- Не подумай чего плохого, - поспешил успокоить няньку я. Очевидно, она решила, что вокруг меня одни матершинники. Мда. Нехорошее представление складывается у мисс Смит о своем подопечном. - Просто я много читаю. Даже всяческую “желтую прессу”, в которой не стесняются в выражениях. Предупреждая твой вопрос: да, о “недопустимых прикосновениях” и прочих подобных вещах, я узнал оттуда же.
Знаю, что врать нехорошо, но… моя новая жизнь и так сплошная ложь. И не сказать, что она мне нравиться меньше, чем жизнь научного работника Владимира Симановича.
- Понятно, - Айрис нахмурилась, вероятно, размышляя о том, кто из моего окружения может быть столь беспечен, что оставляет “желтую прессу” в досягаемости шестилетнего ребенка.
Я вздохнул:
- Ага, - и хмуро отвернулся.
К чести Айрис, она быстро поняла свою ошибку:
- Извините, мне не следовало…
- Ты слишком часто извиняешься, - я не повернул головы.
- Но… Черт… - она вздохнул, нервно убрала выбившуюся прядь за ухо. - Боюсь, что вам нужна не одна нянька, а несколько. Один человек просто не справиться. Я с вами не больше пятнадцати минут, а уже хочу оказаться от вас как можно дальше.
- Вот уж чего не надо, того не надо!
Она снова моргнула, удивленно воззрилась на меня. Кажется, впервые я проявил столь яркие эмоции в ее присутствии.
- На дорогу…
- Знаю, я знаю!
Блин. Надо было объяснить, почему я не хочу еще парочки нянек над своей тушкой. Правда о том, что мне необходимо как можно больше свободы, дабы подготовиться к будущему, явно не была лучшим вариантом. А не рассказывать не получиться, ибо этот эмоциональный порыв девушка наверняка запомнит, и какие-то выводы сделает. Не хотелось бы, чтобы ее умозаключения оказались нежелательными… Поэтому надо подтолкнуть ее к правильным выводам.
- Слышала когда-нибудь, об “эффекте свидетеля”? - подпустив в голос усталости, проговорил я.
- Простите?
- В 1968 году Джон Дарли из Нью-Йоркского и Бибб Латане из Колумбийского университетов провели эксперимент, - продолжил я, не меняя тона, - в котором исследовали поведение людей в критической ситуации, когда кому-то рядом с ними требуется помощь. Выводы были однозначными: чем больше людей в группе, тем меньше шансов получить своевременную помощь у попавшего в беду. То есть, если у меня вдруг случиться сердечный приступ, и рядом со мной будешь только ты, у меня гораздо больше шансов получить помощь, чем если бы за мной ходила целая толпа нянек.
- Но… почему?
- Рассеивание ответственности, - пожал плечами я. - Каждый думает, что помощь окажет кто-то другой - более подготовленный.
Не совсем уверен, что в этом мире такой эксперимент имел место быть. Вот только, люди в обеих вселенных одни и те же, так что, полагаю, в этом аспекте разницы никакой.
- Это вы тоже прочитали в желтой прессе? - приподняла кончики губ в неком подобии усмешки Айрис.
- Помимо прессы, я еще иногда читаю книги, - чуть раздраженно ответил я. - И всем другим советую.
Гарри действительно много времени проводил в библиотеке. Хотя читал он не так уж и часто, вместо этого, используя свое воображение, играл в лабиринтах стеллажей и старых фолиантов, представляя себя искателем древних сокровищ, или могущественным волшебником. А что ему еще было делать - друзей нет, игрушками отец его совсем не баловал, так что парень развлекал себя сам, как мог.
- Похвально, - одарив меня странным взглядом, произнесла Айрис. - Мы приехали.
- Знаю.
- Кстати, мистер Озборн, - обратилась ко мне девушка, как раз в тот момент, когда мы выбрали для нее комнату, и я собирался снова свалить в библиотеку. Она улыбнулась, как мне показалось, слегка виновато. - Со следующей недели вы начинаете ходить в школу. Ваш отец поручил мне убедиться что у вас есть все необходимое.
- В школу? - я резко развернулся. - Вы издеваетесь?
Она моргнула:
- Что-то не так?
- Да нет, все так, - скрежетнул я зубами. - Кроме того, что я абсолютно уверен в перманентной неспособности системы школьного образования предоставить мне хоть какой-то приемлемый уровень знаний.
Нет, ну правда! Нафига мне школа?! Начальная, мать ее, школа! Учиться читать и писать заново? Так Гарри это и так прекрасно умеет, я проверял!
- Но… - слегка растерялась нянька, - как вы собираетесь получать образование?
- Репетиторов еще не отменили? - фыркнул я.
- А интеграция в общество? - секунду она размышляла, потом, наконец неуверенно уточнила: - Вы ведь знаете, что такое “интеграция”, да?
- Да, мисс Смит, я знаю, что такое “интеграция”, - раздражение вырвалось наружу, и, наконец, проявилось в голосе. - Так же я знаю, что такое “индивидуальный подход” к ученикам, и знаю, что он невозможен в рамках американских школ, когда в классе по тридцать человек и у учителя просто нет времени на то, чтобы разбираться с каждым учеником отдельно. Знаю, что школьное образование направлено автоматизированное запоминание материала и применение его в очень схожих ситуациях, в рамках простых похожих задач, а не на формирование творческого подхода… А вот знаете ли об этом вы с моим отцом?
Я вздохнул, успокаиваясь.
Злиться бессмысленно, злиться бессмысленно, злиться бессмысленно…
- Я поговорю с мистером Озборном на эту тему, - вот как ей (да и не только ей) удается произносить это ее “мистер Озборн” по-разному для меня, и для Нормана? Если, когда она говорит про отца, в ее словах чувствуется, какое-то подсознательное уважение, даже страх, то когда она говорит со мной или обо мне… короче, уж лучше бы она говорила “Гарри”. Так бы я не стал чувствовать этой издевки, которую она не хочет вкладывать в свои слова.
- О! - я резко развернулся на каблуках. - Я в этом не сомневаюсь.
Глава 2
Say goodbye,
As we dance with the devil tonight.
