Читаем без скачивания СМЕрШная история часть первая 1941 (СИ) - Павел Киршин

здоровались друг с другом, приветствуя даже незнакомцев. Невдалеке, среди молодых берёзок, шумной, но дружной компанией, сидели выпускники, у которых был патефон, издававший завораживающие мелодии вальса. Дамочка, торговавшая квасом, наверное, ощущала себя здесь этакой царицей. Благосклонно улыбаясь страждущим живительной влаги, терпеливо ожидающим своей очереди, сноровисто отпускала свой товар. Вся налитая молочной свежестью, одетая в ситцевый сарафан, женщина крутилась на тенистом пятачке: принимала от покупателей деньги, отсчитывала сдачу из кармашка своего накрахмаленного передничка и подставляла кружку под краник. Вот, одарив прохладным напитком девушку в короткой матроске, потрепала по лохматой головёнке мальчишку с бидончиком, тут же переключаясь на двух статных красноармейцев. И всех одаряла улыбкой, даже хулиганистого обходчика со станции, попытавшегося щипнуть её за всякие пышности.

— Кх-м! — С грозно сдвинутой назад фуражкой, подошедший милиционер громко кашлянул. — Порядок нарушаем?

Ларёчница, прыснувшая задорным смешком, увидала, как бойкий пролетарий испуганно отдёргивает свою пятерню, тёмную от въевшегося в неё мазута. Спровадив незадачливого горе-соперника, старшина занял очередь, оставаясь при этом подле торговки-хохотушки, как бы охраняя её от возможных посягательств.

Семён, сидевший на мягкой траве, довольно прищурился и откинулся назад, оперевшись на локти. В небе, дальше к востоку, над тёмной кромкой леса, кружил серебристой птичкой И‐16 конструкции Поликарпова. Наблюдая за юрким истребителем, молодой человек предавался мечтаниям. Воображая себя опытным ассом, он громил франкистов в небе Испании, совершая в воздухе отважные манёвры. Он даже уже успел приехать к мамане и похвастаться полученным лично из рук товарища Калинина орденом Ленина. Его мечты были безжалостно прерваны на самом интересном месте.

— Хватай кружку, Сеня. — Небрежно облокотившись на капот "Маруси", Нефёдов протягивал ему литровую кружку. Сперва желтоватая эмаль приятно охладила руки Ивушкина, а, когда он сделал глоток, хмельная свежесть кваса, яркой кометой пронеслась через всё нутро молодого милиционера.

Расправившись с квасом, старшина покряхтел и достал из нагрудного кармана жестяной портсигар. Запыхтев ядрёной самокруткой, проводил взглядом длинную красноармейскую мотоколонну, запылившую в сторону города. Исполняемая бойцами незнакомая ему песня вызывала задор и радость на лицах у отдыхающих. А там, где проезжала колонна, открывались окна и двери в избах, из которых выглядывали лица любопытных. Рубя хворостинами растущую у дороги крапиву, с гиком промчалась ватага босоногих ребятишек, догоняя машины с сидевшими в них красноармейцами.

От выпитого и летней жары Семён ощущал лёгкое опьянение. Преодолевая сонливость, он нащупал в кармане полтинничек, с целью рассчитаться за квас. — Минай Петрович, вот… — Договорить ему помешал паровозный гудок приближающегося состава.

— Почти без опоздания. — Резюмировал старшина, взяв протянутого Семёном "Молотобойца". — Иди, встречай, а я тут покараулю. — Спровадив молодого, он, стряхнув из кружек остатки кваса, снова направился к симпатичной барышне.

***

Артём Фёдорович, направленный из Могилёва для ознакомления местными сотрудниками НКВД с новыми вводными по противовоздушной обороне и борьбе со шпионской деятельностью, уже усаживался в присланный за ним автомобиль, когда к машине подбежали двое: старший милиционер транспортной милиции и какой-то школьник.

— Петрович, выручай! — Выдохнул милиционер. — ф-у-ух… Надо мальца к вам переправить. Срочно! — Выделив последнее слова, он протянул пожилому шофёру запечатанный сургучом пакет. — Это вместе с ним нужно передать Лигачёву. Особая важность.

