Глубоко чуждые русскому народу чиновники захватили все местные администрации. Прикрываясь лозунгами о народном благе, они творили страшный произвол и надругательство над русскими людьми. Не зная толком русского языка, новоявленные большевистские чинодралы составляли нелепые безграмотные декреты, главной целью которых было отменить все русское, традиционное, заменив его на «интернациональное». Отменяются старые обращения, титулы, церковный брак. Церковь отделяется от государства, а школа от Церкви. Православный русский календарь заменяется западным. Традиционная русская символика – космополитической. Любопытно, что одним из первых символов большевизма стала используемая в кабалле свастика. Ее еврейские чиновники предлагали в качестве основного элемента государственного герба. В частности, сохранились проекты нарукавного шеврона командиров Красной армии с изображением перевернутой свастики. Символ свастики использовался большевиками в 1918 году на советских деньгах достоинством в пять и десять тысяч рублей. В первых большевистских документах и советских дензнаках используется также звезда Давида. Позднее она была заменена масонской пятиконечной звездой.
Православный русский человек не мог наблюдать без содрогания и бессильного ужаса процесс духовного и нравственного разложения общества, стартовавший вместе с большевистской революцией. Газета «Наш Техас» (Our Texas) писала по этому поводу: «В первые годы власти большевиков Россия была одной из самых свободных стран в мире в вопросах регламентации сексуального поведения граждан. Революционеры неуклонно следовали заветам Августа Бебеля, видного теоретика марксизма, который однажды сказал: “Удовлетворение сексуальной потребности есть дело личное, и является одной из естественных, природных потребностей, подобно еде или сну. Мои отношения с женщиной – такое же личное дело, как утоление жажды или голода”. Новая власть объявила ханжескую буржуазную мораль веригами прошлого, а сексуальную свободу – своим великим достижением. Большевики ввели право на аборт, отменили брак в качестве юридического и религиозного института, перестали преследовать за гомосексуализм – то есть сделали то, на что никто в мире до них не решался. Знаменитым стал лозунг Александры Коллонтай, красавицы, дипломата, видной большевички: “Дорогу крылатому Эросу”! Она выдвинула теорию “стакана воды”. “Сексуальная потребность есть обычнейшая физиологическая потребность, удовлетворение которой не должно быть ничем осложнено, – вдохновенно писала она. – И сексуальный контакт не содержит никаких особых специфических факторов по сравнению с актом “выпить стакан воды” для удовлетворения жажды”. То есть в свободном от буржуазных предрассудков и загнившей морали обществе пролетарий может легко и просто удовлетворить свои сексуальные нужды. Коллонтай была признанным теоретиком женского вопроса и заведовала женотделом ЦК РКП(б) – попробуй тут не послушаться и не выпить стакан воды! Проститутка и неработающая замужняя женщина, по мнению Коллонтай, мало чем отличались друг от друга. “Для нас, для трудовой республики, совсем неважно, продается ли женщина одному мужчине или многим сразу, является ли она профессиональной проституткой, живущей не на свой полезный труд, а на продажу своих ласк законному мужу или приходящим, сменяющимся клиентам, покупателям женского тела, – говорила Коллонтай. – Все женщины – дезертирки труда, не участвующие в трудовой повинности, подлежат на равных основаниях с проститутками принудительной трудовой повинности. И тут мы не можем делать разницы между проституткой или наизаконнейшей женой, живущей на содержании своего супруга, кто бы ни был ее супруг, хотя бы и сам комиссар”.
Выдвигается идея: мужчины-победители имеют полные права на любовь дочерей и жен угнетателей, это такой военный трофей. И вот в 1921 году губком Владимира постановляет: “После 18-летнего возраста всякая девица объявляется государственной собственностью. Если она не вышла замуж, то обязана встать на учет в бюро свободной любви”. Причем мужчина получает любовницу или супругу, абсолютно не считаясь с ее мнением. В Саратовской губернии то же самое: отменена “частная собственность” на женщин, и они объявлены общественным достоянием. А революционная молодежь рапортует старшим товарищам: “Слушали: о половых сношениях. Постановили: половых сношений избегать нельзя. Если не будет половых сношений, то не будет мировой революции”. Опросы среди тогдашних студентов показали, что 63 % юношей и 49 % девушек постоянно имели случайные половые контакты, причем в состоянии алкогольного опьянения. В свободных союзах жили больше трети студенток. Внебрачные половые связи имели 25 % состоящих в браке. Причем 85 процентов признавались, что при близости удовлетворяют только свои физические желания.
