Он повернулся прочь и поспешил поскорее собраться в путь.
Вольфдитрих проехал через многие страны — богатые и бедные. Однажды он увидел перед собой красивый замок и спросил проезжающего мимо путешественника, кто в нем живет.
— Сударь, — ответил человек, осеняя себя крестом, — если вы христианин, скачите мимо замка во весь опор. В нем живут магометанский король Белиган и его дочь Марпилия, которая обучалась искусству колдовства. Он убивает всех христиан, что попадают ему в руки, и насаживает их головы на пики, приставленные к зубцам крепостной стены для этой цели. Вон, одно место до сих пор пусто. Смотрите, как бы там не оказалась ваша голова.
Но витязь объяснил, что ему нечего бояться: у него хорошие доспехи, и пробить их сможет лишь тот, кто владеет острым оружием. Но путешественник принялся его убеждать, что король так хорошо овладел искусством метания кинжалов, что никто не сможет уйти от него живым.
На том они расстались. Вольфдитрих проехал бы мимо замка, но его владелец вышел ему навстречу и пригласил провести эту ночь у него в гостях, а герой был слишком храбр, чтобы отклонить это приглашение. Дочь хозяина, молодая и красивая девушка, приветствовала его у ворот, а потом провела в зал. За ужином Вольфдитрих, отвечая на вопросы хозяина, рассказал, куда он идет и откуда, и по его ответам Белиган понял, что он христианин. Тогда король-язычник с дьявольской улыбкой сообщил своему гостю, что он появился как раз вовремя, поскольку ему не хватает одной головы, чтобы украсить оставшийся пустым зубец стены. Вольфдитрих понял, к чему тот клонит, но не подал виду. Он поднял к губам кубок и выпил за здоровье хозяина и его дочери.
Настало время ложиться спать, и Белиган, отведя его в сторону, сказал, что его дочь Марпилия прониклась к нему симпатией и что он может жениться на ней, взяв замок и все королевство в приданое, но только при одном условии — он должен принять магометанство. Вольфдитрих попросил времени на раздумье, но язычник улыбнулся и сказал:
— На раздумье у тебя есть сегодняшний вечер, это и так слишком большой срок.
Потом он предложил ему кубок вина, в который тайно подсыпал порошок.
— Выпей, мой друг, и ты будешь спать спокойно этой ночью.
Герой уже готов был подчиниться, когда Марпилия, которая снова вошла в комнату, выхватила кубок из рук отца и вылила его содержимое на пол, воскликнув:
— Нет, отец! Этой ночью я покажу незнакомцу кое-что получше.
Она отвела гостя в его комнату и сказала:
— Я уберегла тебя от страшной опасности. Мой отец собирался дать тебе сонное зелье, чтобы войти к тебе в комнату, когда ты уснешь, и отрубить тебе голову, как он обычно поступает с христианами. Я предлагаю тебе мою руку и королевство, если ты согласен перейти в нашу веру.
Вольфдитрих подумал о Зигмине и, повернувшись к Марпилии, в свою очередь, постарался обратить ее в христианство. Они проговорили об этом всю ночь.
На следующее утро Белиган пришел и пригласил гостя позавтракать с ним, а потом поиграть в одну игру — метание кинжалов, уверяя, что таков их обычай. Когда завтрак был закончен, они вышли во двор, где слуги встали вокруг них. Как полагалось, витязь отложил в сторону меч и доспехи, а взамен получил небольшой круглый щит и три острых тонких кинжала. Язычник встал напротив него, вооруженный тем же манером. Белиган метнул первый кинжал в ногу противника, но Вольфдитрих вовремя отпрыгнул в сторону.
— Клянусь бородой пророка! — воскликнул магометанин. — Ты искусный игрок! Кто тебя научил? А может, ты Вольфдитрих, от чьей руки мне предсказано погибнуть?
Вольфдитрих не открыл ему своего имени, но стоял, готовый к сражению. Второй кинжал чиркнул его по голове, срезав кусок кожи; третий он поймал своим щитом.
Теперь настала очередь Вольфдитриха. Первый кинжал пригвоздил ногу магометанина к земле, второй слегка оцарапал ему бок, но третий, который витязь бросил с криком «Я — Вольфдитрих!», поразил его в самое сердце. Слуги набросились на него со всех сторон, но ему удалось стравить их между собою. Он вернулся в замок, надел свои доспехи, вывел коня из конюшни и уже собирался сесть в седло, когда заметил, что теперь замок со всех сторон окружен водой, и порывы бури вздымали волны такой высоты, что, казалось, нет никакой надежды на спасение. У кромки воды стояла Марпилия и чертила на земле круги волшебной палочкой, время от времени что-то бормоча про себя. Он подъехал к ней и, схватив ее за руки, усадил на коня перед собой.
