Только она начала красить переборку каюты, как баржа слегка задрожала, и над головой раздались звуки тяжелых шагов. Девушка замерла, прислушиваясь. Неужели Тимми решил так рано вернуться? Не хотелось бы, чтобы парнишка видел ее в таком полуголом виде. Кэт знала, что с некоторых пор погонщик к ней неравнодушен. Но у Тимми не могло быть таких тяжелых шагов. Значит, отец. Успокоившись, она продолжала свою работу.
Красить Кэт любила. Ей нравились мерные взмахи кисти, они заставляли ее на время отключиться от всего, забыть о повседневных заботах. Она хваталась за любую возможность подновить «Кошечку», и Тимми часто ей помогал. Их баржа всегда сияла чистотой, чем выгодно отличалась от большинства судов Эри-канала. Отца часто хвалили за ее внешний вид, хотя сам он вот уже много лет не держал в руках малярной кисти.
Неожиданно с порога каюты раздался незнакомый голос:
– Тебя зовут Кэт, я не ошибся, а?
Вздрогнув, она резко обернулась и вскрикнула от испуга.
Человек, стоявший возле ее каюты, был таким огромным, что заполнял собой весь дверной проем. Густая черная борода, черные сальные волосы, кривая усмешка и холодные темные глаза придавали ему зловещий вид.
Он шагнул в каюту.
– Я видел тебя на палубе, малышка. Раньше ты всегда ходила в мужской одежде. Я и не представлял, какая ты хорошенькая. И не стыдно тебе прятать такое красивое тело, а?
Великан смотрел похотливым взглядом на ее полуобнаженную грудь. Кэт невольно подняла руку, пытаясь закрыться от этого взгляда. Девушка вдруг поняла, что на уме у громилы, и принялась лихорадочно соображать, как спастись. Проскочить мимо него за дверь не получится, да и каюта слишком мала, не развернуться. Звать на помощь тоже бесполезно – все равно никто не услышит.
Мужчина казался смутно знакомым, но Кэт не могла вспомнить его имя. Чтобы выиграть время, она сказала, стараясь придать голосу уверенность:
– Так нечестно, сэр. Вы знаете мое имя, а я не знаю вашего.
– Меня зовут Саймон Мэфис, я владелец «Короля». Да, да, это я, король Эри-канала. – Он по-волчьи оскалился и, неуклюже переваливаясь, сделал еще два шага вперед. – И ты ошибаешься, если думаешь, что знание моего имени спасет тебя. Кто мне что сделает? Твой вечно пьяный папаша? Или этот сопливый погонщик?
Кэт сделала удивленное лицо.
– Спасет меня? – переспросила она. – От чего спасет, сэр?
Саймон Мэфис грубо расхохотался.
– Не прикидывайся дурочкой! Ты знаешь, чего я хочу, и я не уйду, пока не возьму свое. Саймон Мэфис всегда берет то, что хочет. – Он сделал еще один шаг. – Можешь отдаться легко, можешь сопротивляться – это уж как тебе нравится. Что до меня, то я люблю с женщинами и так, и эдак. Я слышал, ты сучка с характером. Нужно время, чтобы тебя приручить. И Саймон Мэфис сделает это.
Громила медленно, осторожно двинулся на нее. Когда он подошел ближе, девушка почувствовала его запах – омерзительный запах немытого зверя, долго сидевшего в клетке. В левой руке Кэт держала ведерко с краской, в правой – малярную кисть.
При его приближении она не крикнула и не двинулась с места.
Похоже, такое бесстрашие слегка удивило Мэфиса. Он остановился на расстоянии вытянутой руки. Губы его расползлись в противной ухмылке.
– Значит, отдашься легко? Вот и умница! Вижу, ты толковая девочка.