Изумлённо приподняв брови, Жугин пытался сообразить какая в пареньке может быть особая важность. Ощущая какой-то подвох, он уже собрался отчитать встречающих и этого вспотевшего индивидуума, как тот опять заговорил, видимо почувствовал намерения лощёного капитана.

— Максимов распорядился. Это приказ старшего майора Лигачёва.

Убедившись, что приказ "страшного" майора будет выполнен, шофёру, для росписи, был представлен акт приёма‐передачи, что было совсем удивительным.

— М-да, странные дела у вас тут происходят, — протянул капитан. — что скажешь Семён Георгиевич?

Глянув на соседа, Нефёдов иронично хмыкнул: мол, не по Сеньке шапка.

Уши Семёна от смущения предательски запунцовели. Представляясь бравому лектору, он слегка сважничал, о чём сейчас очень сожалел. — Мы… тут… грабителя поймали. — начал невнятно объяснять.

— Погоди, Георгич, — Нефёдов прервал стажёра, при этом, его усы задрались вверх, показывая, как его веселит это обращение. — Шофёр обратился к нежданному попутчику, руки которого теперь были свободными от пут. — Голодный? Есть хочешь?

Тот, с силой затряс головой, как бы подтверждая, в его животе звонко забурчало. В руках милиционера мигом появилась уже знакомая котомка, откуда, жестом фокусника, были извлечены горбушка накрытая полоской сала с розовыми прожилками и очередное яйцо.

По собственной инициативе, Семён сходил за квасом, где проявил характер, заявив о служебной необходимости, в результате взял кружку кваса без очереди.

Пока блондинчик перекусывал немудреной снедью, Минай Петрович внятно и чётко доложил капитану из Могилёвского НКВД о недавних перипетиях.

— А этот Лигачёв, он кто? — спросил Артём Фёдорович.

— Хм. Из второе управления. Известная в городе личность.

Жугин смотрел на жующего школьника, пытаясь сложить два плюс два. — … и не говорит? Может придуривается? Бежать не пытался? — На Нефёдова посыпались вопросы.

— Молчит, а там, кто его знает, вроде спокойно себя вёл. Да и чего гадать? Наше дело приказы выполнять, без нас умников хватает. — Рассуждал Минай Петрович. — А то, не ровён час, лишнего узнаешь, или наоборот — ляпнешь не то.

— Это да. Болтать не следует. — Опомнился лектор, но всё-таки оставил последнее слово за собой. — Семён, относи тару, нам ехать надо.

Пять минут спустя, чухнув чернящим выхлопом, "Эмка" развернулась и начала выезжать из парка в сторону станции. Капитан, сидя рядом с подозрительным пареньком, пытался решить этот странный ребус, но ни к каким конкретным выводам прийти так и не смог. "Интересно, кто именно заинтересовался парнем? Политический отдел, или контрразведка? Помниться, на курсах в Минске предупреждали о случаях внедрения детей из-за границы, ведущих шпионскую и подрывную деятельность, может и этот из таких? Ладно, завтра позвоню Зорину, старый хрыч может быть в курсе", — Размышлял Жугин, вспомнив о друге служившем в наркомате ВнуДел.

Глава 2

Очнулся валяющимся на зелёном ковре из спорыша перед крашенным в зелёный цвет палисадником бревенчатого дома. Линии заборов с калитками по обе стороны от дороги — обычная картина для частного сектора. Огляделся, общупал башку и между ног.

Та-ак. Я одет, обут и являюсь подростком мужского пола, а доносившиеся со двора отрывки чьей-то беседы подсказали, что тут говорят на вполне понятном русском языке. Вышел на дорогу и осмотрелся повнимательнее.

Ожидаемо — вокруг не было заборов из профлиста, или пластиковых окон, дощатые крыши одноэтажных домов соседствовали как с соломенными, так и с крытыми железом. Под ногами колышется пыль грунтовки, что тоже ни о чём не говорит, а вот провода на деревянных столбах, то ли большого посёлка, то ли окраины города,