Читаем без скачивания На распутье - Павел Дмитриев

Во-первых, большие ЭВМ. Направление потенциально тупиковое, хотя на сегодня это единственные машины, похожие на нормальные компьютеры. В них и нужно потихоньку «перетечь». Во-вторых, от калькуляторов и текстовых процессоров проку намного больше, чем кажется на первый взгляд. По крайней мере, логарифмические линейки, счеты и всякие пишущие машинки пора изживать как класс. И, в-третьих, у нас имеются промышленные и военные контроллеры. Для них необходимы функции реального времени с отчетом в миллисекундах, возможность многочисленных прерываний со стороны внешних устройств. Или еще какие-нибудь хитрости аппаратной обработки сигналов и данных. Впрочем, надеюсь, с этим справятся без меня, так как почти ничего не понимаю в подобном оборудовании.

4. Ну и, разумеется, придется забыть про буквальное копирование! Если и тащить что-то у буржуев, то лишь идеи и спецификации. Тяжело, нудно, надо валюту тратить, но все равно иного пути нет. Государственная политика банального воровства до добра не доведет. Мало того, что в приличном обществе станут пальцами, как на дикарей-людоедов, показывать, так еще возникнет и проблема во времени. Покупки секонд-хенда прошлого поколения IBM через Индию или Румынию, шлифовка чипов, которая скоро станет невозможна даже технически, — это фатальное отставание… Несколько лет — и все, здравствуй, «третий мир», заснеженная банановая республика![19]

Опять придется теребить Шелепина, приставать к нему с криками «все пропало»! Вот только если мои записки дойдут до Глушкова, снова получу отзыв в старофранцузском стиле: «Камни не могут падать с неба, потому что на небе нет камней». Надо просить аудиенции, или как это будет называться по-советски? Пусть ученый даст мне шанс растолковать все не спеша и по пунктам.

Не прошло и пары недель, как поводырь-надзиратель-водитель Смирнов повез меня на лесную заимку «собирать грибы с Алексеем Николаевичем и Виктором Михайловичем». Ладно, хоть предупредил заранее, так что я надел кофту с джинсами и кроссовки, а не ставший уже почти привычным костюм. Кто именно скрывался под именем Виктор Михайлович, понять так и не смог. Как и не уяснил свою роль в сборе лесного урожая.

Как стало ясно позже, Косыгину (которому Шелепин передал мою просьбу о встрече) было интересно, что получится из наложения идей моего послезнания на кипучую активность академика Глушкова. Да и своих вопросов, по всей вероятности, хватало. Так что премьер, не сильно задумываясь, предложил работавшему в Киеве ученому «сходить за грибами в воскресенье». Понятно, от такого не отказываются, и Глушков, бросив все дела, примчался из Украины.

…К таинственной «заимке» вела извилистая, хорошо заасфальтированная лесная дорога. По обочинам стояли высоченные сосны. Проезжая полоса оказалась такой узкой, что для разъезда машин через каждую пару сотен метров пришлось построить специальные «карманы».

За очередным поворотом неожиданно появился полноценный КПП — пара основательных, рубленных из бревен будок-переростков, между которыми «зажали» ворота из потемневших от времени досок. На каждую створку по центру была набита жестяная звезда, небрежно окрашенная суриком. Диковатая архитектура соцреализма навевала мысли о секретной военной части и бойцах НКВД с трехлинейками. Однако иллюзия продержалась всего несколько минут, после пары гудков ворота открыла улыбчивая и вполне штатская тетка.

Против ожиданий по прежней дороге пришлось ехать еще не менее пары километров. Лишь затем мы увидели живописно раскинувшийся на берегу реки классический приют для корпоративных вечеринок. А именно, небольшой административно-гостиничный корпус в неожиданном стиле альпийского шале, столовая на полсотни посадочных мест и огромная бревенчатая баня. Картину дополняли разнокалиберные беседки, часть из которых была снабжена мангалами. У одного из мангалов уже раздувал угли повар (так я решил, увидев невысокий белый колпак), рядом на специальной тележке из нержавеющей стали лежал ровный рядок шашлыков.

ЗИЛ с основными гостями приехал примерно через полчаса, я уже успел изучить прекрасно оборудованный для рыбалки берег и переодеться в предложенные обслугой начищенные до блеска кожаные (наверное, офицерские) сапоги и желто-зеленую штормовку. Из лимузина выбрался Косыгин, его непривычный узорчатый свитер дополняла диковинная тирольская шляпа, но без перьев, и… Глушков, вполне узнаваемый по фотографиям из учебника. Мог бы догадаться заранее! Хорошо, что теперь я знал его имя-отчество. И плохо, что не прихватил свои наброски по тематике МИРа.