Он шагнул к ней еще ближе, и Кэт со всего маху влепила ему в пах ведром с краской. Мэфис взвыл от боли и схватился за ушибленное место. Пока он сгибался пополам, Кэт успела дважды мазнуть негодяя кистью по лицу, оставив на нем две широкие желтые полосы.
Мэфис со стоном развернулся и, все еще скрючившись и держась за пах, как раненый зверь, заковылял к выходу из каюты. Кэт не отставала, на ходу макая кисть в ведерко и с каждым шагом, пачкая Мэфиса краской.
Она продолжала преследовать его и на палубе, без конца поливая краской.
В этот момент, в довершение позора Мэфиса, по бечевнику проходили двое с канала. Они увидели происходящее на барже и застыли на месте с открытыми ртами. Наконец один громко загоготал, толкая другого локтем.
– Знаешь, кто это, Нэд? – спросил он, давясь от смеха. – Клянусь Богом, это Саймон Мэфис, сам король Эри-канала! – Он повысил голос: – В чем дело, Кэт? Хочешь раскрасить короля в его истинный цвет?
Мэфис изо всех сил старался не обращать на них внимание. Все еще корчась от боли, он перелез через борт «Кошечки» и выбрался на бечевник.
Кэт подняла голову и крикнула этим двоим:
– Этот мерзавец пытался меня изнасиловать!
Мужчины резко прекратили смеяться и с суровым осуждением посмотрели на Мэфиса.
– Дрянное дело, Мэфис, – сказал один из них. – Ты же знаешь, Кэт – наш человек. Развлекайся с девицами в Кате, а ее не трогай!
Мэфис продолжал делать вид, что не видит их и не слышит. Он кое-как выпрямился и злобно глянул вниз, на Кэт.
– Смотри, девочка, ты еще пожалеешь об этом дне! – процедил он сквозь зубы. – Еще никому не удавалось сделать дурака из Саймона Мэфиса.
Один из мужчин опять рассмеялся:
– Сдается мне, Мэфис, что ей только что это удалось. Уноси-ка ноги, а то она изрисует тебя оставшейся краской!
Мэфис обратил свой зловещий взгляд на мужчин, и те сразу замолчали, беспокойно переминаясь с ноги на ногу. Мэфис резко развернулся и пошел по бечевнику, осторожно перебирая ногами.
– Как вы, мисс Кэтрин? – спросил один мужчина. – Он вас не обидел?
Глядя в спину Мэфису, Кэт натянуто ответила:
– Нет, со мной все в порядке. Спасибо за беспокойство, сэр.
– Дело скверное, – сказал другой. – Саймону нельзя спускать такое. Хотите, мы приведем констебля?
– Нет! – отрезала она, развернувшись к ним всем корпусом. – Мы, канальеры, можем сами за себя постоять, верно? И потом, ни к чему поднимать шумиху. Чем быстрее это забудется, тем лучше.
– Одно плохо. Саймон Мэфис – человек злопамятный. Он пригрозил, что не оставит это так просто.
– Ничего, я могу о себе позаботиться, – твердо сказала Кэт. – Вы сами в этом только что убедились.
Она пошла обратно в свою каюту, слыша, как один сказал другому:
– Видел размалеванную рожу Саймона? Вот умора! – Оба опять расхохотались. – Если кому рассказать... Саймона Мэфиса одолела худенькая девчонка да еще и разрисовала его желтой краской. Ох, держите меня!
Кэт знала, что слух об этом разлетится по всему Эри-каналу со скоростью наводнения. Саймон Мэфис надолго станет предметом насмешек. Как бы ей хотелось, чтобы этот случай остался без свидетелей! Самое неприятное то, что придется обо всем рассказать Мику. Рано или поздно он все равно об этом услышит, и кто знает, какую глупость он может вытворить, если напьется?
В ведерке еще оставалась краска. Кэт докрасила каюту и прибралась к приходу Мика и Тимми. Отец пришел пьяный, еле держался на ногах, и она решила отложить разговор до утра.
