Если бы я вышла за него замуж, я бы щедро разделила с ним свои доходы. Но они настолько скромны.
– Ну что же, – ответил мне Луи. – Все то, в чем я когда-либо нуждался, все то, чего я всегда так хотел, оно здесь, в моих объятиях.
Аллюзия была очевидной. Он перефразировал слова песни, под звуки которой мы воссоединились в первый раз, год назад. И это было не случайно. Я прекрасно знала, какое большое символическое значение придает Луи музыке, картинкам, бесчисленным знакам, которые окружали нас и бесконечно потом отдавались каким-то эхом в наших отношениях.
Наконец я решила больше не придавать значения тем чувствам, что кипели в моем сердце, отдаваясь в груди, животе, половых органах.
– Серьезно… Ты женишься на мне?
Он пристально посмотрел на меня, потом на его лице появилась широкая обаятельная улыбка, а на правой щеке заиграла та самая знаменитая ямочка, которая не умела врать и увиливать. Каждый раз, видя ее, я приходила в неописуемый восторг. Он положил руку мне на затылок, нежно поглаживая его.
– Анабель Лоран, – прошептал он томным бархатным голосом, легко пробивающим брешь в обороне любой женщины, – скажи, как долго ты готовила свой удар?
Таков был Луи, когда его заставляли высказать свое мнение, когда он уже был вынужден дать какой-либо ответ: он мог сразить наповал человека, требующего от него этого ответа, одной лишь своей улыбкой, одним удачно подобранным словом. Я вздохнула и, засмущавшись, как совсем молоденькая девушка, попыталась скрыть румянец, заливший мои щеки, уткнувшись в небольшую впадинку на его шее.
Когда я стояла перед ним в этой комнате, растерянная, даже робкая, я не думала ни о чем. Но стоило дать волю мыслям обо всех социальных неравенствах, которые между нами были, и даже наша разница в возрасте теперь уже снова стала казаться мне серьезным препятствием.
– Браво! Сюрприз удался. Я-то думал, что сегодня вечером тебя удивлять буду я… Но… признаю свое поражение.
– Ты мне не ответил, – перебила я его, не давая возможности увильнуть от разговора.
– Я должен дать ответ сегодня вечером?
Луи совсем не был смущен. Казалось, он получает невероятное удовольствие от сложившейся ситуации, от своего превосходства, в то время как я чувствовала, что моя судьба зависит сейчас от его губ и тех двух или трех букв, которые он произнесет.
– Ну да, – просто ответила я.
– Никто никогда тебе не говорил, что в нашей стране обычно по традиции мужчина просит руки девушки? А не наоборот?
– Нет. Так же как и тебе, по-моему, никогда не говорили, что в нашей стране не принято хотеть невесту своего брата в день его свадьбы. Ох уж эти традиции.
Его поцелуй показался мне каким-то нарочито настойчивым и поспешным.
Что за смущение он хотел сокрыть за этим поцелуем? Ответа на какой вопрос хотел избежать?
Через несколько секунд, когда наши губы уже разъединились, он, казалось, вернул себе былую уверенность.
– В таком случае мой ответ – да.
Я была крайне удивлена. Так все просто получается? Нужно было всего лишь попросить, чтобы оказаться услышанной? Чтобы так легко исполнилось заветное желание? Чтобы мужчина, самый нежный, самый любезный, самый очаровательный, самый страстный, покинул все, что имел, просто ради того, чтобы вы выбрали его взамен другого?
– Да… Да?
Наша любовная клятва обострила чувства всех пар вокруг. То тут, то там раздавались исступленные крики, сладкие протяжные вздохи и страстные стоны, мужские и женские голоса смешивались в один гул за нашей спиной, и этот гул как бы подчеркивал всю бессмысленность и беспочвенность моих тревог.
Однако нелепость сложившейся ситуации, казалось, в меньшей степени волновала Луи, который продолжил наш разговор все тем же уверенным тоном.
– Да, – повторил он с таким видом, словно это было очевидно и сомнению не подлежало. – Можно отметить все прямо здесь через пару месяцев. Что скажешь?
– Через пару месяцев? – удивилась я. Мне даже в голову не приходило, что этот срок может быть таким далеким, нечетким, неопределенным.
– Если я могу себе это позволить, конечно, ведь раньше все твои поспешные решения не были особенно удачными.
Его колкое замечание несколько задело меня. Оно снова вызвало тень прошлого, которое уже было по другую сторону нашего настоящего и которое я так старалась выбросить из памяти. Но как бы он смог так же решительно забыть собственного брата? Разве я вправе требовать это от него?
– Да, правда, – мягко сказала я.
– И потом… Это также будет нужно, чтобы ты смогла закончить свое образование.
Я подумала, что он шутит, и улыбнулась, но выражение его лица тут же озадачило меня. Оно было отнюдь не веселым. Скорее даже наоборот. Я очень редко видела его таким серьезным.
– Мое образование?.. Что ты этим хочешь сказать?
– Твое эротическое образование, – уточнил он.
То, как Луи судорожно стиснул зубы, сдерживая возбуждение, которое передалось всему его телу, выдало его с головой. Это была не спонтанная идея, выдуманная им на ходу. Он ею жил.
– А разве мы этого уже не сделали?
Последние дни, месяцы и даже еще раньше, когда он был для меня лишь призраком, который жил только в моих мыслях и изредка наведывался в комнаты «Отеля де Шарм», я уже отдавалась ему полностью, ему и его сладким демонам.
– Я думаю, что нужно будет изучить все заново. Начиная с элементарных основ.
Кто он был такой, чтобы столь пренебрежительно относиться к моим познаниям в науке любви? Возможно, мне еще не хватало достаточно опыта, но все же мои успехи уже не походили на неумелые закорючки на клочке бумаги. Или все-таки я была столь ничтожна? А может, он обвинял меня в недостатке чувственности, как и его брат обвинял Аврору, моего двойника? Мой затылок напрягся, и Луи, почувствовав это, тотчас же убрал свою руку.
– Серьезно? С самых элементарных основ?
– Да. Твое настоящее образование начнется именно сейчас.
В этот раз я решительно выпрямилась и приготовилась уйти. Я попыталась незаметно посмотреть на дверь, и внезапно мой взгляд упал на округлые бедра Саломеи, которые извивались над телом ее партнера, силуэт девушки напомнил мне гибкую пантеру, которая крадется к своей добыче. Мужчина, который лежал под ней, похоже, уже больше не мог ждать.
Его член показался мне просто огромным, он резкими движениями пытался дотянуться до нее, затронуть головкой плоский загорелый живот, но, коснувшись его, как мячик, отскакивал от упругой кожи.
Сравнивая себя с Лианой, я понимала, как далека от совершенства. Кто себя не почувствует неопытной девушкой перед лицом такой опытной любовницы?
– Из чего же, интересно, будет состоять мое обучение?