Пригляделся внимательнее. Первое, что бросилось в глаза при виде академика, это огромный, непропорционально широкий и высокий лоб гения. Из-за этого казалось, что в его облике доминируют два треугольника. Первый — сужающегося книзу лица, и на нем второй — массивного, даже немного гротескного носа. На этом фоне терялись даже очки в толстой оправе, крупные губы и сползающие небрежными космами черные, зачесанные назад и в стороны волосы.

Глушков явно не знал, чего ожидать, поэтому оделся по возможности универсально: тяжелые ботинки, костюмные брюки, рубашка с галстуком, поверх нее тонкий серый пуловер. Можно отправляться в лес, но и на совещании в министерстве особо стыдно не будет.

Алексей Николаевич кратко представил меня как журналиста Петра Воронова, сына хорошего друга. Я подыграл, промямлил: «Всегда мечтал увидеть такого известного человека, как Виктор Михайлович». Впрочем, Косыгин и Глушков задерживаться не стали. Присев на скамейку, ловко намотали принесенные местным каптенармусом портянки, натянули сапоги, штормовки и, не прекращая беседовать о чем-то своем, бодро поперлись в лес с корзинками наперевес.

Вот только меня премьер небрежным жестом отправил к мангалу. Вероятно, приглядывать за шашлыком вместе с поваром, охранниками и водителями. М-да, достойная компания. Зачем только переодевался?.. Хотя какого лешего! Корзинку в руку, грибов и на меня хватит. Товарищ Смирнов на минуту завис, раздумывая, что делать, чуток потоптался в нерешительности, но остался у мангала. Думаю, он знал, что территория огорожена и неплохо охраняется, хотя я до ее границ так и не добрался.

Что способно успокоить нервы лучше осеннего леса? Его тихая умиротворенность может вправить мозги даже мартовскому зайцу, не то что двадцативосьмилетнему инженеру из будущего. Небольшие лужки вдоль реки в ровном, будто расчесанном, ежике отавы[20] перемежались с островками молодого березняка, задорно желтеющего на фоне густой синеватой хвои сосен. Под ними уже поникшая от первых заморозков трава едва скрывала богатые россыпи обабков[21]. Можно было ломать только самые крепкие, не отходя от слегка размокшей тропы далее пары шагов…

Никаких комаров или мух, благодатное время. Можно присесть на неровную шкуру соснового выворотка и пить аромат подопревших листьев и хвои. Достать из кармана мобилку и неспешно почитать свежий e-mail… Вот так всегда, одна непрошеная мысль обломала умиротворение момента…

Пришлось положиться на куда более древние инстинкты и заняться тем, к чему человеческий организм приспособлен лучше всего. А именно, собирательством. Скоро первобытная жадность легко выбила из головы все умные мысли. Хорошо еще, что корзинка оказалось небольшой, декоративной.

Такое впечатление, что пикники на природе вечны. Совершенно ничего не изменилось за сорок пять лет. Все те же шампуры с чуток подгоревшим мясом, помидоры, огурцы, белый и черный круглый хлеб. Даже на треть пустая поллитровка водки, и та с пары шагов ничем не отличалась от привычной по двадцать первому веку.

— О, журналист грибов набрал, — весело встретил меня Глушков. — Все вопросы придумал?

— Держи. — Косыгин одним плавным движением разлил беленькую по трем маленьким граненым стаканчикам. — Заскучали мы уже без молодежи.

— Спасибо! — Я присел на свободную сторону квадратного, сколоченного из толстенных досок стола. — Даже не знаю, с чего начать. Тут такие грибы выросли шикарные, что все мысли растерял.

— Приходилось на ЭВМ работать? — бодро спросил академик, сочно захрустывая водку густо посоленным огурцом.

— Да, конечно. Только… — Я бросил взгляд на Косыгина, но тот отрицательно покачал головой. — Очень мало.

— Ну, ничего, скоро наша промышленность освоит производство, будет ЭВМ на каждом заводе, — гладко закончил диалог Глушков и потянулся к шашлыку.

На несколько минут воцарилось молчание. Мясо было нежное, судя по всему, телятина. Никакого сравнения с дешевыми корпоративами будущего, местный повар не зря ел свой хлеб с маслом, приготовлено все оказалось отменно.

Наконец, когда первый голод отступил, я продолжил:

— Виктор Михайлович, как вы думаете, в каком направлении будут развиваться ЭВМ?