— Да, это я!
— Мне приятно сообщить вам, что мы удовлетворены результатами проверки ваших рекомендаций. И я предлагаю вам работу.
У Харриет от восторга закружилась голова. На радостях она моментально отбросила остатки сомнений, как это и предвидел Льюис.
— Она вас еще интересует? — нетерпеливо спросила Ровена.
— Да, конечно! Это большая удача и честь для меня!
— Мы тоже очень рады, — сказала Ровена. — Не могли бы вы приступить к работе со следующей недели? У меня скопилась масса неразобранных писем, а я не взяла с собой своего секретаря.
— Хорошо, — живо откликнулась Харриет. — Мне придется отдать кое-какие распоряжения относительно своей квартиры. Но до понедельника я надеюсь управиться со всеми делами.
— И тогда переберетесь к нам?
— Да, разумеется.
— Вы еще не видели своего нового жилища. Если хотите, можете взглянуть на него и до переезда, — с некоторым беспокойством сказала Ровена. — У вас будет отдельная ванная, спальня и гостиная. Комнаты большие и светлые, они вам наверняка понравятся.
Харриет в этом и не сомневалась, однако заверила Ровену:
— Я тоже так думаю. Честно говоря, я могла бы и не осматривать комнаты заранее.
— В крайнем случае мы быстро устраним все недостатки, — ответила кинозвезда, в очередной раз удивив Харриет этим своим «мы». Последовала пауза, и Харриет удивилась еще больше, услышав в трубке приглушенный мужской голос, который что-то говорил актрисе, вернее, что-то подсказывал ей шепотом. — Ах да! Я хотела бы предупредить вас еще об одной вещи. К сожалению, вы не сможете никого у себя здесь принимать. Это кино, как вы сами понимаете, и для нас крайне важно, чтобы за двери этого дома не просочилась никакая информация…
— Я согласна, — успокоила ее Харриет. — Ведь я и сама смогу навестить своих друзей, если мне захочется. Так что все в порядке, не беспокойтесь.
— Я рада, что вы все правильно поняли, — с облегчением сказала Ровена, и Харриет почему-то стало ее жаль. — Будем ждать вас у себя в понедельник, приблизительно в половине двенадцатого дня. Надеюсь, к этому времени прислуга проснется.
— Договорились, — сказала Харриет. — И большое спасибо!
— И вам тоже спасибо, — тихо сказала Ровена и положила трубку.
Харриет немедленно набрала номер телефона Эллы, чтобы поделиться с ней потрясающей новостью.
* * *
Ровена обернулась к Льюису, стоявшему рядом с ней все это время, и победно воскликнула:
— Дело сделано!
Он обнял ее и прошептал, лаская руками ее груди под тонкой блузой:
— Умница! Теперь мы сможем начать работать.
Они опустились на ковер, и последнее, о чем подумала Ровена, пока его прохладные умелые пальцы дразнили ее горячую плоть, было: как отнесется к их затее Крис, одобрит ли он этот выбор?
Глава 2
Утром в понедельник, когда Харриет уже собирала чемоданы, Ровена все еще нежилась в огромной супружеской постели под балдахином. Она слышала сквозь сон, как встал, оделся и вышел Льюис, вспомнила, что сегодня важный для них обоих день, но не торопилась встать и выпить вместе с Льюисом чашечку кофе, прежде чем начать готовиться к прибытию новой помощницы.
Наконец Ровена открыла глаза, но, к своему удивлению, не увидела света. Все еще полусонная, она обернулась лицом к окну и только тогда сообразила, к своему восторгу, что кто-то надел ей на глаза черную повязку. Она непроизвольно попыталась ее снять, но обнаружила, что кто-то крепко удерживает ее руки на подушке, сжав ей запястья. По спине Ровены пополз знакомый холодок.
— Прекрати, Крис! — пробормотала она. — Мне пора вставать, скоро придет Харриет.
— О ней-то я и хочу с тобой поговорить, — согревая дыханием ее кожу, прохрипел Крис ей в ухо. — Какая она? Красивая? Понравится ли мне настолько, что я войду в образ и смогу с ней работать?
— Этого я сказать пока не могу! — Ровена попыталась освободиться, но Крис не позволил ей этого.
Он сжал ей лодыжки и, согнув ее ноги так, что колени коснулись груди, положил ноги себе на плечи. Ровена ощутила животом его напрягшийся член и поняла, что уже готова принять его в увлажнившееся лоно. Хрипловатый смех Криса подсказал ей, что он тоже понял это.
— Сначала расскажи мне о ней все, что тебе из вестно!
Он начал водить головкой члена по раскрывающимся наружным половым губам.
— Расскажешь мне о Харриет — и тогда я твой!
— Но я не вправе это сделать! — простонала Ровена, изнемогая от желания почувствовать в себе его мужское естество, но не осмеливаясь нарушить запрет Льюиса.
Крис сжал ей пальцами ягодицы и стал поглаживать подрагивающей головкой клитор. Ровена выгнулась дугой, пытаясь плотнее прижаться к своему мучителю. Но он удержал ее в неудобной позе, и ей не осталось ничего другого, кроме как расхныкаться от огорчения.
Крис отшатнулся, выпрямил ее ноги и, положив их вытянутыми на кровать, навалился на нее так, что у нее перехватило дыхание. Она ничего не видела, но чувствовала, как его руки сжимают ей груди. Восхитительный, пронзительный страх, смешанный с всепоглощающим желанием, охватил ее, и она затрепетала, предвкушая блаженство.
Тяжело дыша, Ровена ждала, что будет дальше. Страх, заставлявший дрожать, охватывал ее всегда, когда ее ласкал Крис. Она давно привыкла к нему и теперь остро в нем нуждалась, зная, что только он способен подарить ей истинное наслаждение.
Вот пальцы Криса мягко сжали ее правую грудь, и губы лона Ровены разомкнулись, чтобы впустить желанного гостя. Пальцы Криса продолжали ласкать нежную кожу вокруг соска, ногти слегка коснулись его — сосок набух и напрягся, и Ровена почувствовала, что Крис стал его сосать.
Бедра Ровены пришли в движение, ее тело жаждало ощутить в себе его мужское естество. Но Крис все медлил, причиняя ей невыносимые страдания.
— Опиши мне Харриет! — неумолимо повторил он.
— Нет! — Ровена постаралась произнести это как можно тверже, чтобы не оставить Крису никакой надежды добиться от нее раскрытия тайны.
— Почему ты позволяешь ему так поступать с нами? — прошептал Крис, и Ровена, к своему удивлению, почувствовала наконец прикосновение его руки к нежной и влажной разбухшей плоти у нее между бедрами. — Ведь мы не опустившиеся изгои общества и не продажные политические интриганы. Ставил бы и дальше свои документальные сериалы, а не пытался бы с нашей помощью пробиться в постановщики художественных фильмов!
— Но в этот раз все будет основано на реальных фактах, в новом фильме почти нет вымысла, — тихо ответила Ровена. — Он необходим мне, Крис. Пойми же, я не могу рассчитывать только на свою внешность, ведь мне стукнуло тридцать. Пора доказать публике, что я способна играть настоящие, глубокие роли. Вот почему мы так торопимся.
