у вас волосы длиннее, чем положено по закону, - бросил Артур, удаляясь.
- И вам доброго дня, офицер.
- Я есть хочу, - призналась Катрин, когда полицейский ушел. – Скоро нас будут кормить?
- Давай узнаем.
Звездолет «Аркадия» представлял собой целый город, напичканный развлечениями. Пять палуб. Верхняя – навигационная. На второй палубе располагалась команда во главе с капитаном и обслуживающий персонал. На третьей – жилые отсеки, кают компания, кубрик, детская комната и кинозал. Четвертая палуба была развлекательной: магазины, аттракционы, парк, оранжерея, банкетный зал и многое другое. На пятой располагался трюм и ангар.
Мы отправились на четвертую, потому что именно в банкетном зале должен был пройти наш первый ужин. Без пульта я не мог проверить местоположение Эммы и заметно нервничал из-за этого. Катрин держалась куда увереннее, с легким любопытством разглядывая мелькающие палубы, пока мы ехали на лифте вниз.
Не смотря на такое обилие доступных развлечений, убранство корабля было весьма однообразным. Огромное количество стерильного белого пластика. И все. Мой звездолет будет абсолютно другим. Четвертая палуба была полна любопытных зевак. Катрин, как ни старалась, не смогла высмотреть кого-то из знакомых.
- Киллиан, я знаю, тебе больше по душе уединение, но мы совсем недолго здесь побудем, - неожиданно для меня сказала жена.
Я уставился на нее с изумлением.
- Катрин, мы пробудем здесь столько, сколько ты захочешь. Я купил эти билеты, чтобы вы были счастливы, а не сидели взаперти.
- Я люблю тебя, Киллиан, - улыбнулась Катрин.
- И я люблю тебя.
Как только мы вошли в банкетный зал, по нему пронесся изумленный шепот. Сначала я подумал, что он адресован нам, но ошибся.
- Дорогу мистеру Тичу! – раздался голос за моей спиной.
Я обернулся и увидел того, о ком говорил лейтенант полиции. Эдвард Тич, будущий глава «Эль Дьябло» собственной, весьма неприятной персоной. Никогда раньше не думал, что кто-то может не понравиться с первого взгляда и накрепко. Может быть, я просто чувствовал, что он принесет нам много горя?
Эдвард был высок, но очень болезненно худощав. Голубая кожа выдавала в нем магеллановца, а белые точки татуировок на ней – персианца. Мутант, порожденный браком двух разных видов. Таких было полным-полно, не такая уж и редкость. Взгляд у Тича был на редкость холодный и хищный, как будто он высматривал в толпе жертву. Волосы были очень тщательно зачесаны назад, а губы сжаты в узкую полоску. Костюм на нем сидел безукоризненно, и это резко бросалось в глаза, потому что все остальные были облачены в скафандры. Рядом с ним шла девушка, при виде которой я сразу заподозрил, что дети президента «Эль Дьябло» были от разных матерей. Это было заметно и по тому, насколько отчужденно они держались друг с другом. У девушки было худое лицо, но не такое болезненное, как у брата. Длинные темные волосы собраны в конский хвост на затылке, карие глаза смотрели спокойно и слегка надменно. Кожа у нее была смуглой, по-персиански покрытой белыми точками татуировок. Она тоже была одета не в скафандр, а в строгий костюм шоколадного цвета.
Люди неосознанно выстроились по обе стороны от Тичей, образуя своими телами дорожку в центр зала. Эдвард медленно пошел вдоль, цепляя взглядом всех и каждого. А может, надо было вернуться на машине времени именно в тот момент, чтобы убить его?
Все началось именно тогда, когда он увидел Катрин. Может, ему не говорили, что нельзя так смотреть на чужих женщин? На меня он не обращал никакого внимания, будто меня там вообще не было. Но Катрин… мне захотелось дать ему в морду.
- Как тебя зовут? – обратился он к моей жене, и голос его был полон ядовитой сладости.
- Ее зовут Катрин, - ответил я, уверенно обнимая свою жену за талию.
Эдвард перевел взгляд на меня. Я не понравился ему также сильно, как и он мне. Тич смерил меня презрительным взглядом и двинулся дальше.
- Какой неприятный тип, - поежилась моя жена, когда Эдвард отошел от нас достаточно далеко.
- Да, - согласился я с ней.
- Давай поужинаем поскорее и уйдем отсюда. Мне здесь не нравится.
Ее слова меня обрадовали. Наскоро поев, мы отправились в свою каюту. Я уже давно не видел Эмму и искренне переживал за нее. Как оказалось, зря. Моя дочь на корабле чувствовала себя как рыба в воде, и успела собрать вокруг себя целую кучу поклонников.
- Мамочка, ну пожалуйста, ну еще чуть-чуть! – канючила она, когда Катрин вела ее за руку спать.
- Нет, милая, завтра тяжелый день. К тому же на корабле четкое расписание, которое не следует нарушать.
- Ты можешь поиграть немного в каюте, я все равно еще буду долго сидеть над чертежами, - разрешил я Эмме.
- Ура! – радостная короткой отсрочке, Эмма вывалила все свои игрушки на пол, покрытый пушистым белым ковром с подогревом и антибактериальным покрытием.
- Не засиживайся долго, - Катрин поцеловала меня в щеку и блаженно вытянулась в кровати.
Некоторое время она сонно созерцала, как движутся по голографическим проекциям и сенсорным экранам мои руки, а потом уснула. Прошло совсем немного времени. Я упустил момент, когда Эмма уснула прямо на полу, среди кучи игрушек, а когда оторвался от чертежей, был уже час ночи. Если Катрин вдруг проснется и увидит дочь спящей на полу, мне мало не покажется. Я осторожно поднял Эмму с пола и уложил ее в кровать, укрыв сверху одеялом. Комбинезон сразу же трансформировался в мягкую приятную к телу ткань, очень похожую на пижамную.
Я устало потер глаза. Оставалось совсем немного. Проект корабля был почти готов, начинать сборку прототипа можно хоть завтра. Я уже собирался спать, как вдруг раздался бешеный стук в дверь. Кто-то ломился в нашу каюту с силой и яростью. Катрин тут же подскочила, испуганно озираясь по сторонам.
- Тише, я посмотрю, кто там.
Я провел рукой по двери, вызывая видео изображение и чуть дар речи не потерял. В коридоре стоял Эдвард Тич собственной персоной, в сопровождении нескольких охранников.
- Открой им, Киллиан! – взволнованно произнесла Катрин. – Вдруг что-то случилось?
Я не мог представить себе, что такого могло случиться, чтобы к нам посреди ночи явился этот тип, но если они и дальше