А в среде творческой интеллигенции, еще не отвыкшей от сексуальной разнузданности Серебряного века, вообще творится нечто. Самая модная установка: “хорошая жена сама подбирает подходящую возлюбленную своему мужу, а муж рекомендует жене своих товарищей”. Ну чем не сексуальная революция? Любовные переживания, ухаживания, цветочки, свидания – это все буржуазный пережиток, который нужно выбросить на помойку истории. Новый закон о браке – вообще фикция, с тяжелой руки главного прокурора СССР Николая Крыленко. Тот говорит: “Брачные отношения не должны будут подлежать какой бы то ни было принудительной регламентации”. А заслуженным красноармейцам выдают справки, разрешающие обобществить определенное число женщин. И вот итоги Великой октябрьской сексуальной революции: 80 % мужчин и 70 % женщин начали половую жизнь до 17 лет. 100 000 – среднее число абортов в год. 61 % пролетариев пользуются услугами проституток, из которых 88 % процентов заражены венерическими болезнями»[25]. Сейчас все это кажется дикостью, но в первые послереволюционные годы общероссийский разврат был нормой, хотя формально Ленин пожурил Колонтай за ее «теорию стакана воды». Конечно, долго так продолжаться не могло, т. к. одновременно с разрушением семьи происходило и разрушение государства, шло уничтожение русского народа.
Православная, духовная мысль уже в конце 1917-го – начале 1918 г. приходит к осознанию антирусской и антихристианской природы происходящих событий. Как было заявлено на Соборе Русской православной церкви: «Мы свергли Царя и подчинились евреям!.. Русский народ ныне стал игралищем еврейско-масонских организаций, за которыми виден уже антихрист в виде интернационального царя, что, играя фальшивою свободою, кует себе еврейско-масонское рабство»[26]. Как писал князь Н. Д. Жевахов, «стало очевидным, что идет война не между народом и его угнетателями, помещиком и крестьянином, а между жидовством и христианством, та именно борьба, какая надвигалась веками, о которой так часто предостерегали Россию ее лучшие сыны, приносившие самих себя в жертву долгу перед Родиной. Так называемое “рабоче-крестьянское правительство” есть правительство антирусское и его целью являлось не благо народа, а “ликвидация христианства”, как один из способов достижения мирового владычества над христианскими народами вселенной. Основная цель русской революции – истребление русского православного населения России»[27]. Видя все это, русский поэт А. Блок отчаянно записывал в свой дневник: «Жизнь безграмотная… оболганная, ожидовелая…»
Великий ученый Владимир Вернадский, который по молодости лет и сам участвовал в революции, записал в своем дневнике после октябрьского переворота: «Русская интеллигенция заражена маразмом социализма. Народ невежественный. Идеалы чисто материалистические. Огромную роль сыграли инородцы и не случайно. На полном маразматическом субстрате выдвинулись евреи – чуждые и враждебные старой России»[28].
И повисли над разоренной Россией вечные русские вопросы: «Кто виноват?» и «Что делать?».
Билет в «ленинский вагон»
Как и в Первом Интернационале Маркса и Энгельса, в российской социал-демократии и других левых партиях – РСДРП(б), у меньшевиков, эсеров и анархистов, не говоря уже о Бунде, Поалей-Цион и др., евреи с самого начала составляли внушительное большинство. И хотя по еврейскому вопросу Ленин не раз схлестывался с бундовцами и Мартовым, о евреях он говорил с таким же восхищением, с каким презрительно отзывался о русских. Не случайно философ В. В. Соколов в своем интервью журналу «Вопросы философии» (2.12.2009), сказал о Ленине: «Интернационалист-космополит, движимый фанатичной, на грани эсхатологии, мечтой о мировой революции он (В. И. Ленин), по сути, стал родоначальником русофобии в условиях крушения огромной империи (“Россия – тюрьма народов”)». Известны сотни его высказываний крайне филосемитского характера, например: «Мы (русские) – народ, по преимуществу талантливый, но крайне ленивого ума. Русский умник почти всегда еврей или человек с примесью еврейской крови»[29]. Ленин отказался конфисковать выпущенную массовым тиражом во время Гражданской войны чрезмерно филосемитскую по содержанию прокламацию М. Горького «О евреях», несмотря на опасения, что она может стать антисемитским козырем в руках врагов революции[30].