— Если я утону, то и тебе не спастись.
С этими словами он пришпорил коня и направил его прямо в ревущие волны. Воды расходились все дальше и дальше, пока не стали морем. Вольфдитрих огляделся и увидел, что у него осталось лишь одно, последнее средство. Он схватил ведьму и сбросил ее с коня — шторм сразу прекратился, воды отступили, и он снова стоял на твердой земле.
Но Марпилия не утонула. Она снова явилась перед витязем во всей своей красе, простирая к нему руки, как если бы хотела его обнять, но он пригрозил ей мечом. Тогда она обернулась сорокой, взлетела на вершину высокой скалы и оттуда постаралась опутать его новыми чарами, еще более ужасными, чем предыдущие. Наконец, совершенно обессиленный, он воскликнул:
— Помоги мне, Святая Троица, или я погибну!
Едва произнес он эти слова, как ведьма исчезла, солнце снова засияло над горами и долинами, и перед ним легла широкая дорога, ведущая в Ломбардию.
Пережив множество приключений на суше и на море, Вольфдитрих оказался в стране высоких гор, где он встретил великаншу, которая была дружна еще с его отцом. Она встретила его приветливо и, среди прочего, рассказала ему о том, какая печальная судьба постигла Ортнита и Либгар-ту. Хотя ее рассказ почти лишил его надежды на помощь, он все же не оставил своих намерений. Великанша заявила, что если он и дальше будет двигаться так медленно, то путешествие займет целую вечность. Лошади — такие тихоходы! С этими словами она взвалила коня вместе с всадником себе на плечи и за один день перенесла их на триста пятьдесят миль, через горы, реки и долины, в прекрасную страну Ломбардию.
Дракон
Стояла прекрасная лунная ночь, когда Вольфдитрих подъехал к Гарде. Он слез с коня, встал в тени оливы и огляделся. Он увидел двух женщин, гуляющих по берегу моря. Когда одна из них, высокая и стройная, повернулась к нему лицом, он едва не закричал от удивления — перед ним была вылитая Зигмина. Могила отдала ее назад или коварный эльф принял любимый облик, чтобы заманить его в ловушку?
Он, не дыша, прислушался и услышал, как королева Либгарта, ибо это была она, жалуется служанке на печали и унижения, выпавшие на ее долю.
— Трусливые вассалы! — воскликнула она. — У них хватает мужества сражаться со слабой женщиной, но ни один из них не отваживается сделать то, чего я желала бы больше всего на свете, — отомстить гнусному чудовищу за смерть своего короля. И все равно мне пришлось пообещать, хотя и против воли, что я отдам свою руку тому герою, который на это решится.
— Есть только один человек, — сказала служанка, — которому по силам этот подвиг, — это грек Вольфдитрих, чья слава распространилась по всему свету.
— Мститель явился, великая королева, — сказал герой, выходя из тени. — Я готов рискнуть своей жизнью, чтобы победить дракона.
Обе женщины в тревоге отступили назад.
— Это Вольфдитрих, — воскликнула служанка. — Он однажды спас меня от банды грабителей.
— Спасибо, благородный герой, — ответила Либгарта, — вознагради тебя небо за твою доброту. Однако чудовище погубит тебя, как погубило моего мужа. Нет, лучше иди себе с миром и предоставь меня моей судьбе.
Но когда греческий витязь убедил ее, что его решение остается неизменно, Либгарта дала ему кольцо, которое, как сказал ей карлик, приносит удачу обладателю, пожелала ему успеха и вернулась к себе в замок.
Герой без промедления повернул коня в сторону гор и поскакал к норе, где жил дракон. Подойдя к норе, он заглянул в темную пещеру и увидел пять драконьих головок, которые смотрели на него и шипели. Это были детеныши дракона, а их мать отправилась на поиски пищи. Витязь уже было собрался прикончить их на месте, но ему вдруг пришла в голову мысль, что будет лучше, если его нападение будет для драконихи неожиданностью, а убив мать, он сможет легко прикончить детенышей. Поэтому он снова сел на коня и отправился на поиски чудовища. Он медленно ехал по дороге, когда увидал прекрасного ребенка, стоящего на высокой скале.
— Ты пришел отомстить за моего сына Ортнита — смотри же не спи! Если ты уснешь, мои сын останется неотомщенным, а ты станешь добычей дракона.
— Мой юный друг, — рассмеялся витязь, — ты слишком мал, чтобы быть отцом. Я бы на твоем месте поостерегся — для дракона ты гораздо более лакомый кусочек, чем я.
