таки нашел применение своим рукам: поднял и с задорным смехом впился пальцами в воздушный крем.
Я проснулась глубокой ночью. Марко мирно спал рядом, засунув рот большой палец. Тихо, чтобы не разбудить я встала с постели и подошла к двери, прислушиваясь к шуму. Я вздрогнула, услышав, как внизу что-то разбилось. По окнам барабанил дождь и на секунду вспыхнула молния, окрасив небо в белый цвет. Затем раздался раскат грома и Марко начал беспокойно ворочаться.
Вернулась к нему и взяла на руки. Стала тихо покачивать и убедившись, что он снова хорошо спит, положила в кроватку. Недолго думая, огляделась в поисках ключа и найдя его, отперла дверь.
В коридоре было темно и лишь снизу через приоткрытую дверь падал желтый свет. Я села на верхнюю ступеньку и стала прислушиваться.
— Хватит! — вздрогнула от знакомого голоса и задержала дыхание.
— Я тебе говорю, что хватит, отец! Хватит! — прорычал гораздо более тише Дэмиано. — Забудь. Она не ее мать, которую ты и так убил. Ты лишил ее родителей, черт возьми! Чего ты хочешь от нее? Я не обязан участвовать во всем этом! Когда мы стали решать наши проблемы с женщинами?
— Еще как обязан, щенок! Наша семья была унижена столько лет, а ты еще ее защищаешь.
— Ты унизил нашу семью! Ты! — Дэмиано рассмеялся. — Не смог смириться, что женщина выбрала другого. И тебя никогда не волновала собственная жена и дети! Нет… Тебе нужна была
